Бескрайний архипелаг. Книга V (СИ)

Тяжело было не заметить, как между личом и псом нарастало напряжение. Черныш рычал каждый раз, когда синий луч превращал очередного собрата в пепел. Ширайя же нарочито медленно выбирал следующую жертву, наслаждаясь раздражением питомца. Месть за попытку добраться до книг принимала изощрённые формы.
Я предпочёл не вмешиваться в их противостояние, но внимательно наблюдал.
Спустя ещё несколько часов монотонных тренировок Ширайя созвал совещание.
  
— Знаете, что это такое? — он потряс книгой, обложка которой облезла настолько, что невозможно разобрать название. — Вижу, что нет. Трактат по ритуалистике! — голос задрожал от восторга. — Бесценный кладезь знаний, которого не было даже в великой библиотеке магической гильдии!
Впервые слышу о ритуалах в контексте Архипелага. Парадигма предпочитала навыки и классы, а не древние обряды. Любопытство взяло верх.
— Там есть информация, которая поможет нам победить авантюристов?
Ширайя раскрыл книгу на случайной странице.
— Определённо! Однако есть нюанс. Текст написан символами первопроходцев, а не общим языком. Для непосвящённого эти страницы выглядят развлекательным чтивом.
Костлявый палец указал на серию иллюстраций. На них скелет исполнял причудливый танец. Каждое движение разбиралось на несколько кадров: поднятие руки, поворот корпуса, сгибание колен. Рисунки напоминали инструкцию по аэробике, а не магический трактат.
— Эта книга написана теми, кто первым попал в Бескрайний Архипелаг! — лич прижал фолиант к груди. — Вы хоть понимаете, насколько она ценна? Это прямое знание от тех, кто создавал саму Парадигму! А может, и наоборот — она создала их. Увы, история умалчивает.
Такеши безразлично пожал костлявыми плечами, а вот я насторожился. Фамильный ключ-медальон указывал именно на чертог первопроходцев. Я догадывался, что они первыми появились в Бескрайнем Архипелаге. И всё же предположения Ширайи казались слишком уж неправдоподобными.
— Увы, язык знаком мне плохо, — продолжил он, вновь открывая книгу. — Удалось расшифровать лишь фрагменты. Весь трактат посвящён загробной жизни, некромантии, связи между мирами живых и мёртвых. Но один ритуал я смог понять полностью. Речь идёт об усилении некротической эмпатии. После его проведения мы начнём лучше чувствовать мертвецов, понимать их желания и мотивы. Связь между нами укрепится многократно.
Практическая польза ускользала от меня. Как именно понимание мертвецов поможет победить авантюристов? Впрочем, если провести селекцию, оставив самых способных, но при этом низкоуровневых мертвецов, с помощью эмпатии и маски я смогу подобрать к ним ключи. Результатом станут слаженные боевые отряды, обученные тактике.
— Что требуется для ритуала?
— Немногое, — Ширайя перелистнул несколько страниц. — Круг из костяной пыли, кровь живого существа и горка черепов. Всё остальное я сделаю сам.
— Костяную пыль добудем из вездесущих останков. А кровь возьмём у гробзиков.
Ширайя просиял. Вернее, огоньки в его глазницах вспыхнули ярче обычного.
— Именно! Начнём подготовку немедленно.
  
Глава 16 
 
Ритуал завершился. Едва мы втроём покинули круг из костяной пыли, как сразу ощутили изменения. Обстановка в гроте стала восприниматься иначе, словно появилось дополнительное, седьмое чувство.
Окружающие мертвецы предстали в новом свете. Каждое подёргивание плеча или наклон головы теперь читались с пугающей ясностью. Вот свежепризванный зомби в остатках крестьянской рубахи сжимает и разжимает кулаки. Обида жжёт его изнутри. Другой мертвец покачивается, перенося вес с ноги на ногу. Суетливость пронизывает каждое движение. Женщина-зомби застыла у стены, её челюсть отвисла чуть сильнее обычного. Шок от осознания собственного состояния.
Новое восприятие затягивало. Я поймал себя на том, что слишком пристально изучаю худощавого мертвеца с проломленным виском. Секунда, другая — и в сознание хлынул поток чужих переживаний. Гнев обжигал изнутри, за ним накатывала волна растерянности, потом снова гнев. Пришлось отвернуться и несколько раз встряхнуть головой, выталкивая чужеродные эмоции.
Такеши застыл рядом, его глазницы медленно перемещались от одного зомби к другому. Скелет поднёс ладонь к черепу и потёр височную кость. Жест удивления, который я научился распознавать за короткое время, проведённое в некрополе.
Ширайя парил в стороне, внимательно наблюдая за нашей реакцией.
— Любопытно, — произнёс он после долгой паузы. — На вас двоих эмпатическая связь не распространяется. Разумные души сохраняют ментальный барьер даже в мёртвых телах.
Это не могло не радовать. Собственные мысли хотелось держать под замком.
Следующий час мы с Такеши изучали поведение новоприбывших. Физиогномика мертвецов оказалась предсказуемой. Опущенные плечи выдавали покорность, выпяченная грудь сохраняла остатки гордыни, мелкая дрожь в пальцах указывала на подавленную ярость. Примечательно, что ни один из них не демонстрировал признаков страха. Смерть, похоже, навсегда выжигала эту эмоцию.
Ширайя созвал нас к зиккурату, когда очередная партия мертвецов разбрелась по гроту.
— Удалось расшифровать ещё один ритуал! — в голосе лича звенело нетерпение первооткрывателя.
— И что же на этот раз?
— Обряд слияния взоров, — костлявый палец постучал по странице. — Позволит мне видеть глазами зомби-пса. Вы не представляете, как надоели эти каменные своды. Двести с лишним вексов одни и те же стены, одни и те же трещины в потолке. Хочу увидеть некрополь, узнать, как живут его обитатели.
Практическая польза очевидна. Да и нервная система Ширайи получит передышку от постоянного беспокойства за нашу сохранность.
— Нам бы тоже пригодилось такое умение. Для разведки незаменимо.
— Увы, привилегия доступна исключительно магам. Каждая активация требует ману, которой у вас попросту нет.
— Понятно. Тогда тебе придётся налаживать отношения с Чернышом.
Челюсть лича яростно клацнула.
— Предлагаю подобрать другого кандидата. Более покладистого и менее… своенравного!
Черныш поднял голову и издал низкий рык. Красные угольки глаз сузились в предупреждающие щёлки.
— Забываешь важную деталь. Мои комплименты подействовали только на него. Проведёшь ритуал с другим псом? Пожалуйста. Но как заставить незнакомого зверя следовать за нами? Маска знати работает исключительно на зомби, остальным приказывать я не могу.
В итоге Ширайя нехотя согласился. Пальцы его сжались и разжались несколько раз, прежде чем лич решился приблизиться к Чернышу. Он подлетел к псу, рука потянулась ко лбу животного. Питомец отпрянул назад, когти заскребли по каменному полу грота.
— Стой на месте, чудище! — раздражённо буркнул Ширайя.
Черныш развернулся и нырнул мне за спину.
— Я же говорил! — возмутился лич.
Пришлось обойти пса и встать у него за спиной. Мои ладони легли на мощные плечи животного, пальцы зарылись в свалявшуюся шерсть. Я наклонился к уху Черныша, нашёптывая успокаивающие слова. Ладонь медленно скользила по хребту, поглаживая взъерошенный загривок. Мускулы постепенно расслаблялись, дыхание выравнивалось.
Ширайя воспользовался моментом. Его рука коснулась лба животного, и грот наполнился гортанным пением:
— Ма-арох аба-а-ата хоуд р-а-а-а…
Воздух задрожал от магической энергии. По стенам пробежали едва заметные искры, черепа в основании зиккурата слабо засветились. Потом всё стихло. Ширайя отдёрнул руку и покачал головой.
— Чёрная бездна! Не вышло! Для единения требуется взаимная симпатия, которой у нас с Чернышом нет и, заметь, не может появиться по определению! Легендарному магу неприлично водить дружбу с грязными животными!
  
Кусочки мозаики сложились в цельную картину. В традициях его гильдии или, возможно, всей расы заложено презрение к четвероногим спутникам.
— Собаки, волки, живожоры, морокопсы, — Ширайя принялся загибать пальцы, выплёвывая каждое слово с отвращением. — Все как один! Непредсказуемые, шумные и дурно пахнут! То ли дело более благородные питомцы. Кошки, мурхаи и мои самые любимые — мяусаны! Гордые и величественные создания, которые обожают много спать!