Бессмертная и непопулярная (ЛП)
- А что с ней? - воскликнула Джессика, указывая в мою сторону. - Она больше нуждается в уроке этикета, чем я.
- Да, - сказала я, - но я Королева. С большой грёбаной буквы, К. Эй, ты слишком долго смотришь мне в глаза! Эрик, заставь её прекратить!
- Дай мне передохнуть, чёрт возьми, - пробормотала она и пошла наверх, издавая рвотные звуки.
Глава 2
В дверь позвонили, когда я наблюдала, как Джессика с напыщенным видом поднимается по лестнице в фойе. В последние несколько недель она казалась особенно колючей. Не то чтобы я не привыкла к тому, что она высказывает своё мнение, она была моей лучшей и старейшей подругой - в старших классах мы вместе пользовались губной помадой. Что, учитывая оттенки нашей кожи, стало настоящим свидетельством нашей дружбы (и, что более важно, нашей способности находить общие аксессуары). Но, похоже, всё, что я говорила и делала, выходило за рамки поверхностного раздражения и проникало глубоко в её душу.
- Это Софи и Лиам, - сообщила нам Тина из фойе.
- О, отлично, - сказала я, выходя из кухни вслед за всеми (за исключением Гаррета, который был погружён в свои мысли). - Сперва весёлая встреча.
- Чепуха, - сказал Эрик. - Все встречи весёлые.
Я фыркнула, но ничего не сказала. По правде говоря, я была слишком занята разглядыванием его задницы в чёрных брюках, которая выглядела очень аппетитно. На нём, как обычно, был тёмный костюм, идеально сочетавшийся с его тёмными волосами и глазами. Он был таким широким в плечах, что я часто удивлялась, как он проходит через дверные проёмы, и у него были длинные, сильные ноги. Я размышляла о том, что так долго сопротивлялась его злым чарам.
Хотя в последнее время мне казалось, что он сопротивляется моему желанию. Он уклонялся от каждой нашей свадебного совещания. По крайней мере, мы договорились о дате: 31 июля. Иногда казалось, что прошла целая вечность, а иногда мне казалось, что дата приближается. И я практически всё планировала сама (ну, иногда с помощью Джессики). У него не было своего мнения по поводу цветов, еды, напитков, смокингов, платьев, церемонии или свадебной песни. Если бы я не была уверена, что он любит меня, я бы подумала, что он не...
- Ваши величества, - произнесла Софи, кланяясь нам обоим. Тина открыла наши огромные вишнёвые двери, и мы увидели Софи (доктора Трюдо, она была ветеринаром) и Лиама, эм, какой бы ни была его фамилия.
Софи была одета в строгий тёмно-синий костюм с милой короткой юбкой, водолазку в тон, чёрные колготки и чёрные (тьфу!) кроссовки. Я знаю, что они практичны для женщин, занимающихся карьерой, но кроссовки с костюмами? Иисус не мог бы плакать сильнее, чем я. Как и все вампиры, Софи была до смешного красива, с чёрными волосами (собранными в немодный пучок) и бледной бархатистой кожей. Её тёмные глаза не упускали ни единой чёрточки. Что, в её роде занятий, было, вероятно, действительно хорошо.
Лиам был в джинсах, кожаной куртке и поношенных мокасинах. Что ещё раз напомнило мне о том, что я готова к весне, и сандалиях. Меня всегда поражало его моложавое лицо (под тридцать? Трудно было сказать наверняка, настолько он загорелый, как фермер), которое сочеталось с его преждевременно поседевшими волосами.
Тина провела нас всех в гостиную (их было по меньшей мере четыре, не заставляйте меня начинать), и первое, что сделала Софи, когда мы все расселись, - протянула мне номер «Стар Трибьюн» за сегодняшний день.
- Не могли бы вы подписать свою статью? - приветливо спросила она с очаровательным французским акцентом, от которого так и не избавилась, даже прожив столько лет в Миннесоте.
Эрик пробормотал что-то себе под нос, чего, к счастью для него, я не расслышала. Я вела еженедельную колонку «Дорогая Бетси» для вампиров. Она должна была публиковаться в информационном бюллетене только для нежити, но кто-то слил её в «Триб». Редактору это показалось забавным, и он опубликовал её. Большинство людей, прочитавших её, сочли, что это шутка. Это было единственное, что спасло меня от гнева Эрика и Тины.
- С радостью, - сказала я. - Э-э-э... - Тина протянула мне ручку. У меня никогда не было ручки, поводка или секундомера, когда они были мне нужны. - Спасибо, - я нацарапала свою подпись на последнем («Дорогая Бетси, мои друзья настаивают на том, чтобы их книжный клуб собирался в дневное время. Рассказать им, в чём моя проблема, или соврать?») и вернула её.
- Хех, - сказал Лайам. - Держу пари, библиотекарю это не очень.
Он говорил о Марджори, которая заведовала библиотекой для вампиров в районе складов, и о колонке, которую мог прочитать любой желающий в любое время. И он был прав. Она была в ярости. Она всё ещё пыталась выяснить, кто передал мои колонки редактору «Триб». Я не думала, что это был какой-то тёмный заговор или что-то в этом роде; случались несчастные случаи. Я была одинока в этой теории. Именно поэтому я продолжала писать колонки, как бы все ни раздражались.
- Не обращай внимания, - поспешно сказала Тина. - Как вы оба?
- Нам действительно хорошо, - ответил Лиам, растягивая слова со свойственным ему среднезападным акцентом. Глядя на него, никогда бы не подумала, что он богат. Его отец изобрёл первые карманные календарики с тремя дыроколами или что-то в этом роде. - Действительно хорошо. И ты хорошо выглядишь. На самом деле, также.
- Ну что ж, - я скромно пригладила волосы. В том, чтобы быть вампиром, есть несколько преимуществ, и не выглядеть на свой возраст - главное. Мне больше никогда не понадобится мелирование. - Что я могу сказать? Как дела в Смущении? - какое дурацкое название для города.
- Также, - этот парень не очень-то разговорчив.
- Ваши величества, - предложила Софи. - У нас есть причина заглянуть к вам, если вы не возражаете.
- И пропустить всю эту увлекательную светскую беседу? - пробормотала Джессика из глубины комнаты. Она воспользовалась своим коротким временем наверху, чтобы освежить помаду «Светильника Джека».
- По правде говоря, - сказал Лиам, игнорируя язвительный комментарий, - дело во мне. И в моём возрасте. Софи - ну, ты знаешь - но я не совсем стою на месте. Мы думали о том, чтобы она меня обратила. Мы хотели узнать, э-э, э-э, ну, что вы думаете по этому поводу.
Сначала я вообще не поняла, о чём он говорит.
- Обратила тебя во что? В республиканца?
- В вампира, тупое дерьмо, - сказала Джессика. Я прикусила язык и пропустила это мимо ушей, но мысленно взяла на заметку остаться с ней наедине и выяснить, что же совершило невероятное путешествие вглубь её толстого кишечника.
У меня от ужаса отвисла челюсть, когда я повернулась к счастливой паре.
- Зачем вам это?
Они посмотрели друг на друга, потом на меня.
- Не все придерживаются того же мнения о нежити, что и вы, моя королева, - сказала Софи. - И я потеряла слишком много возлюбленных из-за смерти.
- О, - сказала я, потому что больше никто ничего не сказал. - Какая жалость. Лиам? Ты думаешь, это хорошая идея, не так ли? Потому что любить вампира и быть вампиром - две совершенно разные вещи. Одно может быть очень приятным. Другое может быть сущим адом, - Эрик заметно вздрогнул от этого замечания, но ничего не сказал.
- Я не очень-то горю желанием отказываться от окрошки из лосося и яичницы-глазуньи, - ответил Лиам. - Но я не горю желанием расставаться с Софи. Идея вечной любви - это... ну, это...
- Он умирает, - объяснила она.
- Что? - мы с Джессикой вскрикнули в унисон.
- Ему осталось всего тридцать-сорок лет - при условии, что он не попадёт под автобус и в него не ударит молния. Или у него не случится сердечный приступ из-за переедания яичницы, - впервые на её гладком лице отразилась тревога. - Я не думаю, что мы осмелимся ждать ещё долго.
Пусть вампир думает, что здоровый парень лет сорока с небольшим лежит на смертном одре.
- Э-э... Софи...