В Новый Свет (СИ)

— Хорошо, я согласен, если твой избранник тоже согласен.
— Спасибо, папа! Ты самый лучший! — и Мерседес снова обняла отца. Поспрашивав ещё немного о делах дома, она ушла, оставив отца в глубокой задумчивости.
Встряхнувшись, он направился к ректору, которого немного знал. Застав того на месте, он тепло поприветствовал Родриго де Кордона, после чего завязал с ним светский разговор, расспрашивая ректора об успехах дочери.
Через некоторое время он решил спросить и о Гарсии.
— Я слышал, что к вам в академию приезжал Эрнандо Гарсия, а моя дочь прожужжала мне все уши и утверждает, что он очень сильный маг.
— Да, она права, — и ректор, поднявшись, подошёл к шкафу, порывшись в котором, достал два листа пергамента и один из них положил перед графом. — Вот, посмотрите его результат.
— Ого, — только и сказал де Сильва. У него самый высокий уровень владения магией воды, о котором я когда-либо слышал.
— Как видите.
— А разве так бывает?
— Теоретически да, а практически — он первый на моей памяти. Очень интересный юноша и очень перспективный. Но вы, очевидно, хотели бы узнать и про свою дочь.
— Да, очень хотел бы.
Ректор, забрав одну бумагу, положил перед графом другую, с данными Мерседес де Сильвы.
— Вот, ознакомьтесь.
Граф взял тесты магической силы Мерседес и стал внимательно их изучать.
— Весьма неплохо, моя дочь сильный маг огня.
— Да, Гарсия сильный маг воды, а ваша дочь сильный маг огня.
— Да-да, — машинально ответил Себастьян де Сильва. Ректор же решил пофилософствовать.
— Интересная штука жизнь. Огонь может сжечь землю, воздух его только раздувает, и лишь против одной стихии он полностью бессилен.
— Да-да, — снова повторил граф, и тут до него дошёл скрытый смысл слов ректора. Взгляд его переместился на лицо ректора, который иронично улыбался, одними глазами давая понять, что граф правильно догадался.
— Вы думаете?
— Я уверен. Очень перспективный юноша, а святая инквизиция хочет видеть в нём своего воина, вследствие чего и поддерживает. И, насколько я знаю, если он сможет купить себе боевой корабль, то сразу поднимет над ним флаг святой инквизиции, со всеми вытекающими последствиями.
Юноша ещё молод, у него всё впереди, и его корабль, возможно, станет флагманом первой антипиратской флотилии. Так что, любая девушка, которая свяжет с ним свою судьбу, не пожалеет об этом.
— Я понял вас, герцог, благодарю за ваше участие и за столь важную для меня информацию. Всегда буду рад вас видеть у себя дома.
— Не стоит благодарности, мы по возможности всегда стараемся помочь своим воспитанникам.
— Благодарю, — ещё раз повторил граф и, поклонившись, ушёл.
Спустя время, уже прощаясь с дочерью, он сказал ей лишь одну фразу.
— Мерседес, если ты любишь, то мы поддержим тебя, — и, обнявшись с ней на прощание, граф ушёл, чтобы отбыть обратно домой.
***
Вернувшись от ювелира в гостиницу, я задумался о том, как мне дальше быть. То ли плыть, то ли ехать обратно тем же путём. Дилемма, однако. Мне нужно было вернуться в Гамбург, чтобы продать ещё драгоценностей. Здесь, в городах Ганзейского союза, было очень выгодно продавать камни. Ещё более выгодным было бы ехать в сторону России, но не судьба.
Тут я вспомнил о сестре Элеоноры де Тораль, она ведь училась в магической академии Киля. Но если первоначально меня мучило любопытство, то сейчас оно изрядно потускнело. Да и зачем? Что, я приду и спрошу: «А где здесь маркиза де Тораль?»
— А вы, собственно, кто? — спросят у меня. А я что отвечу? А я тут мимо пробегал, имею собачий, то есть кобелиный, интерес к неизвестной красотке… Пустите меня скорее к ней. Глупость, одним словом, и я откинул мысль о неудавшихся любовных приключениях, как неосуществимых.
Но как же поступить? Всё же, я сходил в порт и попытался поискать подходящее судно до Гамбурга. Но, по стечению неприятных обстоятельств, судов, что шли туда, было мало, и они были либо переполнены товаром и пассажиров не брали, либо не нравились мне.
Пришлось собираться и ехать обратно тем же путём. Киль мне за это время порядком надоел. Этот вечно моросящий дождь, временами переходящий в мокрый снег, непролазная грязь просёлочных дорог и повсеместная вода уже начинали порядком раздражать.
 
Море тоже здесь было совершенно не таким, каким я его любил. Холодное и серое. Тяжёлые свинцовые волны грозно морщились под порывами сильного ветра, который срывал с них небольшие барашки пены. В общем, неправильное море и суровое.
Оседлав коня, я тронул поводья и медленно двинулся вперёд, следом за мной затрусил осёл, увешанный многочисленными мешками с вещами. А всё серебро и золото находилось возле меня, привязанное к седлу коня. Неудобно, конечно, но и скакать лихо на коне я не планировал.
Выехав из города, я направился в сторону Гамбурга, морщась от мокрой взвеси в воздухе и кутаясь в длинный дорожный плащ, надеясь быстрее проехать данный путь.
***
Фриц Либкнехт, по прозвищу Врач, сидел со своими людьми в одной из таверн самого низкого пошиба и решал непростую задачу.
— Один человечек мне сегодня подсказал, как нам обеспечить себе безбедную жизнь, и не только себе, но и своим детям, у кого они есть или будут. Очень выгодное дельце, где мы можем весьма неплохо заработать. Куш того стоит.
— А что это, что? — спросил мелкий суетливый вор по прозвищу Сопатый.
«Врач» скривился и, не став дурака передразнивать, продолжил.
— Дворянин пришлый, испанец. Его надо поймать на дороге и ограбить, убив сначала. Он совсем недавно шастал по ювелирам, камушки драгоценные продавал. Денег у него целая куча накопилась. Верно говорю. У меня вор знакомый есть, что делишки нам подкидывает денежные, а у того свой знакомый, а у того ещё, и осведомители везде.
Вот один из таких ему и шепнул, что у испанца денег много, а охраны нет. Можно его пощипать. Но не здесь, — пресёк все попытки своих подельников сразу бежать и убивать. — Та сидите вы… Слушайте дальше.
Дворянин этот непростой, ходит в порт, надеясь уплыть. Но в это время кораблей мало, уплыть тяжело. В общем, не уплыл он. В гостинице сидит, за ним уже слежка ведётся. Как только соберётся куда, мы за ним. Но учтите, други, что он маг.
— А как мы тогда деньги возьмём, нас самих это, не порешат? — осведомился уголовник по прозвищу Кривой. — Денег у него много будет, да и маг он, а значит, опасен очень.
— Не порешат! Делиться будем. Себе половину возьмём, а остальное покровителям, чтобы наши тела на виселицах не болтались. Тут ты верно, Кривой, опасаешься. Сорвём куш и всё можно будет бросить и зажить, как богачи. Верное дело говорю. Собирайте людей, он хоть и один, но маг и воин, можем не справиться. Вы многих знаете, собирайте всех.
Кидайте клич всем душегубам, человек пятьдесят соберём и нападём. И скажите, чтобы у всех были или арбалеты, или пращи, или ножи метательные, или копья. Издали будем бить, а то огнём спалит и привет. Поняли?
— Как есть, Врач, как есть, всё понятно.
— Тогда собирайте людей, да душегубов побольше. Всё отребье собирайте. Как дело сделаем, так подсократим малость наш отряд, чтобы не делиться со всеми. Усекли?
— Да-да, — закивали оба головами.
— Тогда расходимся. Он со дня на день уедет, может быть, уже завтра.
Через два дня Врач снова собрал своих подельников и рассказал, что испанец выехал. Все всполошились, что не успеют.
Главарь только усмехнулся.
— Собирайте людей и утром выезжаем за ним вслед. Он еле плетётся на своей кляче и ночевать будет наверняка в городке, что недалеко от Киля. Мы его нагоним уже сегодня, а за ночь проедем вперёд, там и устроим засаду. Коней и повозки нам дадут. Оружие у каждого своё. Главное, чтобы метательное было. Большие люди заинтересованы в этом…
***
Я заночевал в гостинице небольшого городка, который попался мне на пути. Разместившись в комнате, я подошел к маленькому окну и выглянул в него. На улице всё было по-прежнему. Те же крыши, крытые красной и жёлтой черепицей, тот же постоянно моросящий мерзкий дождь, который так бесил меня.