Меня зовут господин Мацумото! том 5 (СИ)

Поскольку мы тут находились для повышения престижа мероприятия, а не работы, после приветственной части можно было расслабиться, заняться чем-нибудь по душе. Хотя бы на людей посмотреть, в конце концов, оторвавшись от нескончаемого потока дел. Рыбки по ту сторону монитора уже надоели. Жаль, поскольку мне сейчас больше всего хотелось вернуться именно к ним, любимым. Это я о делах, а не о рыбках. С другой стороны, часть присутствующих не сильно от них отличалась. Чем не замена? Это я уже о рыбках, если кто не понял.
К своему большому удивлению, на этой вечеринке я обнаружил не к ночи помянутую Миву, в коротеньком платье с блестками, ярком макияже, наклейкой звёздочки на щеке и с новой причёской. В одной руке она держала бокал шампанского, а другую соблазнительно закинула на плечо какому-то смазливому пареньку в бежевом, стильном пиджаке, надетом прямиком на футболку. Мива весело щебетала у него под ушком, едва не мурлыча от удовольствия. Ещё и так интимно прижималась, что меня аж зависть пробирала… до самого телефона.
Остановившись, я хмуро присмотрелся к их парочке повнимательнее, заметив несколько странностей, начинающихся с выражения лица «счастливчика». А вот теперь всё стало понятнее. Она же парня не обнимает, а слегка придерживает, не позволяя ему сбежать. Взяла на удушающий, не доводя приём до конца, чтобы не вызывать подозрений. Как профессионально. Большой палец вверх. Девушка не воркует нежно на ушко, а что-то требовательно шепчет, явно давя на всё, на что можно давить в рамках приличий. А ведь со стороны всё выглядит совершенно иначе. Чудны твои дела, господи, а творения ещё чуднее.
Судя по тому, как парень выглядит и как на него с разных сторон посматривают ревнивые девицы, кружа вокруг, словно стая хищных акул, так ему и надо. Это же типичный герой rabukome — чёртов идеальный, бессовестный и «близорукий» бисёнен — король гарема. Тянет где-то на 0,5 от эталонного Юки Рито. «Да гори он в аду», — сказала бы наша несравненная Шихано Рурико. Мы таких типов всем офисом громко ненавидели и тихо восторгались. Особенно наш энтузиазм проявлялся в присутствии коллег женского пола от рождения, а не убеждений. Правда, только первое время, а потом, узнав их поближе, мы, хранители тестостерона, мудро решили не смешивать романтику с работой в серпентарии, тем более встряхивать в шейкере.
В общем, что-то я отвлёкся на приятные воспоминания о светлом, как теперь казалось, прошлом, отчего проникся некоторым уважением к своей нынешней персональной, ходячей головной боли.
— Так его. За яйца хватай, чего тянешь, — невольно принялся болеть за нашу команду.
— А? — растерянно переспросил обернувшийся Шин, увидев, что брат сильно отстал.
Я что, невольно сказал это вслух? Стыдно-то как. За помутнение рассудка, конечно же, за что же ещё?
— Что? — тоже обернулся, сделав вид, будто выискиваю, что же его так заинтересовало.
Я ничего не говорил, а он ничего не слышал.
Ты чего остановился? — упрекнул его за задержку.
Удивлённо моргнув, Шин пошёл дальше, не став вступать в бессмысленный спор. Перед уходом я ещё раз посмотрел на Миву. Как раз в тот момент, когда она посмотрела на меня. Встретившись взглядами, не знаю, что на нас нашло, но мы сразу же обменялись едва заметными, уважительными кивками, понимая всё без слов. После этого просто разошлись, перестав обращать внимание друг на друга. Причём буквально, одновременно уводя своих спутников в противоположных направлениях, не оглядываясь и не давая травоядным жертвам ни единого шанса сбежать или объединиться против нас, истинных хищников, чуявших друг друга за километр.
Далеко идти не пришлось. Уже через пару минут меня ждала ещё одна занимательная встреча. Как же такому тематическому мероприятию с участием гоночных автомобилей обойтись без Сацуки Эйго? Да он словно напрашивался быть здесь.
Стоя возле красной Феррари, блондинистый плейбой и миллионер локального масштаба увлечённо спорил со своей противоположностью. С брюнетом, за спиной которого виднелась чёрная Lamborghini Huracán. Кажется, у старых «приятелей», это видно по поведению, дело шло к очередному спору. Что-то мне подсказывает, на деньги, как главному измерителю успеха таких людей.
  
Черноволосый японец в чёрной спортивной куртке с нашивками незнакомых мне логотипов, в чёрных штанах, а также белых, мать его эстета, кроссовках, уверенно дожимал Сацуки. Кажется, подбивал давнего соперника за звание самого известного и желанного на любой вечеринке «отброса» решить их спор старым добрым способом, в котором победитель всегда прав, а проигравший всегда виноват. Возле закусивших удила парней собралось уже человек двадцать из обеих групп поддержки, а также случайных прохожих, привлечённых происходящим. Для них это развлечение похлеще танцев и пьянки. Кроме того, нужно же разобраться, кого презирать одним и с кого брать пример другим особям этого зоопарка на выгуле. Мы с Шином тоже подошли, заинтересовавшись происходящим. Если что — я гордый орёл, а он болтливая обезьяна.
Увидев меня, Сацуки тут же обрадовался. Моментально прервав беседу, в которой определённо уступал, он первым со мной заговорил, использовав неформальный стиль речи. Поблагодарил за то, что я пришёл, за поддержку, хитрец недоделанный. Разведя руки в сторону, полез обниматься, хлопать по спине, демонстрируя всем нашу дружбу. Традиционно поинтересовавшись здоровьем, не дожидаясь ответа, сразу повёл к компании своих приятелей под предлогом знакомства. На самом деле, уводя этим из-под носа противника, создавая видимость, что я на его стороне. Бесстыдно похвастался перед приятелями таким замечательным другом, как я. Ещё и несколько раз это повторил, заслужив косой взгляд от меня и удивлённый от Шина.
Неужели кошка почуяла, что сегодня миску с молоком могут и отобрать? Причём обнаглевшие мыши, сбившиеся в стаю и нашедшие себе вожака. Настоящего, буйного. Что на это намекает? Да хотя бы её соломенное чучело, сжигаемое мышами в белых колпачках с прорезью для глаз и факелами на заднем дворе дома. Что же ей делать? Правильно. Срочно искать союзников и раздувать щёки, чтобы казаться крупнее, чем она есть.
Хотя Сацуки мне не особо нравится, но второй придурок, его тёмная версия, вызывал ещё меньше симпатии. Какой-то скользкий тип, себе на уме. За неискренней улыбкой и таким же фальшивым дружелюбием этот парень старался скрыть свою настороженность, а также недовольство. Я в его планы явно не вписывался, ни вдоль, ни поперёк, однако, поскольку сделать с этим он всё равно ничего не мог, не потеряв лица, то тоже вынужденно подыграл Сацуки.
Узнав кем я являюсь, тёмный рыцарь, как он себя позиционировал, неожиданно обрадовался. В его глазах отразилась стремительная и напряжённая работа мысли, после чего, под одобрительные высказывания своих друзей, парень с подозрительной лёгкостью включил меня в продолжение их спора. Это было несложно. Якобы из обычной вежливости он задал несколько наводящих вопросов, попросив высказаться. На тему, а как бы я поступил на его месте. Чтобы не прослыть трусом, дураком или хамом, мне пришлось отвечать, давая противнику кучу зацепок для дальнейшего развития темы и сворачивания её в нужную сторону.
Невзирая на то, что мы даже не знакомы и я в их делах совершенно ни при чём, тёмный рыцарь быстро перешёл к осторожным, завуалированным, но всё же наездам. Этим он заслужил восхищённые охи-вздохи окружающих, поражённых его непомерной храбростью и безрассудством, которые ещё больше распаляли и так немаленькое эго короля дорог, нашедшего себе новую игрушку. Причём он целил не в клан Фудзивара, а конкретно в меня, как отдельную, самостоятельную величину, чтобы не нарваться на коллективный ответ. Из-за подобной мелочи серьёзные войны не начинаются. Не бросаться же с мечом на каждую гавкнувшую на тебя собаку. Вскоре со стороны тёмного рыцаря последовала ожидаемая провокация в стиле: а на что ты готов ради друга? Действительно ли так крут, как о тебе рассказывают?