Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

У Саймона был уникальный талант к росписи и резьбе по дереву, а ещё он потрясающе готовил и очень любил детей. Перед праздниками мы любили посещать приюты для магически одаренных сирот, угощая их домашними сладостями и вручая подарки.
Раньше с нами всегда ходил Ашер, а в последние годы его заменил Олаф. Вместе с Саймоном они частенько наряжались в добрых духов, развлекая малышню. Я обожала такие дни, даже несмотря на то, что они напоминали мне о собственном прошлом. Слишком хорошо знала, как сиротам нужна сказка и вера, что они кому-то нужны…
  
– Потрясающая работа, – улыбнулась, – детвора обрадуется, получив такой подарок!
– Я туда ещё печенья и шоколадных конфет положу, – заговорщически добавил орк, – хотите, и вам такую шкатулку сделаю?
– Очень хочу! – рассмеялась. – И от конфет внутри не откажусь!
– Сделаю молочные звездочки с молотыми лесными орешками, как вы любите! – подмигнул мне Саймон. – Вы к Йолю? Он как раз крылья разминает, будто чувствовал…
– Да, хочу полетать после дежурства, – ответила, наслаждаясь нахлынувшим умиротворением и странным, давно забытым предвкушением праздника.
– Тогда переодевайтесь, а я пока Йоля оседлаю. А как вернётесь, я вас горячим шоколадом угощу и имбирным печеньем, – затараторил орк. – Готовил по-новому рецепту! Вам должно понравиться, нежное, хрустящее…
– Даже не сомневаюсь! – рассмеялась, сворачивая в сторону раздевалки.
Этот ангар мы арендовали вместе с семьёй Томаса. Раньше он принадлежал зоолечебнице при лётной кавалерии, здесь грифоны и виверны заново учились летать после боевых ранений. Позже для этих целей отстроили новый, более просторный ангар, а этот пришёл в запустение.
Мы дружно отремонтировали его и переделали под свои нужды. Здесь наши грифоны чувствовали себя комфортно и могли размять крылья, когда у хозяина не было времени на полёты. Саймон и Дэрек, второй охранник, ревностно следили за порядком и здоровьем прекрасных пташек. А големы-уборщики поддерживали идеальную чистоту.
Да и самим грифонам втроём было веселее, чем поодиночке. Я частенько наблюдала, как они дурачатся, вываляв друг друга в песке или в шутку сражаются на арене, а уже через миг дружно курлычут, выклянчивая у сердобольного Саймона внеочередную порцию мяска, словно оголодавшие коты.
В искусстве попрошайничества особенно преуспел мой Йоль. Хитрый грифон умел скорчить такую жалобную мордашку, что ему хотелось отдать всё, включая душу, и ключи от особняка.
– Къяар-р-р-ра! – из глубины ангара послышался жизнерадостный вопль Йоля.
Красавца-грифона мне подарили совсем малышом. Ашер видел, как тяжело я привыкаю к новому миру и детскому телу, вот и решил подарить мне необычного друга, и оказался прав.
В Йоля я влюбилась с первого взгляда, едва увидела, как из праздничной коробки вынырнуло нечто с телом рыжего котёнка, птичьей мордашкой и очаровательными пушистыми крылышками. Только меня птичка поначалу проигнорировала, первым делом забравшись на стол и съев всё шоколадное печенье. Затем это неугомонное создание стянуло с кресла шерстяной плед и укуталось по самый клюв, напомнив поведением Йольского кота из исландских сказок. Подумав немного, решила так его и назвать – Йолька, а сокращённо – просто Йоль, в честь старинного праздника зимы.
С тех пор мы не расставались, грифон стал моей отдушиной. Я обожала проводить с ним время, вычёсывая роскошный мех и гриву, слушая его бойкий клёкот и рассказывая истории из жизни госпиталя. Конечно, при Саймоне я не упоминала подробностей, но когда мы с Йолем оставались одни изливала душу, жалуясь на несправедливые законы, портящие жизнь и мне, и Олафу.
Грифон всегда слушал внимательно, накрывая крыльями словно тёплым пледом, и успокаивающе курлыча. Наверное, лишь благодаря ему я не сошла с ума от горя и тоски, когда погиб Ашер…
Коммуникатор вновь пронзительно запищал. Я не сомневалась, что сообщение от Джастина.
– Что ж тебе так не терпится… – прошептала, застёгивая короткую, но очень тёплую курточку.
Полёт на грифоне требовал специальной одежды, ведь на высоте температура была намного ниже. К тому же, в юбке летать невозможно, и для таких прогулок у меня была специальная брючная униформа, напоминающая ту, что носили в лётной кавалерии. Разве что цвет отличался и знаков отличия не было.
Закончив с одеждой, надела на голову защитные очки и вытряхнула из кармана шубки коммуникатор. Интуиция не подвела, сообщение действительно было от Джастина. Он не хотел ждать два часа и предлагал встретиться прямо сейчас, а я была банально не готова к этому разговору.
Сегодняшний день выжал меня досуха. Я устала морально и физически, и имела право хоть немного прийти в себя! Тем более, разговор предстоял непростой, у господина Тревелли было много тайн, и судя по маниакальной скрытности, он занимал не последнее место в нашем королевстве.
Возможно, под иллюзией скрывался кто-то из боевых магов, вернувшихся вчера вместе с генералом Тилем. Я знала случаи, когда в смертельно опасных сражениях воины выжигали свою Искру, превращаясь из элиты и гордости империи в никому не нужных инвалидов на имперском пособии.
Конечно, их не списывали в утиль как тех, кто изначально родился без Дара или потерял его при других обстоятельствах. Но всё равно, ссылка на окраины и брезгливая жалость в глазах окружающих, для вчерашних героев была хуже смерти.
– Кто же ты? – прошептала, задумчиво повертев коммуникатор в руках.
Впрочем, чтобы Дьянни смог официально передать нам камень, Джастину придётся назваться своим настоящим именем. Поэтому сейчас нет смысла тратить время на гадания.
– Два часа ничего не решат, а мне нужно восстановиться после дежурства в госпитале, – решила не мудрить и написать правду, – встретимся в условленное время в Золотой лилии.
Спрятав артефакт в карман и наглухо застегнув его с помощью защитного ремешка, натянула перчатки и вышла из раздевалки. Судя по нетерпеливому клекоту, разлетающемуся по всему ангару, моему красавцу не терпелось набрать высоту, а мне хотелось отвлечься и проветрить мозги. Сейчас я не в том состоянии, чтобы принимать судьбоносные решения и встречаться с Джастином.
– Къяар-р-р-ра! – едва подошла к взлётной площадке, Йоль вихрем налетел на меня, едва не сбив с ног, и обняв крыльями по-кошачьи боднулся лбом.
– Осторожнее, чудо моё снежное, – рассмеялась, обнимая пернатого красавца и зарываясь лицом в мягонькую, пахнущую травами гриву. Похоже, Йоля сегодня купали и вычёсывали. – Ну что, прогуляемся? – добавила, выскальзывая из уютных объятий и обходя грифона сбоку.
– Къяар-р-р-ра! – жизнерадостно курлыкнули в ответ.
– Удачного полёта, светлая хозяюшка! – воскликнул Саймон, едва я ловко запрыгнула в седло.
Устроившись поудобнее, надела очки, закрепила ноги и корпус ремнями безопасности, и лишь после этого ухватилась за специальные ментальные рога. Уздечкой не пользовалась, Йоль ненавидел её, предпочитая мысленные приказы.
– Вперед! – воскликнула.
Купол над нами со скрипом разъехался в стороны и грифон, расправив огромные крылья, сорвался с места. В лицо ударил прохладный ветер, и несмотря на наличие очков невольно зажмурилась, полностью отдавшись ощущениям.
– Къяар-р-р-ра! – отозвался грифон, стремительно набирая скорость и высоту. Мы мчали навстречу облакам, словно мечтая слиться с последними лучами закатного солнца, и впервые за последнее время я чувствовала себя по-настоящему свободной!
– Аа-а-а-а! – закричала, едва отдалились от города, и я была уверена, что меня никто не слышит.
  
Наверное, это странно - кричать в небеса, пугая пролетающих мимо птиц, но метод безотказно помогал снять скопившееся напряжение и восстановить душевное равновесие. Я иногда так делала, и Йоль с удовольствием подыгрывал, курлыча во всю глотку.
– Къяар-р-р-ра!
– Аа-а-а-а!
Почувствовав, что начинаю сипнуть, рассмеялась и подлечила магией горло. Исчезли усталость и тяжесть дурных новостей, уступив место шальному азарту и радости от полёта. Теперь с удовольствием рассматривала раскинувшуюся внизу столицу, её пёстрые, украшенные к празднику улочки и блеск магических огней, заметный даже с такого расстояния.