Вампиры ночи

– Я тебя понимаю, – улыбнулась мне Асель. Она словно убаюкивает свой напиток, держа рукой железный подстаканник с изображением советских космонавтов. – Извини, может, это прозвучит грубо, но ты странно пахнешь. Для меня как Перевертыша. Обоняние для нас очень важно.
Боже, снова этот запах! Перевертыши не устают твердить о нашем запахе. Они бы, вероятно, нюхали друг другу задницы, если бы это считалось приемлемым. Могу поклясться, что видела, как Джексон украдкой вдыхает запах моих волос и отшатывается.
  
– Не в плохом смысле! – добавляет она, расстроившись из-за моего молчания. – Ты пахнешь вкусно. Как яблочный сок и корица. Я просто не понимаю почему.
Ого. Никто раньше не давал такое красивое определение моего запаха. Конечно, это не похоже на то, что раньше мне говорили Сверхи. Наверное, она просто пытается быть доброй.
– Я Ведьма, – отвечаю ей. Не вижу смысла скрывать это, работая в клубе, полном Сверхов.
Асель выглядит приятно впечатленной.
– Боже мой! Какая у тебя сила?
Начинается.
– Отличаю правду от лжи, – с неохотой произношу я, ожидая разочарования, которое обычно отражается на лицах тех, кому становится известно о моих жалких способностях.
Однако Асель кажется более воодушевленной, чем прежде:
– Как круто! В моей деревне ты была бы очень популярна. Одна из наших селян называла себя Ведьмой Бражки, но думаю, что она притворялась. Ее варево никогда не помогало местным девушкам становиться красивее.
Меня пробивает на смех.
– Ты была единственным Сверхом в деревне?
– Мой покойный дедушка был таким же, как и я. Никого другого не знаю.
Асель рассказывает мне о бабушке с дедушкой и о своей маленькой деревушке в Казахстане. Оказывается, она ненавидит русский холод и не может дождаться того момента, когда они с Максимом заработают достаточно денег, чтобы уехать обратно и найти себе жилье.
Мы почти закончили с завтраком, и моя новая подруга берет телефон, чтобы проверить сообщения.
– Мне пора идти. Извини. Не спеши из-за меня. Останься, доешь.
Асель кладет деньги на стол и уходит, прежде чем я успеваю спросить ее о чем-либо еще. Однако когда она открывает дверь, то поворачивается и машет мне рукой.
– Увидимся сегодня ночью! – У нее заразительная улыбка.
– До скорого!
На улице начался снегопад. Я наблюдаю за тем, как она уходит, согревая руки своим медовым облепиховым чаем. Приятно иметь друга – прошло уже много времени с тех пор, как я обменивалась сплетнями с другой девушкой. Мне приходится повторять себе, что это только ради дела, что Асель мне не настоящая подруга, но все кажется таким реальным.
Улыбнувшись собственному отражению в морозном стекле, очищаю тарелку от остатков сырников. У меня есть зацепка. И у меня есть подруга.
Именно так я наконец-то нашла капельку тепла в этом холоде.
  
Глава одиннадцатая
 
– Тебе нравится здесь? – спрашивает Лукка, крутясь на барном стуле рядом со мной.
Прошло уже четыре дня с тех пор, как я начала работать в этом клубе. Каждый вечер отчитываюсь Константину, и, едва взглянув на меня, он твердит, что я плохо стараюсь, и отправляет меня обратно. К этому моменту я успела выяснить лишь, что его так называемые деловые партнеры чертовски жуткие и, какими бы милыми они ни казались братьям, доверять им нельзя. Когда я говорю об этом Константину, он улыбается и кивает, словно его любимое дело – издеваться над другими.
Мне хотелось еще порасспрашивать Асель, но после нашего совместного завтрака, в клубе она больше не появлялась. Другие танцовщицы говорят, что у нее диарея.
Очередная ложь.
Поворачиваюсь к Лукке, который уселся, облокотившись спиной о барную стойку, и расположил ноги по обе стороны от меня. Я не видела его с самого первого дня работы здесь и успела забыть о том, как сильно он отличается от своего брата.
– Да, мне здесь нравится, – вру ему.
Бледный взор Лукки скользит по моим бедрам, рассматривая очередной наряд, подобранный для меня его братом. Красное, обтягивающее и без бретелек.
– Твое платье скучное, – говорит он мне. – Возможно, в следующий раз я подберу тебе что-нибудь.
Боже мой, нет. Сегодня на нем джинсы, сидящие так низко, что видны очертания его бедер, и обтягивающая майка, которая все время задирается до середины торса. И, как всегда, его пустая фиолетовая кобура для пистолета, застегнутая на плечах словно рюкзак.
Лукка улыбается. На этот раз никаких клыков с золотыми коронками, только бриллиант на кончике его языка, который скользит меж зубов. Откинувшись назад, он кладет руки на барную стойку. Я замечаю, что занятые работой девушки отрывают взгляд от других мужчин и теперь смотрят на него. У него здесь особая репутация. Не потому, что он был со всеми, а потому, что все хотят его.
Я усмехаюсь собственным мыслям о том, что стою прямо между ног той игрушки, с которой каждый желает поиграть.
– Где Асель? – спрашиваю его.
Лукка выглядит растерянным.
– Она не пришла? Почему?
Как странно.
– Ты знал, что ее парень работает в вашей строительной компании? – задаю я вопрос.
Внезапно он выпрямляется, обхватив меня своими коленями.
– И что же тебе известно о КЛВ?
Его бедра крепко сжимают мои ноги. Медленно и очень нежно он начинает поглаживать меня под коленями. Покашливаю, чтобы скрыть вырвавшийся вздох.
– Твой брат сказал, что некоторые из ваших работников пропадают без вести, – с трудом произношу я.
В ответ он лишь пожимает плечами и откидывается назад, все еще удерживая меня.
– Работники приходят и уходят. Я мало что могу с этим поделать. Костя всем заправляет.
– И что же тогда делаешь ты? – тихо интересуюсь, наслаждаясь тем фактом, что остальные девушки теперь открыто пялятся на нас.
– Хорошо выгляжу, – отвечает он, вновь проводя языком по зубам.
– Лукка, – раздается голос Константина, и могу поклясться, что все, даже клиенты, сделали очень занятой вид. Но не Лукка, который выглядит столь апатичным, выпрямляясь и наклоняя голову. Его пустые белые глаза направлены на брата. Он приподнимает подбородок, будто пытаясь понять в чем дело, на что Константин нетерпеливо вздыхает:
– Надо поговорить о прибывшем грузе. Саския?
Я подскакиваю на месте и вытягиваюсь по струнке, когда он решительно подходит ко мне.
– Скоро прибудут особенные гости. Мне нужно, чтобы ты за ними присмотрела.
– Сейчас полшестого утра, – говорю я, взглянув на свои часы. – Разве мы не закрываемся?
Константин приподнимает брови, и на его губах появляется легкая улыбка.
– Тебя очень интересовали Кровавые кролики, не так ли? Что ж, сегодня ты все увидишь. Близится время кормежки.
Сложно скрыть панику, охватившую меня.
– Кто эти особенные гости? – спрашиваю его.
– Они работают на Бориса, моего бизнес-партнера. На самом деле, мне, наверное, следует познакомить тебя с ним. Эти мужчины прибудут сегодня вечером из Швейцарии. Убедись, что они хорошо проводят время.
– Почему их встречаю я? Ты им не доверяешь?
– Я никому не доверяю, – отвечает Константин.
Направляюсь из бара на верхнем этаже обратно в основную часть клуба через множество извилистых коридоров и замечаю группу мужчин, стоящих в ожидании за богато украшенными дверями рядом с вышибалой.
Он смотрит на меня с презрением. В этом огромном клубе я постоянно натыкаюсь на одну и ту же груду мышц. Это тот медведь-Перевертыш, который не впустил меня, когда я приходила на прослушивание… И он до сих пор меня ненавидит.
– Добро пожаловать в «Черный кролик», джентльмены, – обращаюсь к гостям по-английски. Константин упоминал, что они швейцарцы, но все же им не следует знать, что я понимаю их язык. Фактически это мой козырь.
  
– Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
Их трое. Молодые, светловолосые и красивые.
– Я планирую напиться досыта, когда войду внутрь, – произносит один из них по-французски. Он моложе остальных.