Remedium desperatio (СИ)

 - Поттер! Ты там утонул, что ли? Выходи! Не тебе одному ванная нужна!
 Гарри вытерся полотенцем и понял, что забыл взять одежду. Вот незадача! Он обмотался получше и распахнул дверь, Драко, стоявший рядом с ней, отшатнулся, не преминув заметить:
 - Поттер! Ты что, использовал мой гель для душа?!
  
 Гарри слегка смутился, но тут же вспомнил слова Малфоя:
 - Так у нас же всё общее, по твоим словам! Ты ж лопаешь моих лягушек.
 Драко прошел в ванную, сделав вид, что не заметил этот выпад. На самом деле ему туда не нужно было, просто хотелось вытянуть Поттера, который там застрял подозрительно надолго, поэтому для видимости он сполоснул руки и умылся. А когда вернулся в комнату, Поттер уже лежал спиной к нему, одетый в домашние штаны и свитер, на своей кровати.
 Скоро обед, но Драко сомневался, что Поттер захочет пойти, а сам он не хотел оставлять его одного: мало ли что этому придурку в голову придет?
 Драко почитал книгу, чуть не каждые пять минут отвлекаясь, чтоб глянуть на напряженную спину Поттера. Откинув с досадой книжку, он достал небольшой набор шахмат и присел к столу, но самому играть было скучно. Казалось, от поттеровской депрессии воздух в комнате потяжелел; Драко подошел тихонько к его кровати и присел на краешек.
 - Поттер, - тихо позвал он.
 Гарри не шевельнулся.
 - Послушай, - Драко потянул его за рукав.
 Тот только сильней повернул голову, чтобы, не дай Мерлин, Малфой не увидел одинокую слезинку.
 - Ты неверно на ситуацию смотришь, - Драко оставил попытки повернуть Поттера к себе. - Ты думай не о том, что тебя, понимаешь, облапали, - Поттер дернул плечом, что можно было понимать как угодно: от «отстань и не напоминай!» до «глупости болтаешь», - а о том, что ты не перестал уважать себя, потому что тебе-то не в чем себя упрекнуть. И окружающие тоже не перестали видеть в тебе порядочного человека. К тому же, кроме директора и целителя, никто не знает, а они никому, уверен, не скажут.
 - Психотерапевт нашелся, - пробурчал Гарри, успокаиваясь.
 - Кто?
 - Мозгоправ.
 - Хм, - Малфой преувеличенно «задумался», - то есть ты упорно продолжаешь считать, что мозги у тебя есть?
 В ответ на белобрысую голову обрушилась подушка. А на лохматую черноволосую из малфоевской палочки полилась вода.
 - Эй! - Гарри смешно взвизгнул и, вслепую отбиваясь быстро тяжелеющей от воды подушкой, отфыркиваясь, булькал, хохоча: - Холодная!
 - На теплей! - и из палочки брызнул кипяток, оба парня отпрыгнули, смеясь, мгновенно ставя морозящие чары.
 Спустя полчаса раскрасневшиеся и прячущие улыбки юноши старательно убирались в комнате.
 ***
 Последний экзамен сдан, школа закрывалась на зимние каникулы, и хогвартцы возвращались в Британию. Староста Штефан Копош передал им записку от директора с указанием времени, когда им явиться для переноса порталом в Хогвартс.
 Разговоров об отчислении Марчела Ливиану не было никаких, и Гарри сделал вывод, что, скорее всего, это преподнесли как просто срочный отъезд домой в связи с какими-нибудь домашними проблемами.
 После предпраздничного ужина в последний вечер Гарри выловил Вьерел Дэнчулэ и, сияя улыбкой, вручил тщательно упакованный рождественский подарок.
 Драко, мельком глянув на прямоугольный плоский сверток, только глаза закатил – очередная картина! И что они все находят в Поттере, чтоб прям портреты его рисовать, столько времени тратить? Он искоса посмотрел на идущего рядом Гарри: ну обыкновенный же парень! Ладно-ладно – симпатичный! Но симпатичных тут пруд пруди, а ни у одного нет столько поклонников, и это при том, что все они еще не знают о героическом прошлом Поттера. Драко скользнул глазами по гладкой коже щеки Гарри, по густым черным ресницам и (о, Мерлин!) этим беспорядочным лохмам на голове. Ничего соблазнительного, совершенно!
 Так что, что так привлекает к нему людей, что Ливиану осмелился даже похитить его, чтобы овладеть насильно?! Ну бред же! Так рисковать собой, своим будущим, именем и честью семьи! Драко этого не понимал, всё, что он делал в своей жизни, всегда было с оглядкой на родителей. Они зашли в коридор, и стеклянная дверь захлопнулась, отсекая шум. Поттер вертел в руках свой подарок, не решаясь распечатать его вне комнаты. Они подошли к двери, и Гарри уже потянулся к ручке, как Малфой неожиданно толкнул его к стене, прижал своим телом и впился губами в рот, пробормотав перед этим:
 - К боггарту. Так что они находят в тебе?
 В какое-то мгновение Гарри посчитал, что это шутка, он уже собирался засмеяться, как язык Малфоя скользнул в его рот.
 Не сказать чтоб в жизни Гарри было так уж много поцелуев, и вовсе не из-за недостатка желающих, скорее тут сыграли свою роль два фактора: он был скромным и стеснительным в этом плане пареньком, и он был занятым, причем занятым совсем не тем, чем ему бы хотелось. Но с Волдемортом в голове и реале не много оставалось времени на личную жизнь. На шестом курсе он стал встречаться с Джинни, ну и что, что Джинни сделала первый шаг, Гарри она действительно очень сильно нравилась. И в отличие от него, у которого поцелуйный опыт сводился к паре слюнявых поцелуев с Чжоу, у Джинни была неплохая практика и целовалась она отменно. Да только времени почти не оставалось для всех этих объятий и поцелуев – спасибо Снейпу! Ну что сказать, последний в его жизни поцелуй, если не считать чмоканий в щечку Гермионы, состоялся полтора года назад на его семнадцатилетие, когда Джинни заманила его в свою комнату и поздравила вот таким образом.
 Когда Гарри понял, что и вовсе это не шутка, а Малфой на самом деле целует его, первое впечатление было – шок. Он широко распахнул глаза и уже собрался оттолкнуть Драко, когда тот пробрался своим языком между его губ и тихо застонал. И этот стон, едва слышный, поднял все волоски на теле Гарри, руки, готовые уже оттолкнуть Малфоя, расслабились на его груди. Его словно окунуло в теплое и нежное облако. Одна ладонь Драко легла на шею Гарри, легонько поглаживая, а вторая вплелась в волосы, ласково их перебирая. Колени Гарри ослабли, и если бы Малфой не прижимал его к стене, то он упал бы, как на втором курсе, когда по заклинанию Локхарта исчезли кости. Только тогда кости исчезли из руки, а сейчас, казалось, что из всего тела. И всё тело его превращалось в желе всего лишь из-за поцелуя Малфоя. Малфоя! Мало того, тело превратилось в желе, а член впервые после Финальной битвы ожил.
  
 Поначалу Гарри не обратил внимание на отсутствие эрекции, не до того было. Когда ж всё более-менее успокоилось, он заметил, что по утрам его не мучает стояк. Не то чтоб он постоянно это терпел, все-таки последний год он жил в довольно стрессовой обстановке, тем не менее изредка, но бывало. А после смерти Волдеморта как прокляли. Ничего! Ни воспоминания о Джинни, ни о других довольно красивых и аппетитных девушках не помогали. Про парней он не думал и вовсе. А когда в Румынию приехал и тут такое такое внимание, масса поклонников, тоже ничего не изменилось. О парнях он в том смысле и не думал, даже когда узнал, что нет в этом ничего зазорного.