Дочь Дракулы

Она подмигнула ему, поведя оголённым плечом, но тот и глазом не моргнул.
– Что с ним не так? – Блондинка обернулась ко мне с удивлением. – Почему он всё ещё не влюблён в меня?
– О-о… – Я не сразу нашлась с ответом. – У него, знаешь ли, некоторые проблемы…
– Я не влюблён, потому что вы мне даже не нравитесь, – честно ответил идиот.
Простите, Мирослав. Хотя кто он, как не идиот, если он говорит такое самой красивой женщине на свете? А спецагент меж тем поставил старую пластинку…
  
– Вы милы, безусловно. У вас стройная фигура и симпатичное лицо, но…
– Сим-па-тич-но-е? – по слогам переспросила у меня моя прекрасная сестра.
– …Но на нём столько косметики…
– Косметики?! – повторила мне Мария, на лице которой не было ни капли краски, туши или крема.
– Зачем вы так выбеливаете кожу? Вас это не красит. В этом есть какая-то искусственность, будто бы вы мертвы и холодны, как камень. Кроме того, это так вредно для кожи! От стольких слоёв штукатурки у вас непременно появятся прыщи.
– Прыщи? Штукатурка? Не понимаю, о чем он вообще… – нервно переспросила у меня красавица.
Что я могла ей ответить? У парня проблемы, предупреждала же. Молчаливый цыган гневно вращал обалдевшими глазами в зеркало заднего вида и цыкал зубом. Наверняка золотым, хотя мне отсюда не было видно. Красавчик беззаботно сидел рядом с ним, оглядываясь на нас и не собираясь заканчивать свой убийственный монолог.
– То ли дело я! Я идеален. Моя кожа не нуждается в косметике, она словно светится изнутри, поражая всех своим здоровьем, красотой и упругостью! Мировые косметические бренды даже пытались похитить меня, чтобы изуродовать косметикой моё идеальное лицо, после того как я отказался на них работать за бесконечные миллионы. Но у них ничего не вышло. А моя фигура просто идеальна и совершенна. – Он с искренней печалью в голосе покачал головой. – Ни капли жира, ни миллиметра лишних мускулов. Микеланджело, будь он жив сейчас, валялся бы у меня в ногах, омывая их слезами, только чтобы я согласился позировать ему. Ведь каждый, кто видел меня хоть раз, понимает, что его хвалёный Давид – просто ничтожная поделка школьника, перевод материала в сравнении с тем, какой шедевр он мог бы сотворить, будь у него перед глазами моё совершенное тело. Ах, я слишком идеален для этого мира…
Мы все молчали. Любые слова были лишними.
– И конечно, вы слишком невзрачны для меня. Вы обе, – добил он. – И вы, кстати, тоже, – с сочувствием кивнул он окончательно охреневшему цыгану.
После чего долгих минут пятнадцать – двадцать мы ехали в абсолютной тишине.
– Кто. Это. Такой? – в конце концов, взяв себя в руки, спросила у меня Мария.
– Ну-у… как бы тебе сказать…
Я посмотрела на красавчика в ожидании поддержки, но он демонстративно отвернулся, уткнувшись носом в укроп.
– В общем, тут такое дело… Дракула, в смысле наш отец, – полный придурок. И он запер меня в большущей клетке. А этот парень меня выпустил. Он типа суперагент, как Джеймс Бонд, только слегка головой потёк. Его типа наняли русские спецслужбы, чтобы он вернул меня в Россию, а теперь они же не хотят меня возвращать, а собираются запереть в психушку, в лабораторию, в тюрьму или вообще убить – не знаю. Ну так вот, он меня от них спас, спрятал на конспиративной квартире, а они меня нашли, и я ими пообедала. Плотненько так. Э-э, может, надо было тебя пригласить, наверху же кровищи море осталось?
Моя сестра беззаботно отмахнулась, значит, сыта. Ну и ладно.
– В общем, примерно так всё и было. А с головой у него давно беда, потому что посмотрел фильм «Возвращение в Голубую лагуну», обалдел от красоты главного героя и решил, что он на него похож, как однояйцевый близнец.
– На Брайана Краузе?
– Да!
– Но ведь не похож же!
– Похож! – отозвался с переднего сиденья Мирослав. – Я точная копия молодого Брайана Краузе, самого сексуального американского подростка! Все говорят, что я его копия, женщины сходят с ума от одного взгляда на меня…
– Укроп, – напомнила я. – Ты же нюхал его только что, почему не помогает?
– Завял. – Красавчик снова утонул носом в пучке укропа.
– А-а, ну и типа он не лечится, потому что таблетки химия и врачи-убийцы, а какой-то знахарь за сто пятьсот миллионов посоветовал ему нюхать укроп, и его отпускает. Как видишь, временно и далеко не всегда. Вот типа как-то так…
– Откуда столько мусора в твоей речи?! – вдруг накинулась на меня Мария. – Ты что, какая-то оборванка без образования? Челядь, участь которой пасти свиней? Нина, не забывай, что ты – господарша из рода Басарабов! Твой отец – князь Влад Басараб Дракула Колосажатель! Следи за своей речью!
– Ну извини! Примерно час назад я жестоко убила двух здоровенных мужиков, а потом выпила их кровь, насухо выдавив селезёнки! Причём у одного сожрала сердце, хотя он во время этого был ещё живой! У меня, знаешь ли, стресс!
– Так возьми у своего ненормального дружка укроп и понюхай!
– Он завял!!! – хором ответили мы с Мирославом.
…В её роскошной квартире было, как всегда, чисто и стильно. Мария отправила цыгана за укропом, разделась (донага!) и уселась на высокий барный стул, положив на стол ноги.
– Ладно, пусть остаётся, если что – выпьем, – решила она, глядя на Мирослава «Краузе», который был ничуть не впечатлён ни её наготой, ни её словами.
– Не могла бы ты накинуть халат? – спросила я.
– А знаешь, нет, – поразмыслив секунду, ответила моя сестра. – Я у себя дома. Я привыкла ходить дома голой. С чего бы мне изменять своим привычкам? Ради кого? Ради своей сестры? Или ради еды? – Она кивнула в сторону красавчика.
Кажется, он нашёл на полке маникюрный набор и был полностью занят своими ногтями, орудуя пилочкой.
– Ну давай, расскажи-ка лучше про папашу. Что он там вытворяет?
Рассказ оказался не таким длинным, как я ожидала. Возможно, потому, что Мария ни разу не перебила меня. Когда я закончила, она спрыгнула со стула, достала из холодильника пакет, наполнила фужер кровью и поставила его в микроволновку.
– Ты будешь? – гостеприимно спросила она.
Я отказалась, поскольку не так давно основательно поела и вряд ли скоро проголодаюсь. А до того, чтобы пить кровь ради гурманского удовольствия, я ещё не опустилась. Это всё-таки кровь… это чья-то жизнь…
Должна признаться, что быть вампиром-гуманистом чертовски трудно!
– Да, отец, конечно, совсем сбрендил… – отхлебнув глоток, уверенно заявила Мария. – Путин до сих пор остаётся самым влиятельным политиком в мире. Как бы кто к нему ни относился, но глупо отрицать факты. Как он представляет себе его свержение? Причём твоими руками? Ну бред же!
– Бред, – мурлыкнул красавчик, срезая кутикулу.
– Бред, – естественно, согласилась я.
– Ну а дядя… этот накрашенный гей всегда был эксцентриком, так что даже неудивительно. Кроме того, он же сам, будучи маленьким мальчиком, был вхож в спальню к наследному принцу Османов. – Она поставила пустой фужер на стол и повертела его тонкими пальчиками. – Говорю так только ради тебя, моя дорогая «правильная» сестра, потому что вообще-то у взрослых людей это называется по-другому. Но ты же ещё невинна… Или уже нет? Окрутил тебя этот шизик с укропом?
– Нет!
– Он слишком туп или бесполезен для тебя?
– Прошу не высказывать оскорблений в мой адрес. Я слишком великолепен, чтобы их выслушивать, – отозвался уязвлённый Мирослав.
– Ну так иди и поплачь в туалете, – отмахнулась моя сестра. – Так вот. И так как его детство было отягчено такой насильственной связью, естественно, он не видит ничего криминального в том, чтобы обречь на почти такие же отношения другого маленького мальчика. Уверена, он бы и сам с радостью этим занялся, но ему нужна женщина, для того чтобы родить наследника от малолетнего наследника… Какая чушь! В теории ты ведь даже забеременеть не можешь… – заключила она и наполнила кровью второй фужер.
  
– А солнце? – спросила я.