Кладбище прибыли

— Сюда! Живее!
Брокрин помог Готрамму поднять Хоргарра, и отряд дружно поспешил к неожиданному выходу. Когда до лоз оставались считаные шаги, у капитана зародились тревожные мысли. Он твердо верил, что Эсмира отправила растения, чтобы помочь дуардинам, но он не знал, насколько надежен был ее контроль над ними. Что, если лозы нападут на них, стоит им подойти ближе? Вдруг он уводит свою команду от одной смерти лишь для того, чтобы отправить прямо в объятья другой?
Пока дуардины проходили сквозь дыру в стене навстречу солнечному свету, Брокрин боялся даже вздохнуть. По обе стороны от них теперь тянулись извивавшиеся ветви, продолжая драть металл и расширять отверстие. Брокрину они казались гигантскими змеями, обладающими чудовищной силой. Одно неверное движение — и лозы тут же их всех передушат. В столь узком проходе спастись от их ярости было бы невозможно.
Лишь когда они вместе с Готраммом вынесли Хоргарра на прогалину, Брокрин испытал легкое облегчение. Одного взгляда на кронтанкер хватило, чтобы понять, какой силой управляла Эсмира. Повинуясь ей, Кладбище отрывало от корабля толстые куски металла с такой легкостью, словно это была шелуха луковицы. Ошметки летели скрученными полосками с остры- ми неровными краями.
— Кэп! Сюда! — долетел до ушей капитана голос Агрило.
Брокрин увидел логистикатора поодаль от корабля. Эсмира стояла позади него, женщину всю трясло, ее кожа была смертельно белой. Только благодаря поддержке логистикатора она не падала.
Один из арканавтов, Морри, подменил Брокрина, и капитан поспешил к Агрило и Эсмире.
— Когда скавены зашли вам со спины, я пытался вас предупредить, — пустился в объяснения Агрило, — но эти крысы слишком быстрые. А она, — кивнул он на Эсмиру, — управляла растениями, чтобы проделать вам новый выход.
Брокрин осмотрел их спасительницу. Было видно невооруженным взглядом, что ее странная магия высосала из нее все силы. Он положил руку ей на плечо.
— Эсмира, мы спаслись, — произнес он, — отпусти их.
Эсмира попыталась сфокусировать взгляд на Брокрине, но ей не удалось даже это.
— Вы... спаслись... — еле живым шепотом произнесла она.
Тут силы окончательно ее оставили, и женщина обмякла. Агрило не дал ей упасть, и вместе с Брокрином они уложили Эсмиру на землю. Она все еще дышала, но прерывисто, судорожными вздохами, словно рыба, выброшенная на берег. Недобрый знак.
— Кэп! — позвал Керрум. — Лозы! Они больше не двигаются!
— Присмотри за ней, — попросил логистикатора Брокрин.
Он обернулся и увидел, что Керрум и его громовержцы навели оружие на дыру, из которой они только что вышли. Сержант был прав: растения замерли. А внутри кронтанкера нарастал оживленный писк скавенов.
— Скоро наружу полезут, — предупредил Керрум.
— Не дадут нам спокойно уйти, — сплюнул Брокрин.
Он сверкнул глазами на опутанный сорняками труп корабля и в очередной раз задал себе вопрос: сколько крысолюдов копошилось внутри? На ум приходил только один ответ: слишком много, чтобы дать бой. Но другого выбора не оставалось. Пока Хоргарр и Эсмира в таком состоянии, бежать было бессмысленно: скавены настигнут их в два счета.
Им придется сражаться. Пускай даже без надежды победить.
Готрамм устроил Хоргарра подле Эсмиры и повернулся лицом к кронтанкеру. Он видел, что Брокрин и громовержцы не сводят с дыры глаз, ожидая появления врага. Арканавт Дагар, прикрывавший тыл, пока Готрамм и Морри несли Хоргарра, следил за килем на случай, если стая грызунов хлынет и оттуда. Внимание дуардинов распределилось по точкам, из которых они ожидали появления врага, однако никто не видел, что происходит на остальном кронтанкере.
Готрамм отправился обратно к Брокрину и тут заметил движение в верхней части корабля. Но это были не ожившие лозы, а пытавшиеся скрытно подобраться к противнику скавены. Они высыпали из люков на главной палубе, словно рой разъяренных пчел из улья. Перебирая лапами по толстым лозовым канатам, они стали опускаться на прогалину.
— Сверху! — тут же предупредил Готрамм, затем поднял пистолет и сбил одного врага выстрелом.
 
Скавен запищал от боли, лапы выпустили канат, и он полетел вниз.
Брокрин и громовержцы направили на крысолюдов оружие и открыли по ним шквальный огонь. Залповый пистолет капитана нашпиговал их пулями и сбил трех скавенов, которые полетели навстречу смерти. Громовержцы также сияли по одному врагу каждый. Керрум держал палубомет наготове, выжидая момента, когда крысолюды спустятся пониже, чтобы как следует оценить дальнобойность его стволов.
Даже потеряв шестерых, стая продолжала наступление. В живых оставались еще десятки скавенов, которых ничуть не беспокоило, что усилиями дуардинов их ряды редели. Готрамм обратил внимание, что вне узких помещений корабля крысолюды выглядели особенно тощими и жалкими, с проплешинами на шкуре и торчащими ребрами.
— Это уловка! — крикнул Брокрин. — Оборванцы пытаются отвлечь нас!
Догадка прозвучала в тот же момент, когда из дыры в киле вынырнул отряд куда более крепких крысолюдов. Дагар открыл рот, чтобы предупредить, но вместо слов раздался крик агонии. Вожак с белой шерстью направил на арканавта алебарду, с ее кончика сорвалась зеленая молния и пронеслась через поляну. Разряд ударил Дагара, его борода вспыхнула, кожа обгорела. Все мускулы его тела одновременно сократились, и меч выпал из его пальцев. Обугленный дуардин на несколько секунд замер, затем рухнул на землю. От его трупа поднимался дым.
— Мерзкая падаль! — в сердцах воскликнул Готрамм и выстрелил в белого крысолюда, но пуля попала в скавена рядом с вожаком.
Вожак гневно сверкнул глазами на капера и спрятался за ширму из своих приспешников.
— Убить-убить! Сторожить-защищать ужасного-доброго Грызоклыка! — взвизгнул белый скавен, занимая безопасную позицию.
Готрамм выстрелил в вожака еще раз и убил одного из охраны, но этот поступок едва не стоил каперу жизни. Сосредоточившись на белом скавене, он не заметил третью группу крысолюдов, появившуюся из отверстия, проделанного лозами. То, что враг заходит еще и с третьего фланга, он понял, когда в нескольких футах от него разбилась стеклянная сфера. Из нее вырвался желтый дым, тут же впившийся в растения. Везде, где туман касался поверхности, зелень желтела и крошилась, словно от обжигающе высокой температуры. Буквально за секунды газ прожег кратер в плотном узле лоз и ветвей. Готрамм скривился, представив, что стало бы с ним, попади сфера в него.
Из дыры, через которую совсем недавно спасся отряд дуардинов, выскочили два крысолюда в масках и десятка два других скавенов.
— Ядовитый газ! — громко предупредил Готрамм. — Они используют ядовитый газ!
— Это ненадолго! — крикнул в ответ Керрум.
Сержант повернулся к новой угрозе и открыл шквальный огонь из палубомета. Крысолюдов окатило смертельным дождем из множества стволов. Под удар попал один из газовых бомбардиров... а также его сумка со сферами, которая взорвалась, выпустив тучу густого желтого пара. Яд накрыл нескольких крысолюдов рядом с подрывником, и эффект от их собственного оружия был поистине жуткий. Грызуны упали на землю, дергаясь и корчась в мучительных конвульсиях, в их ртах клокотала пена, из глаз и ушей хлынула кровь.
Едкий газ не пощадил и растения. От большей концентрации разложение происходило быстрее, а его степень была выше, чем прежде. От трупа подрывника расползалась глубокая яма, засасывая в себя как его тело, так и находившихся на грани смерти скавенов. Остальной отряд обратился в бегство, но яма расползалась быстрее и поглотила их тоже. Другой скавен в маске какое-то время держался на краю пропасти, вцепившись в торчавшую лозу, но она стремительно усыхала. Вскоре она раскрошилась в лапах твари, и та исчезла в яме вслед за своими сородичами. По тому, как затихали крики скавенов, Готрамм предположил, что яма была сквозной и крысолюды падали в открытое небо.
 
— Отступают! — радостно воскликнул один из громовержцев.