Сожги мир дотла (ЛП)

Я пробиралась сквозь шум казино, сквозь оглушительный звон и гудение игровых автоматов. Нервы натянуты до предела после всего, что случилось сегодня. Казалось, стены просто смыкаются вокруг.
Напрасно я пыталась найти Натаниэля... Нэша. Он больше не Нэш. Этот опасный, холодный человек — не тот юноша, которого я знала. В которого, как мне казалось, была влюблена.
Ты недостаточно сильна. У тебя не хватит духа.
  
К черту. Я выдержала все удары, которые наносила мне жизнь. И не позволю сломать себя сейчас.
Я ускорила шаг, почти побежала через зал и вырвалась на улицу, жадно глотая ночной воздух.
У входа красовались два «Феррари» и «Ламборгини». Мимо проходили смеющиеся люди — кто в джинсах, кто в смокингах и вечерних платьях. Казино радушно принимало всех, кто жаждал развлечений и был готов проиграть свои деньги.
Все они жили своей жизнью, и понятия не имели о чужой боли. Мне некуда возвращаться. Я не могу просто уехать — не только потому, что мне некуда идти, но и потому, что знаю: Снайдер и его головорезы продолжат калечить других женщин.
Их нужно остановить.
В следующий раз я не буду колебаться.
Я докажу Нэшу, что у меня хватит духа.
Я вышла на тротуар и расправила плечи. Мне нужен план — такой, чтобы прикончить Снайдера и Бруно и, желательно, не попасться.
Я знаю их распорядок. Знаю, что они покидают клуб около трех почти каждую ночь.
Они часто ужинают в «Воробье и Волке», в одном из самых известных ресторанов Лас-Вегаса, а затем едут вместе в клуб. Проводят там большую часть ночи, а около трех отправляются обратно в особняк Снайдера.
Вот тогда я и нанесу удар. Когда они будут сытые, уставшие и пьяные.
Мною овладела решимость.
Я сделаю это. В одиночку.
Нэш мне не нужен. У меня есть я.
Я осторожно зарядила пистолет.
Я смогу это сделать.
Ради Вив.
Засунув оружие в сумку, я бесшумно выскользнула из машины.
Меня обдало прохладным ветром, и я плотнее затянула куртку. Меня все еще поражает насколько в этом городе холодные ночи зимой. Даже в три часа утра Вегас не спит. Огни мигают со всех сторон, а в воздухе витают выкрики, смех и глухие удары музыки.
Я не позволяю себе думать о Нэше.
Есть только ты. Ты можешь рассчитывать только на себя.
Доставая телефон на ходу, я включила сохраненное сообщение от Вив.
«Привет, Джорджи. Я просто… просто хотела сказать, что люблю тебя».
Я дослушала запись до конца. — Надеюсь, ты потягиваешь розовое шампанское, Вив, — прошептала я.
Мне было уже все равно, что со мной случится. Если я выживу и покончу со Снайдером и его стервятниками, я сяду в машину и уеду. Как можно дальше.
Я вспомнила могилу Вив на местном кладбище.
Я там не была. Меня выписывали из больницы, когда ее хоронили. Я так и не смогла заставить себя пойти взглянуть на ее надгробие.
Не важно. Ее там уже нет. Она свободна.
Я выпрямила спину. Чем ближе я подходила к «Красному Неону», тем громче становились глухие удары музыки. В это время очереди у входа ещё нет. Я затаилась в тени напротив и стала ждать.
И точно, словно по часам, машина Снайдера — дорогой седан BMW — подъехала и замерла у обочины.
Я глубоко вдохнула. Скоро он выйдет.
Я достала пистолет и он казался непривычно тяжелым. Мои пальцы сжали его.
Меня всегда учили, что отнимать жизнь — неправильно. Что нужно верить в закон. Меня также учили, что плохих парней всегда настигнет расплата.
К сожалению, я узнала, что эти убеждения — ложь.
Двери клуба открылись. Я увидела, как наружу вывалилась группа хихикающих, подвыпивших посетителей: девушки шли под ручку, смеясь.
Такие беззаботные.
Они скрылись внизу по улице, а секундой позже дверь снова распахнулась.
На пороге появился Бруно.
Сердце колотилось о ребра. Он оглянулся через плечо, он не улыбался, но казался невредимым после моей недавней проделки. Если не считать перевязанной ссадины на щеке. Я почувствовала всплеск удовлетворения.
За ним вышел Олден.
А потом — Снайдер.
Кирпичная стена колола мне в спину, а прохладный воздух обжигал разгоряченную кожу. Он стоял, одетый в безупречный костюм и широко улыбался.
Певица прильнула к нему под руку.
Мое сердце стучало, как часы.
— Давай, детка, продолжим веселье у меня, — протянул Снайдер.
Шэнди заколебалась. — Уже поздно…
Он поднял руку, убрал прядь ее светлых волос за ухо. Затем склонился и слегка прикусил ее губы.
Ярость захлестнула меня. Вив едва ли не перевернулась в гробу.
— Фрэнку ты очень нравишься. — Он кивнул Бруно, и тот шагнул вперед и подошел к девушке сзади, слишком близко. Положил свои большие руки ей на бедра.
— А я люблю смотреть, — добавил Снайдер.
Она вздрогнула. — Дин… Ты мне нравишься.
— И ты мне, детка. Очень. Ты же хочешь меня порадовать, да?
С меня довольно.
Я навела пистолет на Снайдера и его лицо исказила ярость, но я уловила и проблеск страха.
— Теперь только ты и я, Снайдер, — процедила я.
И тут его взгляд скользнул за мою спину.
Затем я заметила движение — и это было моим единственным предупреждением.
Мощные руки обхватили меня и оторвали от земли.
Нет! Я забыла про последнего из банды Снайдера. Дзанотти.
Я боролась. Лягалась и вырывалась. Пистолет выпал из моих рук и со звоном ударился о тротуар.
— Большая ошибка, Джорджиана, — поднялся Снайдер, отряхиваясь. Он кивнул Бруно.
Бруно встал передо мной. Он поднял свою тяжелую руку, и яростно ударил меня по лицу.
Было больно. Боль взорвалась в черепе, глаза наполнились слезами. Я почувствовала вкус крови.
— Она теперь дерзкая. Нападает на меня. Отравляет меня. — Его следующий удар пришелся по моим больным ребрам. Я вскрикнула. От боли меня затошнило. — Стреляет в нас. — Он протянул руку, схватил меня за пулевое ранение на руке и вдавил в него палец.
Я прикусила губу, чтобы не закричать. Эти ублюдки не услышат мой крик.
— Я предупреждал тебя — не появляйся больше здесь, — прорычал Бруно. — Но ты не усвоила урок.
Снайдер приблизился с усмешкой. — А сейчас мы преподадим тебе очень болезненный урок: связываться со мной — плохая идея. — Он вцепился в мой подбородок и грубо задрал голову. — В этот раз ты не выживешь.
  
ГЛАВА 11
 
Нэш
Черт.
Сон не шел. Я сбросил простыню с голого тела. Резко поднявшись с кровати, натянул джинсы и длинную футболку-поло, сунул ноги в ботинки.
Я чувствовал себя… напряженным и нервозным. Я уснул ненадолго, но сон был прерывистым и беспокойным.
Мне снилась Джорджи.
Ее милое лицо, синяки, глаза, полные боли.
Все, кого я люблю, мертвы.
Я сжал кулаки, мышцы напряглись. Я изо всех сил старался не вспоминать выражение ее лица, когда она уходила. Опустошенное.
Я опустил голову. Не могу поверить, что она потеряла всех. Она так отчаянно боролась за сестру, пострадав в этой борьбе, и все равно ее потеряла.
Она совсем одна.
Если бы не мои товарищи-наемники, я тоже был бы одинок.
Я стиснул челюсть и провел рукой по волосам.
Это я вынудил ее уйти. Я не хотел втягивать ее в свой мрак. Она заслуживает лучшего, куда большего, чем бывший киллер.
Если бы она знала, чем я занимался большую часть десятилетия, то бежала бы от меня без оглядки.
Ей кажется, что она жаждет мести. Но стоит переступить эту черту, отнять жизнь, и пути назад уже не будет.
Я не хочу для нее такой участи. Поэтому и держался все эти годы в стороне.
Это не твое решение, придурок.
Я прошел через темную виллу. Внутри все клокотало — безымянные, невыносимые чувства.
  
Она уедет из Лас-Вегаса. Вернется в Элк-Фолс. Сможет двигаться дальше, залечит раны.
С глухим рычанием я открыл дверь и направился по тропинке к оранжерее.