Синее пламя Юга (СИ)

Долгий рык.
Потом тишина.
И холод метели отступает. Словно откатывается волна. Даже стихает ветер. Уходит страх, насылаемый тварями.
Мне кажется, несколько мгновений потом Искандер стоит не дыша, вглядываясь, стараясь осознать. Я и сама боюсь вздохнуть.
Потом чувствую, как расслабляются его плечи. Он меня отпускает. Крутит головой.
– Кажется, ушли, – говорит шепотом, почти растерянно.
Я немного отстраняюсь, смотрю на него. Не понимаю.
– Не спрашивай, – говорит он, синие глаза светятся изнутри. – Я сам не понимаю всего. Давай лучше поедем.
  
 Глава 8. Синее пламя 
 
 Утверждают, что Драконий Камень Ормхольма лежал на горе задолго до строительства замка и даже до прихода первых людей на эти земли. 
 Исторические хроники 
Нас встретили еще на подъезде.
С факелами, освещая дорогу. По большей части люди Искандера, но я увидела старого Йокеля, который всю жизнь служил отцу, и Хаке с ним… И это немного успокаивало.
Я дома.
Вперед выехал высокий рыцарь в сияющей броне.
– Господин! – он торжественно склонил голову. – Мы ждали вас! Рады видеть в добром здравии! Вас и леди Ингрид!
Искандер кивнул ему.
– Это Ульрих, – сказал тихо, наклонился ближе ко мне. – Иногда он выглядит как самовлюбленный индюк, занудный до зубной боли, но когда доходит до дела, на него можно положиться.
– Миледи! – Хаке радостно махнул мне. Хотел было даже подъехать ближе, но Йокель одернул его, не пустил. Сейчас не время. Я только улыбнулась в ответ, давая понять, что рада их видеть тоже.
А вот Ульрих поравнялся и пустил лошадь рядом с нами.
– Темнеет, – сказал он. – Мы уж хотели ехать вас искать.
– Всей толпой? – хмуро спросил Искандер.
Ульрих фыркнул, оглянулся на остальных.
– Тут всегда так опасно? – спросил он.
– А что, уже зассал? Жалеешь, что приехал?
Ульрих возмущенно тряхнул золотыми кудрями, ноздри дрогнули. Он был… нет, не сказать, чтобы он был красив. Благороден. Сухощав, резкие скулы, тяжелый подбородок. Синие глаза, как у Искандера, и я отчетливо вижу огонь в них. Древняя сильная кровь – без всяких сомнений. Плащ, отороченный белым горностаем, начищенный до блеска панцирь с гербом на груди. На гербе дракон. Так он один из Брейденов? Родственник короля?
Искандер рядом с ним смотрится безродным оборванцем.
– Я здесь по приказу Альфреда, а не ради тебя, – сказал Ульрих. – Исполняю свой долг.
Нотка снисходительного… не то чтобы презрения… Но превосходство слышится точно.
Искандер скривился, дернул щекой.
– Ради исполнения долга ты так вырядился? – кивнул на панцирь. – Тут недалеко на деревню твари напали, убили несколько человек.
– Да, – Ульрих помрачнел. – Сегодня пришли к нам. Почти двести человек, Сандер! Они хотят нашей защиты. Но двести ладно, мы их разместили. А если придут еще? Зима только началась, чем их кормить? Ты, кстати, видел бумаги? Видел, сколько здесь долгов? Да ты теперь должен всем подряд!
– В финансовых вопросах, – Искандер повернулся ко мне, – Ульриху нет равных. Тут он любого сожрет!
– Это серьезно, Сандер!
– Серьезно, – согласился тот. – Поэтому ты здесь. Что говорят люди, которые к вам пришли? Как на них напали?
Ульрих скрипнул зубами.
– Они в панике. Даже взрослые мужчины только и делают, что воют: вот, пришел последний день, мы все умрем. По делу – ничего. Только то, что твари приходили последнее время каждую ночь, бродили под окнами, собаку у кого-то задрали. А теперь вот принялись за людей.
– Последнее время? – сказал Искандер. – Как давно?
– Да вот… – Ульрих задумался. – Дней пять-шесть…
– Как мы приехали? – Искандер оглянулся на меня. – Хорошо. Завтра утром будь готов, поедем в Багряную рощу, твой взгляд на это мне пригодится. И отправь Мартина сменить Тагира, пусть присмотрит. Тагир мне здесь нужен. И еще… Кадим вернулся?
– Кадим? – Ульрих удивился даже. – Он был с тобой.
– Он должен был вернуться раньше. Его нет?
Ульрих покачал головой.
 
Мы как раз въехали во двор замка, Искандер спрыгнул на землю, хотел было подать руку и мне, но я успела сама. Не то чтобы я против, но… Сейчас все смотрят на нас. А еще несколько дней назад я сбегала тайком, уверяя, что не подчинюсь королевской воле. И вот… Подчинилась. Искандер ибн Джабаль – мой муж.
Глупо, наверно.
И мне немного стыдно, что вернулась так.
А он только улыбается, глядя на меня. И все равно подходит совсем близко.
– Как мы поступим, ваша светлость, – говорит тихо, – будем спать вместе, как муж и жена? Или сделаем вид, что ничего не было? Да не дергайся ты так.
– Не сегодня.
Он пожимает плечами. И руку мне подает все равно. Я должна идти с ним.
Нас встречают, во дворе собралось много людей.
Я касаюсь его руки…
И вдруг откуда-то выскочила эта девица! Я никогда не видела ее, уэйка, и немного данхарской крови, кажется. Красивая. Шелковое платье и наспех накинутая на плечи шубка. Почти совсем открытая грудь в кружевах так и вываливается из корсета. И не холодно ей? Приходится терпеть ради такой красоты? Уж точно не леди, слишком… пошло.
– Ваша светлость! – она улыбнулась так мастерски обворожительно и чуть присела склоняя голову, но так, что кружева оказались почти у Искандера под носом. – Я так рада, что вы вернулись! Я так беспокоилась о вас!
– Не стоило, – сухо бросил он, но посмотреть на грудь, конечно, посмотрел. Потому что как тут не смотреть? Даже я смотрю.
Он попытался отмахнуться, но девица выпрямилась и доверительно качнулась к нему, тихо:
– Сандер, я скучала.
«Сандер».
Ее глаза блестели многообещающе.
– Лис, не сейчас, – сказал он. Попытался отстранить ее, пройти.
«Лис», значит. Любовница? И прямо передо мной вот так? Как-то это слишком совсем. Так он, наверно, и рад, что спать мы будем отдельно? У него тут есть девицы погорячее! Сукин сын.
И главное – даже не думает смущаться, словно все идет, как должно.
И держит меня за руку, по-хозяйски, ведет через двор на крыльцо. И словно дела до всего этого ему совсем нет.
Только устроить истерику сейчас – будет лишнее. Но я запомню. Как бы там ни было – это мой дом!
– Ваши покои готовы, господин! – Перед нами открываются двери. – Ужин прикажете сразу подавать или хотите отдохнуть?
– К Камню сегодня со мной пойдешь? – Искандер повернулся ко мне.
И вот прямо сейчас, с порога, я этого не ожидала.
Или ему действительно нет до девицы дела? Потом, может, и будет, но прямо сейчас он думает о тварях, о ночной метели и погребальном костре, который мы складывали сегодня. Хмурится.
– Ты хочешь идти сегодня?
– Ты устала? – спросил он. – Вечер уже, стемнело. Я так понимаю, что если Камень примет меня, хотя бы отчасти, ночь будет чуть более тихой. Наверно, ничего не изменится сразу, но спокойнее будет. Кому-то это может спасти жизнь.
– Да, конечно, – согласилась я. – После ужина сразу пойдем.
– Сейчас, – сказал он. – Сразу.
– Ты так торопишься? – удивилась я.
– Мне не нравится то, что происходит, – немного сжал мою руку, скорее непроизвольно. – Чем быстрее я начну разбираться с этим, тем лучше.
Хорошо.
Я страшно устала, хочу есть и спать, и теплую ванну. Но Искандер прав. Промедление может стоить кому-то жизни.
– А как же твоя девица? – все же не удержалась я. – Она скучала и тебя ждет.
– Что? – Искандер, кажется, и понял не сразу, обернулся на эту Лис. – Она не моя девица.
– Хочешь сказать, ты ее не знаешь?
– Знаю, – он вздохнул.
– Или, может быть, ты ни разу не спал с ней?
Он нахмурился еще больше. Устало так.
– Спал. Ингрид, чего ты хочешь? Предлагаю еще раз, давай я принесу тебе клятву, и закроем эту тему?
– Я не верю твоим клятвам. Хочу только, чтобы твои любовницы не бегали передо мной с голой грудью. И если ты решил сразу идти к Камню – идем, но это может затянуться надолго. На всю ночь – почти наверняка. И прежде, чем что-то отдать, Камень вытянет из тебя последние силы… молись, чтоб хватило.