Младший научный сотрудник 6 (СИ)

  
Младший научный сотрудник-6
   
Глава 1
 
Допрос в полевых условиях
 
Допрос в полевых условиях, Москва, Кутузовский проспект
Мы поднялись с Леночкой на свой второй этаж, после чего я завел ее в ванную комнату, включил оба крана на полную мощность и после этих предосторожностей рассказал о предсказаниях Зины-Корзины, о своих способностях и обстоятельствах их проявления, а еще немного про Леонида Ильича, Андрея Миронова и предложениях по продвижению моей игрушки типа Тетрис. Она молча выслушала все это, сидя на краю ванной и болтая ногой (весьма совершенной формы, как я автоматом заметил), после чего высказалась, наконец.
— Я вообще-то подозревала, что ты парень не совсем простой, но чтобы настолько непростой… это вот все зашкаливает, Петя, за все границы…
— Ну куда тут деваться, — с некоторым замешательством отвечал я, — так вот обстоятельства сложились… так что теперь твой ход — решай, стоит связываться с таким проблемным парнем или ну его…
— Подожди, Петя, — тормознула она меня, — воду ты зачем сейчас включил?
— Это чтобы госбезопасность не влезала в лишние подробности моей личной жизни, — объяснил на пальцах я, — и твоей тоже.
— Ой-ой, — картинно изумилась она, приложив обе руки к щекам, — а то она до сих пор не в курсе всех подробностей твоей личной жизни. И моей, кстати, тоже.
— Слушай, — задумался я, — а ведь и верно… пошли на кухню, выпьем кофейку и продолжим уже в более спокойной обстановке.
Кофе с индейцем в традиционном головном уборе под торговой маркой «Пеле» у меня пока не закончилось, я и засыпал по паре ложечек этого добра в фарфоровые чашечки из сервиза, доставшегося мне по наследству от предыдущего постояльца.
— Сахар надо? — спросил я у Лены.
— Ясное дело, что надо, — удивленно посмотрела она на меня, — ты видел кого-то, кто пьет кофе без сахара?
— Ты удивишься, дорогая, — ответил я, развешивая сахар-песок по чашкам, — но в остальном мире за пределами СССР кофе пьют в основном чистым, без добавок.
— И много ты где бывал за пределами СССР? — сразу уловила слабое звено в моем рассуждении.
— В Индии пока только, — буркнул я (хотя в прошлой жизни еще в 25 или 26 странах был, но об этом лучше не заикаться пока), — там точно без сахара это дело пьют… ну те, кто вообще кофе пьет — так-то у них чай в основном.
— Ладно, — вздохнула она, — оставим кофе с сахаром на потом, а сейчас расскажи-ка мне лучше поподробнее про свою Зину-прорицательницу и почему ты ей вдруг поверил.
— С козырей зашла, — улыбнулся я, — даже и не знаю, чем бить.
— Джокером попробуй, — ответно улыбнулась она.
— Окей, бэйби, — ответил я, — вытаскиваю из рукава джокера…
Отхлебнул из фарфора здоровенный глоточек Пеле и приступил к раскрытию информации.
— Эта Зина не с неба свалилась вообще-то, она уже два раза мне помогла своими предупреждениями. Грузовик во дворе — это, выходит, третья серия.
— И каково же было содержание предыдущих серий? — съязвила Леночка, а я сделал вид, что не заметил этого и продолжил ровно так же.
— Первый раз она предупредила меня, что у моей мамы серьезные проблемы со здоровьем, и ей срочно необходима операция.
— И что, все подтвердилось?
— Более чем… не считая того, что операция эта в общем и целом прошла не слишком удачно, потом пришлось принимать экстренные меры… но в итоге все сложилось как нельзя лучше.
— Давай дальше, — подогнала она меня, допив до конца Пеле с конфеткой.
— Даю, — отозвался я, — второй раз ее слова касались лично меня… чтобы я не ходил кое-куда и не делал кое-что…
— Ну и? — вопросительно посмотрела она на меня.
— Сделал, как она сказала… потом мне знакомые рассказали, что было бы, если б не сделал…
— Загадками что-то ты выражаешься, Петя, — вздохнула она. — Ну ладно, поверю и так. А в третий раз что было?
— Третий раз совсем недавно случился, я как раз на побывку домой уехал… ну чтобы встретить маму из санатория и уладить там свои дела…
 
— Да понятно, — подстегнула она мой рассказ, — ты не останавливайся, жги дальше.
— Ровно неделю назад, короче, это было — я ее случайно встретил в нашем районном парке… культуры и отдыха… решил пострелять в местном тире…
— Где-где? — удивилась она.
— Что, тиров никогда не видела? — удивился я. — Это не город в древней Финикии и не бог в скандинавской мифологии, а обычное стрельбище… ну где из ружей стреляют… не обязательно из ружей, можно из луков или арбалетов или вообще из АКМов.
— Аааа, поняла, — наморщила лоб она, — продолжай.
— Так вот, стреляю я это в тире по мишеням, а тут она подходит сзади и говорит «купи мне пулек, я тебе что-то интересное расскажу». Я и купил, вспомнив о ее предыдущих рассказах.
— И она тебе выложила историю про грузовик, как на блюдечке, — продолжила Лена.
— На тарелочке, — поправил ее я, — с голубой каемочкой. Все подтвердилось час назад в этом вот дворе, — и я кивнул в сторону балкона.
— Любопытные у тебя знакомые, — задумчиво протянула Лена, — знаешь, я бы чего-нибудь выпила типа шампанского…
— Сейчас посмотрю, что там осталось, — встал я со стула и открыл холодильник. — Шампанского увы не осталось, зато есть полбутылки мартини — ты как насчет мартини.
— А давай, — махнула она рукой и добавила словами Карлсона, — поживешь с тобой — научишься пить всякую гадость.
Я нацедил ей ударную дозу напитка из вольного города Турина, а себе уж простой водки налил, чтобы не переводить импортное добро зря. И следом мы выпили, не чокаясь и без тостов.
— А теперь давай в тех же подробностях, — продолжила, как ни в чем не бывало, Леночка, — про сегодняшний день.
— Да пожалуйста, — пожал я плечами, — хоть в мельчайших. После твоего ухода у меня начал разрываться телефон…
— Кто звонил? Давай по порядку, — попросила она.
— Первым был… — задумался я, — да пожалуй Наумыч, мой бывший руководитель в институте прикладных проблем, номер один в перечне разруливателей моей игрушечной проблемы.
— Расскажи о нем, — неожиданно сказала Лена, — мне это будет очень любопытно.
— Хм… — задумался я, что же это так заинтересовало ее, — полностью звать его Семен Наумыч Гинденбург. Да, как дирижабль. Откуда он там родом и чем занимался до ИПП, не знаю, так что врать не буду. Чем отличился на посту моего начальника… во-первых, большой любвеобильностью и непостоянством — сначала у него в пассиях ходила Нина такая…
— Это та, что у тебя до меня была? — поинтересовалась она.
— Если хочешь правду, то да, — смело ринулся в пучину выяснения отношений я, — была. Но сплыла недели две назад. А потом он вдруг резко поменял Ниночку на Олечку, тоже в нашем отделе работала такая. Зачем и почему, не спрашивай, все равно не знаю…
— А Нину ты, значит, подобрал, — задумчиво выдала она свое размышление вслух.
— Проехали мы этот пункт, — буркнул я, — дальше тебе интересно?
— Конечно, продолжай про своего Наумыча, — разрешила она.
— Его неожиданно уволили из ИПП, я так и не понял почему, и он пропал с нашего горизонта на пару недель. А потом меня вызвали в кремлевскую поликлинику…
Тут Лена довольно странно поглядела не меня, но никаких слов не произнесла, поэтому продолжил.
— И тут, в этой поликлинике на Мичуринском… ну это на углу практически с улицей Косыгина…
— Да знаю я, где это, — оборвала она меня, — давай дальше.
— Там я его и встретил, Наумыча своего болезного… и он сразу начал делать намеки, что мог бы стать для меня очень полезным посредником.
— С ним понятно, теперь давай про следующие звонки, — скомандовала она.
— Далее последовал товарищ Цуканов… знаешь такого?
— Ну еще бы, — тут же отозвалась она, — Георгий Эммануилович, известный товарищ. И чего он от тебя хотел?
— Сначала он мне небольшую лекцию прочел, как надо и как не надо вести себя с генеральными секретарями, упирая на то, что случилось вчера в цирке…