Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

– Нет… – растерялась. – И не совсем понимаю…
– Зима способна на многое, но её чудеса бывают и жестокими, – усмехнулась Смерть, – ты думала, как помочь Латифе. Она мечтала о мести, а это блюдо, как известно, подают холодным.
– Латифа не может самостоятельно убить Мёртвого генерала…
– А кто сказал, что она должна это сделать сама? – поинтересовалась Джайна. – Думаешь, верный рыцарь бросит свою принцессу?
  
Рагнар?! Как интересно…
Выходит, госпожа Смерть одобряет такое решение?
– Холодная кровь и холодное сердце… Разве не прекрасное решение всех проблем? – спросила Джайна и исчезла, оставив меня в полнейшем смятении.
Холодная кровь… Уникальная магия королевы Софии, которой владели лишь её потомки. Латифа носительница редчайшего Дара и хранительница одной из Печатей над проклятым лесом. Поэтому её и отдали мёртвому генералу. Но сердце! Уж не о проклятом ли камне речь?
Но ведь у него уже есть хозяева!
Бриллиант потеплел, соглашаясь с моими мыслями. И перед глазами вспыхнули обрывки нашей с Кристофом клятвы. В обмен на помощь камня мы пообещали спасти души тех, кто попал из-за него в плен к Мёртвой вьюге.
Безумие! Но тогда на кону стояла жизнь Тиля… Камешек снова потеплел.
Да ладно…
– Латифа до смерти боится генерала, и он не может стать её защитником, – размышляла я, – а Тиль влюблён в Хольду.
Снова странное тепло…
Проклятый бриллиант не спорил, но аккуратно намекал, что Живая Вьюга и генерал всё же могут помочь? Но чем?!
Я в растерянности уставилась на своё отражение. Джайна больше не появлялась, и теперь на стекле застыла лишь моя тень, наслоившись на сказочно красивый пейзаж. Невольно залюбовалась белыми хлопьями снега, укрывшими госпиталь словно пушистым одеялом…
Метель! Догадка пришла внезапно.
Род Эорра называли повелителями Метели, а Рагнар был его последним представителем. Но из-за потери человеческой ипостаси он не мог принять магию Титана. Хотя Искра невероятно сильная. Возможно, этого хватит, чтобы защитить Латифу от Мёртвого генерала. Но причём здесь Тиль, Хольда и проклятый камень?
– Холодное сердце – это Рагнар? – уточнила.
Бриллиант едва ощутимо потеплел. Похоже, я подошла к черте! Они с Джайной сделали всё что могли, и больше не имели права подсказывать.
– Тиль и Хольда… – беззвучно прошептала.
Генерал связан с Сердцем Бездны. Ведь когда-то этот камень принадлежал Луноликой, а в Ледяном Титане течёт их с Ольгредом кровь.
Поэтому проклятый камень помог, когда Тиль нуждался в помощи. Именно он защитил меня и не позволил раненому Титану выпить мой Дар до последней капли.
В это время Хольда лечила и сдерживала драконью ипостась генерала. Проклятие на неё не распространялось, зато уничтожало человеческую форму Тиля. В этом он действительно похож на Рагнара...
Камень снова потеплел! Выходит, я не ошиблась!
Изучив следы, оставшиеся на ауре Рагнара, смогу помочь Тилю!
– Да, – вспыхнула на стекле алая надпись. – И вспомни пророчество Джайны. Каждый должен вернуться к тому, с чего всё началось. Меня это тоже касается…
– Храм Луноликой! – догадалась.
Я слышала, что Луноликая была сильнейшей целительницей за всю историю нашего мира, при этом единственная владела и боевой магией.
Возможно, в её храме сохранились старые свитки или амулеты, способные помочь Тилю?
– Если с генерала спадёт проклятие, они с Хольдой…
– Ты задаёшь вопросы, на которые уже получила ответы, – вновь вспыхнуло на стекле, – лишь Живая вьюга способна победить любое пророчество, – напомнил камень, – скоро ты поймёшь, что это значит.
Больше ничего узнать не удалось. Надпись развеялась алой дымкой, а вместе с ней и моя связь с проклятым бриллиантом. Я больше не чувствовала присутствия Сердца и, выждав с минуту, отправилась искать Кристофа.
Мой дракон обнаружился на прежнем месте. Он стоял неподалёку от детской палаты и что-то обсуждал с Рагнаром. Отлично! Смогу сразу поговорить с обоими.
– Темнейшая леди, – заметив, что я вернулась без Латифы, драконид насторожился.
В его льдисто-голубых глазах читалась нескрываемая тревога. Удивительно, как быстро они нашли друг друга…Неужели я ошиблась, и Рагнар всё же истинный Латифы?
– Темнейший владыка, господин Эорра, могу я поговорить с вами без посторонних? – ответила, пристально наблюдая за Кристофом.
В его глазах промелькнул целый спектр эмоций: удивление, смутная догадка, шок и… одобрение? Он всё понял и не возражал против такого расклада.
– Это касается леди Латифы, – заручившись безмолвной поддержкой императора, перевела взгляд на драконида.
– Догадываюсь, о чём вы хотите попросить и согласен помочь, – ни секунды не колеблясь ответил Рагнар.
Догадывается?! Но как? Неужели…
– Я Видящий, как и госпожа Таэль, – спокойно ответил драконид. – И сразу почувствовал метку.
Вот это новости... Выходит, Рагнар обладатель редчайшего и исчезающего Дара?
– Давайте всё же отойдём, – предложил Кристоф, заметив моё замешательство, – здесь неподалёку кабинет Таэль. Полагаю, она тоже захочет поучаствовать в разговоре.
– Да, её совет лишним не будет, – растерянно кивнула.
Мысли путались и кружили шальной метелью. Мне никак не удавалось выкинуть из головы недавний разговор с Джайной и Сердцем Бездны. Камень намекнул, что Рагнар и Латифа похожи на Тиля и Хольду.
Тогда получается, что Живая Вьюга… истинная генерала?
– Да, – подсказка бриллианта вспыхнула настолько внезапно, что я чуть на споткнулась. – Но из-за проклятия её признаёт только Ледяной Титан, поэтому и подпускает к себе так близко, и сходит с ума от боли и разлуки. А человеческая ипостась, наоборот, страдает, когда Хольда находится рядом.
Тьма… и как же во всём этом разобраться?
У меня есть догадки, как замедлить развитие проклятия. Изучение ауры Рагнара может дать подсказку и позволит отыскать недостающие фрагменты мозаики.
А вот истинность между Хольдой и Тилем меняет всё!
Блок, который я собиралась поставить, разлетится на осколки, едва Титан вновь позовёт свою Вьюгу.
Впрочем… А если это и есть главная подсказка? Именно истинность, по воле Мертвечихи ставшая для них проклятием, даст ключ к исцелению Тиля?
– Таэль, это Кристоф. Мы можем поговорить? – дракон замер у массивной дубовой двери и постучал.
– Да! – шаманка распахнула двери, пропуская нас внутрь. – Ой, кого я вижу, Рагнар! Всё же решили остановиться на этом варианте?
– Вы знали? – нахмурилась. – Почему тогда не сказали, что Её Высочество и господин Эорра пара? Это же важно!
– Пара? – искренне удивилась шаманка.
Ой…
– Это правда? – Таэль перевела взгляд на драконида.
– Не могу сказать наверняка, – признался Рагнар, – у нас с леди Латифой очень сильная магическая совместимость, но я бы не спешил с выводами. Да и дело не только в возможной связи. Я хочу защитить принцессу независимо от того, истинная она мне или нет. И ради неё готов сразиться с мёртвым генералом.
В голосе драконида проскользнули рычащие нотки, а взгляд стал яростным и жестким.
Похоже, здесь замешаны не только любовные интересы, но и личные счеты. Он ведь потерял человеческую ипостась в бою с Мёртвой Вьюгой…
– Латифа говорила, что не боится меня, – продолжил Рагнар, – если она согласится…
– Уже согласилась, мы как раз обсуждали этот вариант, – заверила его.
– Что ж, тогда лучше не медлить! – воскликнула Таэль. – Чем быстрее проведём обряд, тем проще Рагнару защитить Латифу в Ночь холодных цепей, когда Печати мертвеца войдут в полную силу и проклятый генерал придёт за своей невестой.
– Когда наступит эта ночь? – уточнила. – Я бы хотела узнать о ней подробнее. Есть ли ещё способы помочь Латифе?
  
Риск велик. Метка Меченной и печати Ингаско давали Мертвецу огромную фору и добавляли Силы. Сражаясь за обещанную невесту, он будет в своём праве. А значит, нужно срочно подстраховать Рагнара!
– Давайте я расскажу о цепях, тогда станет понятнее, – ответила Таэль, – если кратко, то после заключения договора маг, отдающий дочь покойнику, связывает её с ним цепями, выполненными из зачарованного льда Полуночницы. Их невозможно разрушить обычным способом, а для носителей светлой Искры они и вовсе смертельно опасны…