Сожги мир дотла (ЛП)

— Кто тебя избил? — спросил Нэш.
Я выпрямилась. — Неважно…
— Я хочу знать, кто это с тобой сделал, — отчетливо произнес он.
— Нэш. — Я ухватилась за возможность сменить тему. — Почему ты сменил имя?
— Я не хотел, чтобы меня нашли.
Я вздрогнула. Такие, как я, чтобы его прошлое не смогло его найти. Я перевела взгляд за его плечо на голую стену. Мне не следовало воспринимать с такой болью.
  
— Кто? — Слово прозвучало резко, отрывисто. — Я хочу знать имя.
Я сглотнула. — Я оставила его под седативными в том переулке.
— Черт. — Нэш резко вскочил на ноги. — Надо было сказать. Я бы с ним разобрался.
Я сжала руки. Я хотела бы этого, но больше всего я хотела сама разобраться с Бруно.
— Джорджи? — Нэш подождал, пока я посмотрю на него. — Кто он?
Я закрыла глаза. — Один из тех, кто причинил боль моей сестре.
Нэш нахмурился. — Вивьен?
Я открыла глаза и кивнула.
— Когда я попыталась помочь ей, ему приказали преподать мне урок. Он работает на того человека, кто издевался над моей сестрой и убил ее.
Нэш резко вдохнул, но его лицо осталось таким же бесстрастным, как и всегда. — Вив мертва?
— Да. — пустота охватила меня, разрастаясь, как болезнь. — Все, кого я когда-либо любила, мертвы.
  
ГЛАВА 9
 
Нэш
Один из членов службы безопасности принес аптечку. Я поставил ее на стол и открыл. Сверху лежал гипотермический пакет.
Я повернулся, держа пакет в руке.
Смотреть на нее было все равно, что получить удар в грудь.
Джорджи. Джорджи Линден прямо здесь, передо мной.
Затем появились другие эмоции. Она стала слишком худой, на ее гладкой коже расцвели синяки и она выглядит уставшей.
Все, кого я когда-либо любила, мертвы.
Моя рука сжала пакет со льдом. Она должна была жить своей счастливой, благополучной жизнью. Она не должна была быть избитой и сгорбленной в кресле, с видом измученной девушки.
И все же мой взгляд жадно пил ее, будто я был жаждущим, а она — чистой, прохладной водой. Она больше не была девочкой или юной девушкой на пороге взросления.
Она стала настоящей женщиной.
Ее светлые волосы — все того же цвета звездного света, что я помнил, — рассыпались по стройным плечам. Ее лицо было бледнее, чем должно быть, но веснушки все также украшали нос.
И эти прекрасные ореховые глаза.
Они сейчас настороженно наблюдали за мной. У нее острые скулы и полные губы.
Я представил, как целую их и резко отбросил свои мысли. Она ранена, придурок.
Подняв гипотермический пакет, я указал на ее толстовку.
Она тяжело выдохнула. — Как я и говорила, раны заживают..
— А сегодня тебя снова ударили. Поверь, это поможет.
С фырканьем она подняла толстовку вверх.
Я увидел нижний край простого черного бюстгальтера и те уродливые синяки, которые пятнами покрыли ее ребра. Челюсть сжалась, но я отметил стройный, почти хрупкий торс и еще больше ее гладкой кожи.
Я приложил гипотермический пакет к ее боку и она вскрикнула от боли. Затем я достал антисептические салфетки и опустился рядом с ней на колени. Осторожно я протер небольшую ссадину на ее виске и лучше разглядел синяки, так как макияж уже стерся.
Ярость может вскипать, но она может быть и холодной, режущей. Она поднялась во мне, расползаясь, как трещины по льду.
Тот ублюдок бил ее. Много раз. Она была крошечной по сравнению с ним, но он явно не сдерживался. Не мог сдерживаться, ведь ее синяки все еще так заметны спустя неделю.
Насколько же все было плохо в тот день, когда ее избили?
Кто позаботился о ней? Кто помогал ей, когда ей было больно?
— Ты получила медицинскую помощь после того, как это случилось?
Она кивнула. — Я очнулась в больнице.
Трещины углубились. Этому парню пришел конец. Он просто еще не знает об этом.
— Что случилось с Вив? — тихо спросил я.
Джорджи помолчала мгновение, затем сглотнула. — Она была всем, что у меня осталось. Сначала умерла мама, потом Эллиот, потом папа.
Эллиот. Боже, я до сих пор скучаю по своему другу. Он был хорошим, порядочным парнем. Он всегда был готов к приключениям или оказать помощь.
Когда он умер, всю свою скорбь по его утрате я вложил в работу. В то, чтобы стать лучшим, самым эффективным наемным убийцей, каким только мог бы быть. Часть меня хотела почтить его жертву.
Мой взгляд остался прикованным к лицу Джорджи и я увидел, как она ушла куда-то вглубь себя.
— Вив обожала петь. Она была талантлива и хотела стать звездой. — Ее голос прозвучал пусто. — А потом появился Дин Снайдер.
Имя показалось смутно знакомым.
Ее взгляд метнулся в мою сторону. — Он владелец клуба здесь, в Лас-Вегасе.
Ее глаза наполнились ужасом. Мне захотелось протянуть к ней руку, но я остановил себя.
Она не моя. Я ей не пара. Она и так настрадалась, ей не нужно, чтобы на нее свалили еще больше дерьма.
— Он продавал ей мечты. Говорил, что сделает ее звездой. Она начала петь в его клубе и он заманил ее обещанием контракта на запись альбома. А еще он затащил ее в свою постель.
Я оставался неподвижным. Я знал эту историю. Я знал множество самовлюбленных ублюдков, которые использовали свою власть и деньги, чтобы получить желаемое.
— Он подсадил ее на наркотики. Заставлял делать все, что он хотел в сексуальном плане. Он удерживал обещанный контракт на запись. — Печаль наполнила ее лицо, плечи опустились. — Затем он начал делиться ею с другими мужчинами. Со своим ближайшим кругом, клиентами, друзьями. Он снимал это на видео.
Черт побери. Я взял ее руку. Ее пальцы были ледяными. — Мне жаль, Джорджи.
— Я приехала сюда, чтобы спасти ее. Мне удалось вырвать ее у него. Я провела несколько дней с ней, пока она корчилась на полу ванной в отеле, переживая ломку.
Сейчас на лице Джорджи была пустая маска и это ранило, потому что я знал как много боли за ней скрывалось.
— Наконец она начала чувствовать себя немного лучше. Я вышла за едой. Он написал ей, что у него есть кое-какие ее вещи, чтобы отдать. — Джорджи потерла лоб. — Когда я вернулась в отель, ее уже не было и вскоре после этого он прислал мне фото, где она под кайфом, голая, с двумя мужчинами. Я пошла в клуб, чтобы спасти ее…
И вот тогда ее и избили. — Что было дальше?
— Я очнулась в больнице. Спустя несколько часов тело Вив сбросили в переулке в квартале от Стрипа. У нее случилась передозировка. Никому не было дела до того, что он с ней сделал. Для полиции она была просто очередной наркоманкой.
— Мне жаль, Джорджи. Мне жаль, что ты потеряла ее.
— Боль не утихает. — В ее глазах не было слез, но было так много тоски. — Я потеряла все.
— А что насчет работы? Дома? — Мой желудок сжался. — У тебя есть мужчина?
— Нет. У меня нет ничего из этого. Все, чего я хочу, — это месть. — Теперь в ее глазах вспыхнула искра и она выпрямилась. — Снайдер делает это снова. Соблазняет новую певицу. И я уверена, Вив была не первой и не последней. Он и его громилы, которых он держит вокруг, нужно остановить.
— Как ты собираешься это сделать?
— Я собираюсь убить их.
Что-то внутри меня сжалось. — Убивать не легко, Джорджи. У тебя был шанс сегодня вечером, но ты не смогла им воспользоваться.
Она гордо вскинула подбородок, излучая упрямство. — Мне просто нужно лучше подготовиться. Мне нужно тренироваться и все спланировать. Я остановлю их. — Она сделала паузу. — Эллиот как-то сказал мне, что ты можешь напугать кого угодно. — Она облизнула губы. — И что ты можешь помочь мне.
  
ГЛАВА 10
 
Джорджи
  
Лифт доставил меня на первый этаж казино.
В груди все сжалось, глаза горели огнем. Казалось, я вот-вот разревусь, но слез не было. Я прикрыла лицо ладонью. Я так давно не плакала.
Не плакала, когда умер отец. Не плакала, когда Нэш не вернулся. Не плакала даже, когда потеряла Вив.