Потерянный рыбак (ЛП)

Медленно сглотнув, я прошептала:
— Так и есть.
— Это из-за него ты рассталась с Брендоном?
Мои глаза опустились к полу, пока я обдумывала свой ответ. Правду. Нет.
— Я… Я сказала «да» Брендону только потому, что он спросил меня перед группой людей, и я не хотела ставить его в неловкое положение. Причина, по которой я не вышла за него замуж, в том, что я все еще ничего не сделала для себя. Я не была готова к тому, что «Жена» и «Мать» станут моими новыми титулами и профессией на полный рабочий день, что было забавно, потому что я наблюдала, как все эти дети появляются на свет. И я жаждала мужа, как те мужчины, которые держат своих жен за руки. Любовь. Семья. Я жаждала этого, но пока не хотела. И я не хотела этого с Брендоном. И это было очень плохо, потому что он был… я уверена, что и сейчас остается удивительным, добрым, умным и любящим мужчиной. Просто он не тот, кто мне нужен.
  
— Что, если я не смогу соответствовать ему? Стану ли я следующим Брендоном?
О мой потерянный рыбак…
— Нет. Ты не станешь следующим Брендоном, потому что он получил прощальный подарок, я, полагаю.
— Что это было?
— Моя девственность.
Голова Фишера дернулась назад.
— Ты любила кого-то другого, но Брендон из церкви лишил тебя девственности?
— Лишил — это слишком сильно сказано. Я отдала ее ему. Убедила его взять ее. — Я заправила волосы за уши и рискнула взглянуть на Фишера.
— Почему ты не отдала ее парню, которого любила?
Какой потрясающий вопрос, Фишер. Спасибо, что задал его.
— Он не хотел этого.
Его глаза расширились, а челюсть упала.
— Что?
— Он знал, что время для нас неподходящее. И в то время он знал, что я испытываю смешанные эмоции по поводу своей V-карты. После того как Рори попала в тюрьму, а мой отец умер, я училась в христианской академии, живя с ультраконсервативными бабушкой и дедушкой… Иисус, Бог и каждая глава Библии преследовали меня.
— Но ты хотела заняться с ним сексом?
Намек на улыбку дрогнул на моих губах.
— Да.
— Я отказываюсь от того, что сказал тебе о нем. Не стучись к нему в дверь. Он тебя не заслуживает. Если у него не хватило смелости набраться мужественности, когда ты выбрала его, значит, он не заслужил ни этого, ни тебя. Он струсил, а это довольно жалко.
Я рассмеялась.
— Да, ну… Я не смотрела на это так. Так что давай не будем побивать его камнями за его решение. Кроме того, у тебя с ним есть кое-что общее.
Он скрестил руки на груди.
— Например?
— Ты не собирался пускать меня дальше второй базы.
— Черт. Прекрати. Просто… нет. — Он покачал головой. — Мы больше никогда не будем об этом говорить. Это была шутка. Я бы попал в этот чертов хоум-ран, и ты это знаешь.
Я проскочила мимо него и пошла по коридору в сторону ванной.
— Конечно. Конечно. Он так и сказал.
— Он идиот.
Я хихикнула.
— Иногда.
Фишер снял футболку и бросил ее в корзину для белья. Затем он сел на скамейку. Я натянула полотенце на его ноги и взяла триммер. Он широко раздвинул ноги, в отличие от предыдущего раза, и притянул меня между ними, положив руки на заднюю поверхность моих бедер.
Я рассмеялась, когда полотенце с его колен упало на пол. Ему было все равно. Я включила триммер, и он зарылся лицом в мою грудь.
— Я скучал по тебе, — пробормотал он.
— Прошло всего пять дней. — Я провела свободной рукой по его волосам.
— И ночей. — Он поднял голову. — И по ночам тоже. Не забывай о ночах.
— Потому что мы провели так много ночей вместе? — Я сделала первый взмах триммером.
— Ты со мной каждую ночь. В моих снах. Ты голая, кроме моего пояса с инструментами. Ты всегда носишь мой пояс с инструментами.
Я рассмеялась.
— Звучит интересно. Я что-то строю?
Он нахмурился.
— Нет. Ты всегда просто дразнишь меня.
— Забавно. В моих снах ты всегда ребенок со взрослой головой, сосущий соску.
— Не смешно. — Он крепче сжал мои ноги.
Я подпрыгнула, держа триммер подальше от его лица.
— Осторожно. — Я продолжила подстригать его бороду. — А вообще-то это очень смешно.
Он больше ничего не говорил, пока я заканчивала, но я все время чувствовала на себе его взгляд.
— Идеально. Как обычно. — Я положила триммер на стойку. — Ну, моя стрижка идеальна, учитывая, с чем мне пришлось работать.
Фишер оставался немного сдержанным и не так быстро отвечал на колкости. На самом деле он вообще не клюнул на приманку.
— Я возьму пылесос, чтобы убрать весь беспорядок.
— Оставь. — Он снова притянул меня ближе к себе.
Я улыбнулась, проведя ладонями по его лицу.
— Такой красивый.
Он закрыл глаза и сделал неслышный вдох, а затем выдохнул, как будто в нем было что-то очень тяжелое.
— Ты рассказал обо мне своему психотерапевту? Я знаю, что это не мое дело, но…
— Да. — Он открыл глаза.
Я медленно кивнула, поджав губы.
— Я сказал ей, что помолвлен с женщиной, которую знаю почти всю жизнь. Но я влюблен в женщину, которую знаю на одном дыхании, может быть, на двух.
Сделав еще один вдох, дрожащий, я выдохнула шепотом:
— Ты влюблен в меня?
Он пожал плечами. Конечно, он пожал плечами. Это был Фишер.
— Полагаю, это и есть то самое раздражающее чувство.
— Раздражающее чувство? — Я сузила глаза.
— Учащенное сердцебиение, которое я испытываю, просто думая о тебе. О… и это. Постоянные мысли о тебе. Глупая улыбка, которую я не могу стереть со своего лица, потому что все время думаю о тебе.
Он выглядел таким раздраженным. Это заставило меня усмехнуться, но я поборола это, прикусив нижнюю губу.
— Сны. Проезжая мимо твоего дома, просто чтобы посмотреть, на месте ли твоя машина. Невозможность сосредоточиться на чем-либо или на ком-либо, кроме тебя. Это… — Он покачал головой. — Это раздражающе. — Его взгляд встретился с моим. — А что насчет тебя? У тебя есть ко мне какие-то чувства? Или ты просто хочешь залезть ко мне в штаны? Скажи честно… я девушка в этих отношениях?
— Фишер… — прошептала я. Его юмор не полностью скрывал нервы. Как два человека смогли так быстро влюбиться друг в друга? И как они сделали это дважды? Так же быстро, так же страстно? И опять ужасно не вовремя? Я прижалась к его губам.
Мы поцеловались.
Фишер любил меня. Меня…
И мы продолжали целоваться, потому что так поступают люди, которые любят друг друга.
Он расстегнул мои джинсы и потянул вниз молнию. Затем он поцеловал мою открытую кожу чуть выше трусиков.
Мои пальцы запутались в его густых волосах.
— Я люблю тебя, мой потерянный рыбак.
Он замер на секунду, прежде чем его взгляд поднялся к моему. Эти голубые глаза. Этот душераздирающе потерянный взгляд.
— Это так грязно. — Я осторожно улыбнулась ему.
— Именно так мы узнаем, что все по-настоящему. — Он медленно встал, захватив с собой мою футболку.
Я подняла руки, с готовностью сдаваясь.
Он бросил ее на пол и снова поцеловал меня, спуская бретельки лифчика с моих плеч, а я потянулась и расстегнула его шорты.
Возможно, наше будущее в лучшем случае было неопределенным. Но только не его прикосновения. Я знала… Я просто знала, что он не прикасался к ней так, как прикасался ко мне.
Скольжение его теплого языка.
Его большой палец провел по моему соску.
И стон, почти рык, как будто он немного злился, что все должно быть так чертовски сложно.
Этот медленный поцелуй довел нас до самой кровати. Я больше не была нервной девочкой. И от того, что он не лишил меня девственности, я не чувствовала себя менее особенной.
Я не была использованной гигиенической салфеткой.
Я была женщиной, которая ставила себя на первое место, которая любила себя первой. Я была девушкой, которая оставила любовь всей своей жизни, чтобы найти свою жизнь.
  
Были ошибки.
Уроки, которые нужно было выучить.
Слезы, чтобы плакать.
Интимные моменты с другими людьми.