Поцелуй для Джулии (ЛП)

Джулия вдруг поняла, что он прервал речь и поднял на нее ледяной взгляд, и на мгновение испугалась: неужели упустила что-то из сказанного? Если и так, узнает позже у старшей сестры. Она захлопнула блокнот, и доктор сказал:
– Я бы хотел получить эти записи, как только вы их напечатаете, мисс Бекуорт.
– Очень хорошо, сэр. – Про себя же Джулия поклялась, что сначала выпьет кофе.
  
Что и сделала, мудро решив управиться побыстрее. Профессор почему-то не производил впечатление человека, способного тратить время на болтовню с медсестрами за чаем с печеньем. Джулия оказалась права. К его возвращению она успела напечатать половину первой партии записей.
– Если понадоблюсь, я буду в патологической лаборатории, – сообщил профессор и снова ушел.
Джулия погрузилась в работу. «Теперь все будет иначе», – с сожалением подумала она. Жизнь никогда не стоит на месте.
Ван дер Дрисма отсутствовал долго. Джулия успела закончить с записями, положила их на стол начальника и отправилась в столовую на обед. Она делила стол с двумя другими секретарями и сотрудницей из регистратуры, и все жаждали узнать о новом докторе.
– Какой он? – спросила регистратор, юная, хорошенькая и прекрасно об этом осведомленная.
– Честно говоря, даже не знаю. То есть, я видела его несколько минут сегодня утром и на обходе в отделении. Он кажется очень милым, – осторожно добавила Джулия под конец.
– Ты будешь скучать по профессору Смиту, – вступила одна из секретарей, спокойная женщина средних лет. – Он был милым стариком…
Регистратор рассмеялась:
– Да, этот явно не таков. И внешностью не обделен. Надеюсь, однажды он появится у моего стола.
Джулия подумала, что это вряд ли, но ничего не сказала. Она съела холодное мясо, картошку, листик салата и полпомидора, за которыми последовал полезный, но скучный десерт со сливами и заварным кремом, после чего вернулась в свой маленький кабинет, намереваясь приготовить себе чай. Профессор Смит установил электрический чайник, и Джулия держала в одном из ящиков шкафа заварник, кружки, а также сахар и маленькие пластиковые кувшинчики с молоком.
Профессор ван дер Дрисма сидел за столом. Когда она вошла, он поднял голову.
– Ходили перекусить? – поинтересовался ровным тоном. – Не могли бы вы мне сообщать, когда уходите из офиса?
Джулия разозлилась. Не имеет значения, что он важный член медицинского сообщества, существует такая вещь, как хорошие манеры.
– Если бы вы были здесь, я бы сообщила, – ответила она подчеркнуто холодно. – И это не перекус, а обед.
Профессор откинулся в кресле и заговорил отстраненно-вежливо:
– Мисс Бекуорт, начнем сначала? Я понимаю, что являюсь плохой заменой профессору Смиту. Тем не менее мы унаследовали друг друга, хотим мы того или нет. Постараемся поладить? Должен признать, вы не совсем то, чего я хотел, и думаю, вы того же мнения обо мне. Если вам тяжело со мной работать, пожалуйста, попросите о переводе. Ваш труд высоко ценят, так что с этим проблем не возникнет. С другой стороны, если вы готовы смириться с недостатком у меня светских навыков, полагаю, мы сможем неплохо притереться друг к другу.
Тут профессор улыбнулся, и у Джулии перехватило дыхание, поскольку теперь он выглядел совсем иначе – с таким человеком ей бы хотелось познакомиться и подружиться. Со всем возможным самообладанием она произнесла:
– Если позволите, я бы предпочла остаться. Видите ли, вы совершенно не похожи на профессора Смита, но я уверена, что, как только к вам привыкну, вы найдете меня подходящей. Что вам во мне не нравится?
– Я сказал, что вы мне не нравитесь? На самом деле это не так. Я имел в виду, что вы – не совсем тот секретарь, которого я бы нанял, будь у меня выбор.
– Почему?
– Вы слишком молоды, и кое-что еще… – Он помолчал. – Оставим это? – Затем встал и протянул ладонь: – Пожмем друг другу руки?
Джулия ответила на рукопожатие и подумала, что разговор у них вышел странный.
Профессор вернулся за стол и обратился к лежащим перед ним бумагам.
– Этот случай агранулоцитоза – у миссис Бригс был брюшной тиф. Из-за ее состояния она лечилась хлорамфениколом. Я бы хотел просмотреть ее старую карту, если ее госпитализировали сюда прежде. В нынешних записях вы можете увидеть, что пациентка помнит, как лежала здесь дважды, но не помнит, когда. Это безнадежная задача?
– Возможно, нет. Я найду их для вас, как только смогу. Вам звонили из лаборатории Королевского центрального госпиталя. Они хотели бы поговорить с вами, когда освободитесь.
– А, да. У меня там пациент. Дозвонитесь до них и переведите звонок ко мне, хорошо, мисс Бекуорт?
– Я займусь поисками старой карты, – пообещала Джулия. – Схожу в архив.
– Замечательно.
Взгляда от записей доктор так и не оторвал. Джулия прошла к себе, набрала Королевский госпиталь и вскоре перевела звонок на профессора. На ее столе не было ничего, требующего немедленного внимания, так что она спустилась в подвал и, перебросившись несколькими словами с суетливой женщиной, отвечавшей за медицинские карты, уселась за работу.
Задача оказалась трудной, но не безнадежной. Миссис Бригс сорок лет, ее воспоминания о прежних визитах сюда смутны, но реальны. Скажем, от пяти до десяти лет назад… Это была утомительная и грязная работа, и суетливая женщина или ее напарница могли бы помочь, хотя, справедливости ради, следовало признать, что им и так хватало дел.
Джулия мечтала о чашке чая, но взгляд на часы подсказывал, что чайный перерыв уже давно прошел. Она задумалась, должна ли задержаться, пока не найдет записи, или может уйти домой в полшестого.
Около пяти вечера удача повернулась к ней лицом, и Джулия, уже не такая чистая, как прежде, вернулась в кабинет профессора.
Когда она вошла, тот говорил по телефону. Джулия положила папки перед ним, и поскольку ван дер Дрисма кивнул, не поднимая глаз, отправилась к себе. За время ее отсутствия кто-то набросал на стол множество бумаг.
– Никакого чая, – пробормотала она, – да еще расчищать это до ухода домой, и много благодарности я за это получу…
– О нет, мисс Бекуорт, – прозвучал голос профессора откуда-то из-за спины, – не будьте ко мне так суровы. Вы нашли записи, и я благодарю вас за это и за грязную, судя по вашему виду, работу.
Джулия в негодовании развернулась, а доктор ровным тоном продолжил:
– Чай поможет, не так ли? А большинство бумаг на вашем столе могут подождать до завтра.
Он перегнулся через нее и поднял телефонную трубку.
– Номер столовой? – спросил, и когда Джулия ответила, заказал – со всей учтивостью и уверенностью, что никто ему не откажет – поднос с чаем на двоих и блюдо тостов с маслом.
Джулия вдруг очень четко осознала, насколько это крупный мужчина, и глупо подумала, не играл ли он в юности в регби. «И не так уж он стар. Тридцать пять, максимум – сорок…» Профессор выпрямился и навис над ней, сверля взглядом, будто читал ее мысли и забавлялся ими.
Джулия посмотрела на часы и живо предложила:
– Большую часть этого я могу сделать сегодня вечером, сэр. Я вполне готова немного задержаться.
– Я сказал, работа подождет до завтра. – Слова звучали мягко, но словно подбивали на спор. – Мы попьем чаю, и вы уйдете в обычное время.
– Очень хорошо, сэр, – послушно отозвалась Джулия, хотя совершенно не испытывала покорности. Кем он себя возомнил? Профессор он или нет, она не желала выслушивать приказы тирана.
– Со временем вы ко мне привыкнете, – заметил тот самый тиран, как будто она высказала мысли вслух. – А вот и чай.
  
Никто из персонала столовой не проявлял особого дружелюбия к тем, кто там питался. Вообще-то, временами даже казалось, что им жалко еды для посетителей. К числу фаворитов Джулии не относилась и принесшая поднос девушка. Обычно она со злобным видом выдавала мясо и пару ломтиков овощей. Сейчас же, как по волшебству, вовсю улыбалась. Конечно, не Джулии. А когда профессор вежливо поблагодарил, пробормотала: