Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)
Белое как снег лицо, поражающее совершенной красотой, серебряные косы до пят, пронзительно синие глаза и голубые, словно покрытые инеем губы. Покровительницу Зимы и Живой вьюги узнала сразу, только совершенно не понимала, как она могла кого-то проклясть! И за что?
Хольда была светлым духом и защитницей детей, она приносила на своих крыльях Зиму, поддерживая равновесие стихий и теряла Силу лишь во время Мёртвой вьюги, когда власть над стихией перехватывала нечисть.
– Нет, – голос генерала дрогнул от новой вспышки боли и вьюга за окном взвыла с такой силой, что в палате задрожали окна.
– Господин генерал, мы тратим время впустую, – Олаф говорил уверенно, но слегка… заторможенно.
Похоже, он приложил ментальной магией сам себя, чтобы не рухнуть в обморок от вида драконьих ран. Впрочем, даже я старалась лишний раз не смотреть на жуткие ожоги, покрывающие некогда красивое лицо Тиля, раздробленную руку и глубокие раны на груди.
– Ваша Искра нуждается в лечении…
Воздух в палате задрожал от вспышки мощнейшего сонного плетения. В сапфировых глазах ледяного дракона полыхнула ярость, но сделать он ничего не успел, и через миг отключился.
– Лечите! – услышала низкий, рычащий голос четвёртого Титана.
Дамиан Эльграс был немногословен, зато действовал наверняка.
– Не будем вам мешать, – добавил, первым выходя из палаты и жестом пригласив остальных. – Если придёт в себя раньше времени, смело вырубайте и валите всё на меня.❄️❄️❄️Дорогие читатели, прикрепляю визуал Хольды)
ГЛАВА 12: О чём плачет стужа
Аид покидал палату молча, лишь на миг задержался у порога и окинул меня оценивающим взглядом. В его глазах цвета вулканической лавы плескалась странная задумчивость, словно он знал все тайны. Даже те, о которых я сама не подозревала.
Кожа покрылась мурашками. Мне стоило огромных усилий не выдать волнения, и судя по одобрительной улыбке владыка это оценил. Понять бы, что именно его так заинтересовало? Неужели Кристоф успел рассказать о контракте Тёмной леди и проклятом бриллианте? Они ведь братья и тёмная империя тесно связана с королевством Вечной ночи…
– Если понадобится наша помощь или магия – зовите, будем неподалёку, – Кристоф подошёл ближе, и я словно в трансе заскользила взглядом по его лицу, оценивая повреждения.
До этого дракон стоял боком, и только сейчас я заметила с правой стороны глубокие раны от чьих-то когтей. Они тянулись рваными бороздами ото лба до подбородка, а по краям переливались аспидным инеем проклятий. Глаз мага уцелел чудом, а от обильного кровотечения спасала качественная заморозка.
Кончики пальцев зачесались от желания помочь. Хотелось оплести дракона магией и излечить раны, но с этим справятся и целители из Тёмной империи, а мне лучше сосредоточиться на Тиле. На двоих Силы точно не хватит, и если начну распыляться, в итоге не помогу ни одному.
– Благодарю, – голос Олафа прозвучал сухо и резковато. Он балансировал на грани.
Едва за Титанами закрылась дверь, напарник позеленел и, зажав рот ладонями, ломанулся в уборную. Его накрыло запоздалым откатом.
Я же поставила чемоданчик на стол и, сбросив шубку, шустро достала всё необходимое. Затем подошла к генералу, осматривая его раны. Применять магию не спешила, ждала пока осядут всполохи чужой Силы.
Дамиан не пожалел для друга энергии и плетение вышло очень мощным. Боялась, что мои заклинания вступят с ним в резонанс, к тому же хотела усилить собственную регенерацию дракона. Поэтому начала с немагической обработки, а на его Искру набросила сканирующее плетение. С Титанами работала впервые, и для начала решила понаблюдать за Даром и потоками магии.
Обработав раны обеззараживающим эликсиром, принялась пинцетом извлекать осколки чешуи. Заодно осторожно снимала заморозку.
Она была стандартной, сочетающейся с любой лекарской Искрой. Опытные воины всегда имели при себе артефакты с этим плетением, а некоторые и вовсе наносили его на кожу в виде многоразовой татуировки. У Тиля я насчитала таких аж семь! Это и позволило ему выжить.
С первичной обработкой ран на плече и груди провозилась минут двадцать, но мысленно порадовалась, что из-за шока дракон обернулся без одежды и лежал под тонкой простынёй. Не пришлось тратить время на размачивание прилипшей к ранам ткани. Едва закончила, сканер на тумбочке пискнул, сообщая об окончании проверки.
Извлечённые обломки чешуи я сразу закидывала в артефакт для исследований. Хотела выяснить, какое именно противоядие лучше использовать, а заодно прикинуть, сколько проклятий успело налипнуть во время боя.
– Проклятие Мёртвых всадников, банши и куунсулов, яд шарканей и горгулов… – увидев внушительный список едва не взвыла.
Генерал вынес из Роя джекпот, собрав солидный комплект проклятий. С ядами дело обстояло чуть проще. Не вся нечисть, имеющая когти и клыки, умела летать, так что потребуется три вида противоядия.
Вводить их одновременно слишком опасно, и, подумав немного, остановилась на сыворотке от укусов шарканей. Их яд полностью блокировал регенерацию, а на неё у меня были большие надежды.
Титаны восстанавливались намного быстрее обычных драконов и отличались феноменальной живучестью. Потому и начала не с Искры, а с обработки ран. Хотела «разгрузить» регенерацию Тиля и направить её в нужное мне русло.
Закончив с противоядием, поставила на некоторые особо тяжёлые раны свою заморозку и переключилась на магические каналы. Здесь всё обстояло ещё хуже. Раны на человеческом теле не отображали истинной картины. Основной удар приняла на себя вторая ипостась. Для спасения Дара генерала придётся напрямую лечить его дракона.
Как подступиться к ледовому Титану не имела понятия, и в ушах эхом гремели слова Тиля: «я выпью тебя досуха, оставив лишь высушенную оболочку». Он ведь и впрямь может выпить меня. Пусть и невольно, пытаясь спасти собственную жизнь, но риск огромен.
Печать неожиданно потеплела, но не успела я спросить, на что именно она намекает, как окно распахнулось от чудовищного порыва ветра и в комнату ворвалась Серебряная вьюга…
Снежинки заплясали мерцающим хороводом и стены начали стремительно покрываться льдом. На миг испугалась, но Сердце снова подало знак сообщая, что всё под контролем и для паники нет причин.
Легко сказать… От одного взгляда на то, как палата превращается в заснеженную ловушку без окон и дверей пробирал озноб, но едва зачарованная изморозь добралась до постели генерала, его Искра оживилась.
Впившись в чужую магию оголодавшим вампиром, она принялась тянуть из Вьюги Силу. Увы, из-за чудовищных разрывов на ауре часть магии тут же выплёскивалась обратно.
Просканировав повреждения, накинула на самые крупные дыры простенькие латки. Надолго их не хватит, но так дракон сможет выпить больше энергии и начнёт регенерировать. А я в это время займусь его магическими каналами.
Работать приходилось очень быстро. Скорость, с которой Титан высушивал зачарованную метель, пугала до дрожи. Меня бы он выпил за пару глотков, оставив у постели кучку пепла да красивую алую форму. Но судя по тому, как легко другие Титаны оставили нас одних, в появлении Хольды никто не сомневался.
Что связывает генерала с покровительницей Зимы я не знала, но явно ошиблась, решив, что именно она прокляла его. Иначе какой смысл помогать мне и просить спасти дракона?
Впрочем, до самого проклятия ещё не дошла. Возможно, оно затаилось в глубине Искры, но пока видела лишь гнилостную паутину заклинаний немёртвых.
Позади раздался странный скрежет. Похоже, Олаф внезапно обнаружил, что его замуровало в уборной, но у меня не было времени на то, чтобы откапывать его и разгребать подпирающие дверь сугробы.
Едва продолжила лечение дракона, по комнате пронзительным эхом разлетелся женский плач, и Вьюга заискрила, оплетая нас с драконом своими всполохами.
Холод просачивался под кожу и пальцы стремительно деревенели. Работать было очень сложно, но я понимала, что без помощи Хольды мне генерала не спасти. Поэтому стоически терпела, продолжая восстанавливать магические каналы.