Маугли из Москвы (СИ)
— Мяу! — неожиданно для себя издаю звук и нервно смеюсь, прикрыв рот ладонью. Мамочка смешно фыркнула и опять закрыла свои глазища. Да-а! Дела! Чешу свою тыковку и опять морщусь от боли. Где я еще не поранился⁈ Похоже, я долго куролесил по лесу и дразнил свою смерть! Но видать судьба подкинула мне выигрышный лотерейный билет, закинув в итоге в гнездо кормящей мамаши, принявшей на себя заботу о потерявшемся детеныше.
И что теперь делать⁈ Оглядываюсь в сторону выхода и думаю над ситуацией. Я случайно выжил в инопланетном лесу и даже нашел какую-никакую защиту и возможно новую семью. Только становиться сыном дикой кошки и жить в пещере не совсем то, чего бы я хотел. Вздохнул и решил выглянуть из пещеры, чтобы проветриться. Не успел пройти трех шагов в направлении выхода, как был остановлен недовольным рыком мамаши. Как догадался, что недовольным? Да я чуть не пустил струйку от чувства опасности и ментальной оплеухи, доставшиеся мне вместе со звуком из могучей глотки. Ого! Вот это мощь! Потряс головой и вернулся в теплое подбрюшье «мамочки», где мой собрат уже присосался к кранику с едой и мял мамкин живот своими широкими лапами. Мой желудок тут же намекнул о необходимости подзаправиться, и я с трудом уговорил себя поесть, держа в руках большой сосок и смотря на густую белую каплю. В процессе понял, что вкус очень даже неплох и еда очень калорийная, быстро наполняя желудок и давая ощущение сытости. Мои глаза сами собой закрылись, и я погрузился в безмятежный сон без всяких видений.
Проснулся все там же, в обнимку с большой киской. Мамочка куда-то усвистала, и мы были предоставлены самим себе видимо в полной безопасности. Чувствовал я себя на удивление хорошо, даже мои многочисленные раны не так сильно давали о себе знать. Лохматый товарищ бессовестно дрых и я, не удержавшись, потеребил его плюшевые ушки. Усатая морда смешно растянула уголки своей пасти обнажив белоснежные и острые клыки. Затем котенок зевнул и уставился на меня голубыми глазами.
— Что, усатый⁈ Давай знакомится! — мне показалось, что плюшевая морда изобразила интерес вперемежку с вопросом. — Меня зовут Игорь, а тебя как? Ой! Фу! Ну, у тебя и язык! Не хочешь говорить… А ты, вообще, девочка или мальчик? Я вот мальчик! — До моего сознания донеслось веселье и еще что-то, чего я не вполне разобрал. — Тоже мальчик? — вроде чувство отрицания. — Девочка? — Согласие и опять веселье. Если я себе ничего не напридумал, то есть возможность наладить таким образом общение! А с этим будет уже не все так плохо!
— А где здесь туалет? — Я представил в мыслях свои потребности и на меня обрушился беззвучный смех.
— Чего смешного⁈ Писаю я так! — Пятнистая мелочь поднялась с мягкого ложа и пошла в сторону противоположную от входа. Я поторопился за ней, придерживаясь за вздрагивающий хвост. Видно было плохо, а в глубине пещеры царила почти полная темнота. Через несколько шагов слух уловил журчание воды, и мы остановились возле каменной стены, которая скорее угадывалась чем я мог ее разглядеть. Постепенно, минут через десять глаза немного адаптировались, и я сумел разглядеть, как вода сочится из камней и, сбегая по стене, собирается в небольшую впадину. Оттуда она тонким ручейком убегала дальше в пещеру и пропадала между крупными камнями. Моя провожатая полакала из озерца и, пройдя вниз по ручейку, присела в позе девочки. Понятно! Пробую холодную и вкусную воду из ковшика своей ладони и спешу на освободившееся место.
Вот теперь можно и делами заняться! Довольный исполнением своих потребностей, решил включить мозг наполненный многочисленными знаниями человеческого муравейника. Что там у нас было в каменном веке?.. Два раза ха! Какими делами⁈ Прошелся руками по стенкам пещеры. Сделать каменное оружие? Не смешно! Какой из меня неандерталец? Посмотрел на свое единственное орудие, грустно съежившееся в теплом гнезде. Хотя бы набедренную повязку что ли сделать? Моя «сестренка» подошла и с интересом ткнулась мордой мне в пах.
— Чего? Интересно? А мне вот нет! Ты не линяешь случайно? Может хоть веревочку смогу сделать… — Подергал шерсть на загривке у мохнатой подруги и, убедившись, что та никак не хочет расставаться с телом, пошел вдоль стеночки к выходу. Не успел дойти до поворота, как мне преградила дорогу пятнистая кошатина.
— Что⁈ Я только одним глазком! Ай! Не кусайся! Нельзя, так нельзя! Понял я, понял! Ждем маму и не хулиганим. И где вас таких послушных делают? — Вернулся на мягкое ложе и обнял за шею, присевшую рядом кису.
— Давай я тебе имя дам⁈ Например, Лариса! У нас девочка в классе есть… была. Очень красивая. Не нравится? Тогда Марина, тоже симпатичная.
— Ф-ф-х!
— Может, Рыся⁈
— М-м-гх!
— Ну, и хорошо! Будешь Рысей! А ты потом тоже черная станешь, как мама? Может тогда Багирой тебя назвать? Ну, не хочешь — как хочешь!
Вскоре пришла мама сытая и довольная. Мы с Рысей воспользовались ее молочной фабрикой и задрыхли опять без задних ног. Так прошло сколько-то дней. Все мои раны удивительно быстро зажили, остались только небольшие рубцы на месте самых глубоких. От нечего делать занялся физкультурой, поднимая камни и общался в процессе с Рысей, которая слушала мой голос и насмешливо фыркала.
— А когда нам можно будет выходить из пещеры? Не знаешь… А папа где? Понятно. Гуляет. Это все папки так делают! Пойдем тогда внутрь пещеры прогуляемся! Боишься⁈ Трусишка!
Мое понимание с «сестренкой» достигло оценки хорошо, хоть я и не представляю, как она это делает. Видимо мозг у них имеет определенные способности и может воспринимать и передавать ментально чувства и возможно образы. Я пока могу ощущать только чувства от моей мохнатой семейки, а вот они явно считывают более глубокие слои вплоть до образов в моей голове.
— А давай, я тебе мультик покажу! — Усатая морда с потешным удивлением уставилась на меня. Я закрыл глаза и как смог прокрутил в голове «Каникулы Бонифация». Восторгу моей «сестренки» не было предела. Она весело мявкала и скакала по пещере, пытаясь встать на передние лапы. Затем поймала меня в свои недетские объятия и вылизала мою обросшую макушку. Вот ведь — чистюля!
Глава 2
В один из дней, счет которым давно потерялся в их однообразности, наша мамаша что-то для себя решила, муркнула и подтолкнула моя пятую точку к выходу. Рыся поняла ее без дополнительного стимулирования и осторожно пошла на выход, смешно нюхая воздух и теребя ушами. Дневной свет ослепил еще внутри каменных стен, и я с трудом различал окружающее пространство щуря слезящиеся глаза. Совсем отвык от света, еще немного и превратился бы в пещерного гоблина! Моя подруга, в отличие от меня, заметно подросла, а наша мама при дневном свете впечатлила меня до дрожи в коленках. Она разлеглась на небольшой площадке перед входом в пещеру и казалась огромным черным валуном, скатившимся с горы над нами.
Когда глаза немного адаптировались, залюбовался открывшимся видом джунглей, расстилавшимися ниже по склону и далее до горизонта. Из зеленого моря возвышались отдельные кроны гигантов как высокие скалы и целые острова то ли холмов, то ли рощи более высоких деревьев. Различные птицы летали повсюду и многоголосо верещали в ближайших деревьях и кустах. Яркое солнце более красного оттенка чем земное светило в вышине небосвода, а молочно-белые облака гуляли по голубому океану, бросая на зеленую поверхность под собой причудливые тени.
Мы с Рысей застыли в восторге от открывшегося вида и шевелили ушами, ловя крики животных, по крайней мере мне так казалось, когда в моих ушных раковинах напрягалась та или иная жилка. Когда откуда-то из зеленого месива раздались особо громкие звуки от неизвестного обитателя, наша мамочка села столбиком и издала поистине мифическое рычание. Лес в пределах слышимости замер, не издавая ни звука, пока через долгие секунды наконец не отмер и потихоньку вернулся к своим прежним делам. А мы, похоже, тут держим шишку! И это хорошо!
Я в восторге от солнца и свободы запрыгнул на Рысю, и она смешно заскакала, пытаясь сбросить меня, как какая-то игривая лошадка. Я держался изо всех сил и хохотал во все горло, получая удовольствие от энергичных скачек. Вскоре моей «сестренке» это надоело, и она коварно завалилась на бок, ухватывая свою шкодливую добычу в объятия, и громко урча заработала своим шершавым языком. Хорошо! И мыться не надо! Ой! Только там не надо!