Нелюбимая жена. Хозяйка зимнего курорта (СИ)

Только когда она отошла, я разглядела ножны на её бедре и старомодную кобуру на одном из ремней. Каро было за пятьдесят, но её манера двигаться наводила на мысли, что в этом отряде она полноценная боевая единица.
Вскоре мы покинули столицу, отправившись на север. Софи, Лиз, Эдгар и слегка пристукнутая Эва составляли мне отличную компанию. Я надеялась, что старшая служанка оправится от удара Лиз и воздействии магии Эдгара. Хорошо, что её постоянно клонило в сон, так что я могла задавать вопросы, которые были бы неуместны из уст принцессы.
– Что произошло с семьёй Лэнгли? Их лишили титула и земель, я так поняла, но почему?
Эдгар, надев на глаза любезно предоставленную Софи масочку для сна – кто ещё подумал бы о нашем комфорте во время путешествий? – пытался спать, но мы такой роскоши позволить ему не могли.
– Они поддерживали политику младшего брата короля, – монотонно ответил он. – Вместе с подчинёнными им аристократами их обвинили в сговоре и лишили титулов и земель. Каролина Лэнгли прилюдно отреклась от фамилии своего мужа, чтобы спасти жизнь себе и своему сыну.
– У него на глазах, прямо перед казнью, – восторженно выдохнула Софи. – Я читала об этом! Какая героическая женщина, выжить, вырастить сына без титула и денег, да ещё и собрать с ним отряд, способный победить дракона!
– Этот отряд – сплошь падшая знать и их дети, из тех, кто сохранили верность Лэнгли, – зевнул Эдгар. – Нашу Элен они ненавидят, конечно, просто по факту её рождения от короля.
Это я уже успела заметить. Наёмники, что держались весело и открыто с Ричардом и Каро, на нашу компанию косились с неприязнью, пусть и вели себя подчёркнуто вежливо.
– Вероятно, стоит начать поддерживать легенду о том, что мать меня нагуляла? – устало вздохнула я.
Мою нервную шутку не оценили. Путешествие здорово вымотало нас за прошедшие дни, а ведь мы просто ехали по укатанным дорогам между полей, холмов и живописных деревенек. С каждым днём становилось всё холоднее, и наконец вдали показались очертания горного массива. Подножия гор пушистым ковром укрывал густой еловый лес, а верхушки сияли белоснежными пиками.
Мы остановились на ночлег, зашуршали палатки, загорелись костры. Рыжий здоровяк по имени Макс – заместитель Ричарда, громко объявил:
– Отдыхайте как следует, следующие три дня будут напряжёнными. Не мне вам давать инструкции: выискивайте следы сумрачных котов и снежных медведей, вслушивайтесь, не идёт ли тролль. Раненых не бросаем, тяжело раненых добиваем. Одежду не снимать, даже если жарко, от обморожения брать мазь у Каро.
Словив мой взгляд, он широко улыбнулся и добавил:
– Добро пожаловать домой, маркиза.
  
Глава 10 Природа родного края
 
Первые часы после того, как мы покинули укатанную дорогу и вошли в смешанную с грязью колейку в густом мрачном лесу, я увещевала себя и своих сжавшихся в единый ком спутниц в том, что вчерашняя речь Макса была просто проявлением наёмничьего, циничного чувства юмора. Но чем дальше мы ехали, тем меньше я сама себе верила. За окном было так тихо, что от тишины звенело в ушах: ни зверя, ни птицы. Хотя зима же, может, они просто все мигрировали на юга или попрятались в дупла?
Правда, то, что на дворе зима, было чисто моей догадкой. В столице сады цвели, в провинциях, которые мы проезжали, было очевидное межсезонье, а на «нашей земле» лежал тонкий слой снежка, который потихоньку утолщался вместе с тем, как караван с трудом пробирался через размытую колею.
К несчастью, Эва не спала, а круглыми глазами смотрела в окно, потому я не решилась вслух спросить, что за сезон нынче. Быть может, в этом чудном мире и концепта смен времён года не было.
В итоге, когда мы остановились на обеденный привал, Софи и Эва наотрез отказались выходить из кареты, зато Лиз и Эдгар, напротив, сияя любопытством, первые вылезли наружу и побежали исследовать местность.
Едва я высунула нос, как тут же столкнулась им с Ричардом.
– Я как раз хотел предложить тебе пройтись, – сказал он бодро.
 
Эва напоследок поправила застёжку моей шубы и, кажется, перекрестила на местный манер. Схватившись за руку Рича, я вылезла из кареты, разминая затёкшие ноги.
– Ненавижу это ощущение, – проворчала я себе под нос, – когда тело не слушается.
– Из-за магии королевы? – спросил муж.
– Да, точно, – кивнула я. – Из-за неё.
Ну не рассказывать же ему было, что я видала вещи пострашнее Моники и её мозгоправства? Тем более лично мне не удалось столкнуться с магией королевы лично, а вот Элен явно доставалось.
Жаль, что во время поездки нам с Эдгаром редко выпадала возможность попрактиковаться в магии, но я планировала восполнить это в поместье, без лишних глаз. Наверное, стоило сказать Ричу, что я маг, но как-то разговор этого не касался, а такие вещи, по-моему, не сообщают с наскока.
– Надеюсь, тебе удастся хотя бы примириться с этим местом, если не полюбить его, – нарушил тишину Рич. – Здесь промозгло и опасно, но из всех земель моего отца больше всего я хотел вернуть именно Змеиный Пик. Король думал посмеяться надо мной, подарив его, и не подозревал, что это и правда лучшая награда.
– Ты и правда победил дракона ради того, чтобы вернуть земли своего отца? – спросила я.
– Наверное, тебе тяжело это понять…
– Нет, – мягко прервала я, вскидывая на него взгляд. – Я восхищена, правда. Ты вырос на Змеином Пике?
– Увы, детство моё прошло в роскоши и неге в совсем другом месте, – улыбнулся Ричард. – Но каждое лето до моего восьмилетия мы с отцом ездили на Змеиный Пик, и он всегда рассказывал мне о своём счастливом детстве, проведённом там.
– А потом, после восьми? – осторожно спросила я, заранее зная, что взгляд мужа помрачнеет.
Как и Каро, Рич становился весьма угрожающим на вид, когда погружался в себя.
– Мы всего лишились. Даже Пика.
– Мне очень жаль. Рич, я…
Я хотела извиниться перед Ричем за отца Элен, пусть и не имела к нему отношения. Косые взгляды соратников мужа ясно дали мне понять, что не все разделяют мнение Каро, и быть может в душе Ричарда всё же жило что-то похожее на обиду – я хотела это сгладить. Но Рич мне не позволил. Нахмурившись, он поднял палец, заставляя меня затихнуть, и я послушалась, внезапно обнаружив, что за разговором мы отошли достаточно далеко от лагеря, а лес этот был опасен.
Муж потянулся к клинку на поясе, напоминающим не то длинный кинжал, не то мачете, и медленно, крадучись направился к густому кустарнику впереди. Я, не желая оставаться одна, последовала за ним, прячась за его спиной.
Приподняв ветку кончиком клинка, Рич грозно выдохнул:
– Сумрачник…
Выглянув из-за его руки, я ожидала увидеть какого-то свирепого хищника или как минимум что-то страшное и ядовитое на вид, но увидела…
– Котик?
Не просто котик, а настоящее чудо из чужого мира! Грудка его была покрыта пёрышками, а за спиной виднелись недоразвитые куцые крылышки. Чёрный, аж с синевой с головы до пят, он смотрел на нас голубыми глазёнками и беззвучно открывал рот.
– Он охрип, бедняжка, давно кричит, – расстроилась я, приседая на корточки.
– Элен!
Схватив меня за руку, Рич вернул меня себе за спину, настороженно озираясь. Взгляд его был устремлён на ветки елей.
– Это детёныш, рядом должна быть мать, – пробормотал он.
Маленькое создание, опустив ушки и хвостик, развернулось и сделало шаг в глубь зарослей, затем обернулось на нас, неуверенно переступая с лапки на лапку.
– Это дикое животное, он бы не вышел просто так к людям. Он нас ведёт куда-то!
– В ловушку, к своей мамке на обед, – нахмурился муж.
– А если нет? Надо проверить. Ты же убил дракона, неужели не победишь кошку?
Малыш жалобно пискнул, что было едва слышно из-за хрипоты в его голоске. Я проникновенно посмотрела на Рича, и он закатил глаза.
– Три метра. Если дам знак – ты тут же без вопросов убегаешь в лагерь, пока я разбираюсь с животным, понятно?