Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

– Я, Кристоф Дангорра, повелитель Теневых драконов и император Тёмной империи, – его хриплый голос разлетелся по этажу гулким эхом, усиленным древней магией, и в этот же миг печать Тёмной Звезды на моей руке вспыхнула, просвечиваясь даже сквозь ткань рукава. – Со мной Эстер Лангроу, истинная Тёмная леди. И Олаф Вэринга, Светлейший целитель. Клянусь жизнью, Тенью и второй ипостасью, что мы не связаны с Мёртвой вьюгой, не пытаемся обмануть тебя и не причиним зла.
  
Руны на полу заискрились ещё ярче и окно в конце коридора распахнулось, впуская ледяной порыв ветра и вихрь серебристых снежинок.
Хольда…
Когда-то я слышала, что Живая Вьюга – единственная из стражей Зимы, кто никогда не спит и всегда присутствует в Верхнем мире. А её облик зачарован и его невозможно подделать, поэтому во время Первой Войны с нечистью она помогала Титанам и магам-союзникам бороться с фантомами нечисти и навеянными ими иллюзиями.
Ален это тоже знал и лёд в его глазах начал таять, но пока не исчез окончательно.
– Вы… – парнишка умолк, зачарованно наблюдая за кружащими в воздухе снежинками.
– Хольда, Верховная стражница Зимы и её истинное воплощение, – мелодичный голос призрака разлился перезвоном хрустальных колокольчиков и метель превратилась в уже знакомую мне девушку с серебряными косами до пят, сапфировыми глазами и голубыми, покрытыми инеем губами. – Не бойся нас, Ален, – добавила мягко.
– Я ничего и никого не боюсь! – воскликнул мальчик.
Боец! Даже раненый и ослабленный он не опускал знамён и не бросал оружия, но сейчас его злость и недоверие могли сыграть с нами злую шутку.
– Мы хотим помочь, – добавил Кристоф, призывая уже не Слово Тени, а Силу Титана! – Услышь меня и мою магию, Ален!
Рунический контур полыхнул всеми оттенками сумерек и разгорающейся грозы, а воздух заполонило ароматом летнего ливня. Пронзительного и пьянящего своими штормовыми переливами.
Магия Теневого Титана развеяла последние сомнения и настороженность в глазах мальчишки сменилась искренней надеждой.
– Вы… настоящие, – прошептал, не веря своей удаче.
– Настоящие, – подтвердил Кристоф, – и пришли помочь. Но для этого нам нужно узнать, как ты погиб. Расскажи, что на самом деле случилось в тот день?
В голубых глазах сверкнули боль и отчаяние. Мальчик не хотел об этом вспоминать, но всё же ответил:
– Мы с друзьями катались на коньках. С нами были взрослые, они проверили реку и подтвердили, что там безопасно. И я не сомневался, что лёд крепкий… – Ален неожиданно запнулся и поднял взгляд на Кристофа, – когда это было?!
– Год назад, – сипло ответил дракон, – ты умер в прошлом году за неделю до Ночи снежных лилий.
– Год… Надо же… – растерянно прошептал, – мне казалось, прошла вечность. Там, где я был, нет времени. Но это уже не важно… Вы ведь поможете мне и остальным?!
– Остальным? – переспросила, смахнув слёзы.
– Я помню другие Тени, – пояснил мальчик, – сейчас не слышу их, но Мертвечиха ловила их с помощь моей крови! – голос ребёнка задрожал от ярости и боли.
Похоже, он говорил о душах, которых мы спасли из ловушки ледяного Змея.
– Мы поможем тебе, – ответил Кристоф, – а остальных уже освободили.
– Не может быть! Всех?! Их же было так много! – недоверчиво сощурился.
– Тридцать две души, – ответил дракон.
– Да… – Ален мигом успокоился. – Всё так.
– Они уже свободны, но чтобы вытащить тебя и окончательно победить Мёртвую Вьюгу, нам нужна информация, – добавил Кристоф.
– Я мало знаю, – покачал головой мальчик, – но точно погиб из-за нечисти. Она скрывалась подо льдом и звала меня. Помню этот голос… Жуткое, пронизывающее до костей пение и перезвон флейты… нежный и одновременно тревожный. Он гипнотизировал меня, вёл на середину реки, а я не мог противиться. Просто шёл на зов… А потом лёд под моими ногами треснул и я провалился, – прошептал едва слышно, – дальше помню только холод и пустоту… Я умер быстро, даже не почувствовал ничего, а очнулся уже призраком в плену Мертвечихи.
От слов Алена по щекам ручьями хлынули слёзы. Но боль и ярость порождали Силу, я была готова на всё, чтобы спасти душу бесстрашного малыша и окончательно упокоить Мёртвую королеву со всеми её приспешниками.
– Расскажи подробней о голосе, который тебя звал, – попросила, – ты сказал, что слышал песню. Может, вспомнишь слова из неё?
Перезвон флейты – точно авет, в этом даже не сомневалась. Но никакого пения мы ни разу не слышали и это насторожило. Ещё одна тварь?
– Не помню, хотя не раз пытался понять, как именно нечисть загипнотизировала меня, – признался мальчик, – это было похоже на наваждение. Голос лился рекой, невозможно ничего разобрать и… невозможно сопротивляться.
– Ты сказал, что в тот день катался с друзьями, – напомнила, – выходит, они ничего не слышали?
– Нет, – за мальчика ответил Кристоф, – с Аленом было семеро детей, а на берегу осталось пять взрослых и очень сильных драконов, включая его родителей и старшего брата. Никто не слышал и не заметил ничего подозрительного. Случившееся для всех стало шоком…
– Да, я помню крики, – неожиданно прошептал мальчик, – услышал их, когда падал. Все испугались и, кажется, рванули на помощь. Хорошо, что не успели провалиться вместе со мной. Ведь, не успели?! – воскликнул, с надеждой посмотрев на Кристофа.
– Не успели, – заверил его дракон, – больше никто не пострадал.
– Хвала Луноликой! – Ален облегчённо выдохнул.
– Когда треснул лёд и ты провалился, родители сразу попытались вытащить тебя с помощью магии, а остальные увели детей со льда, – продолжил дракон, – но магия не сработала и тогда они ринулись за тобой, перекинувшись в половинную ипостась. Тебя искали двое суток, но тело так и не нашли…
На лице Кристофа заходили желваки, ему тяжело давался этот разговор. Слишком больно признавать, что взрослые и могущественные драконы не сумели защитить ребёнка от нечисти…
– Я тоже принимал участие в поисках, – продолжил, – мы буквально избороздили дно реки магией, спустились далеко по течению…
– Но моё тело сразу унесла Мёртвая Вьюга, – закончил за него Ален.
– Почему никого не насторожило исчезновение тела? – удивился Олаф.
– В Серебрянке очень мощное течение и на дне оно сохраняется даже зимой, – пояснил Кристоф, – мы не нашли следов нечисти или чужой магии, поэтому по официальной версии тело Алена отнесло течением в Полуночницу.
– Полуночницу? – опешила. – Но это же река Мёртвых! Она находится в Нижнем мире…
– Но свои истоки берёт в Верхнем мире, у подножия Сумеречных гор, – поправил меня Кристоф, – Серебрянка впадает в неё в том месте, где Полуночница начинает опускаться на Призрачные тропы.
– Зачем вообще пускать детей на лёд?! Тем более, в таком опасном месте! – воскликнула в отчаянии.
Замёрзших рек и озёр я боялась с самого детства. Мне всегда казалось, что если я выйду на лёд он обязательно треснет и я провалюсь… На месте родителей Алена, костьми бы легла, но не пустила ребёнка кататься на реку.
– Этой традиции уже пять тысяч лет, – возразил мальчик, – во время Первой войны с нечистью в Серебрянку упал любимый браслет королевы Софии. Его снежная магия переплелась с Силой воды и с тех пор за пару недель до Ночи снежных лилий река всегда покрывается очень толстым и крепким льдом. Его невозможно пробить, он выдерживает даже вес взрослого дракона, а прикосновение к нему помогает быстро восстановить Силу.
– Но Полуночница…
– Её истоки не опасны и не способны вытягивать из магов жизнь, – заверил Кристоф.
– Зато считается, что она забирает всё плохое, и в канун Ночи снежных лилий нужно прокатиться по льду над Полуночницей или Серебрянкой, – продолжил Ален, – это очень древний и красивый обычай, не стоит порочить его из-за нечисти! Я каждый год катался там с друзьями, и всегда всё было хорошо! К тому же, родители лично проверили лёд, – добавил, заступаясь за семью, – да и что, такому как я, будет от холодной воды? Если бы не Мёртвая королева, я бы легко выбрался с помощью магии.