Remedium desperatio (СИ)
В Лазарете Лучан Батори сразу вызвал Мушки и, не расколдовывая Ливиану, приказал доставить его в свой кабинет и глаз с него не спускать, сам же повернулся к целителю:
- Господин Дереш, как только я что-то выясню у господина Ливиану, сразу вам сообщу.
Тот кивнул на ходу: сейчас его интересовала лаборатория и те зелья, которые могли бы помочь пациенту. Он бегом захватил несколько пузырьков и вернулся, с удивлением глядя на сидящего на краю постели Малфоя, словно видя его впервые.
- А вы, молодой человек… - вопросительно начал он.
Драко встал и, отойдя в сторону, представился:
- Его близкий друг, Драко Малфой.
Ложь неприятной горечью осела на языке.
- О, вы те англичане, которые у нас учатся, слышал, слышал, - догадался целитель и тут же добавил: - Я был в Англии, проходил практику в вашей лучшей лечебнице имени Святого Мунго.
Драко предпочел бы, чтобы целитель занимался своими непосредственными обязанностями, а не вдавался в подробности сорока или сколько там-летней давности.
Но тот свое дело знал и, не переставая разговаривать с Драко, ловко напоил Гарри какими-то зельями, тут же пояснив:
- Это универсальный антидот, в него входит безоар. Как только директору Батори удастся выяснить точнее, чем отравили…
- Гарри Поттера, - подсказал Драко.
- Да. Так вот, тогда я смогу предпринять более четкие шаги в его лечении, а пока не будем рисковать, чтобы не навредить чрезмерным рвением.
Драко закатил глаза и сел на соседнюю кровать.
Зашумел камин, и Драко дернулся от неожиданности, целитель же живо развернулся:
- Господин директор?
- Я побеседовал с господином Ливиану, он сказал, что сделал господину Поттеру укол маггловским средством, он не помнит названия, но говорит, что им усмиряют буйных магглов в специальных лечебницах. Сейчас пришлю Мушки со шприцем. Там остатки этого зелья или чем оно является. Да, он сказал, что это средство действует два часа, а потом паралич проходит сам. Как только наш больной очнется, сообщите мне.
Явился важный Мушки и передал целителю Дерешу шприц, тот сразу же помчался в лабораторию, наказав Малфою позвать его, если что случится.
Драко наклонился над Поттером и заглянул ему в глаза.
- Слышал? – тихо сказал он. – Минут через сорок твоя отрава перестанет действовать, и ты очнешься.
Гарри повел глазами.
- Мерлин, Поттер, ты такой жалкий сейчас, что издеваться над тобой все равно что новорожденного лазиля пинать, - Драко поправил одеяло, которым целитель накрыл Поттера поверх мантии, и сел на место.
Гарри пришел в себя, точнее смог снова владеть своим телом, как и было сказано, минут через сорок. Чувствовал он себя при этом отвратительно: к слабости, головной боли и жажде примешивалось стойкое отвращение к Ливиану и его действиям, от которых ощутимо подташнивало и страстно хотелось вымыться.
Целитель тут же напоил его Животворящим эликсиром и вызвал директора. Тот прибыл через камин и сразу приступил к допросу, как это назвал про себя Драко, хотя сам директор мягко сказал, что ему нужно поговорить с Драко и Гарри, чтобы окончательно выяснить все обстоятельства. Сначала он опросил Драко, и тот заметил, как Поттер удивленно поднял брови, слушая про свои розыски. Малфой ушел с экзамена, чтобы найти его, потому что у него было дурное предчувствие!
Вообще Гарри чувствовал себя до ужаса неловко от того, что Малфой застал его в таком состоянии, словно он какая-то беспомощная девица, на которую напал насильник. Гарри не знал, собирался ли Марчел довести дело до конца или нет, не видя ответной реакции тела «жертвы», но чувствовал он себя использованным. От воспоминаний о жарком шепоте Ливиану, его скользком языке, облизывающем все доступные участки тела Гарри, ему хотелось применить к себе Обливиэйт и помыться – смыть с себя слюни Марчела стало первоочередной задачей.
Под конец беседы директор сообщил, что Ливиану отчислили, а Кюкуй все вещи Гарри перенес в его комнату.
- Думаю, мне нужно понаблюдать пару дней за пациентом, - тут же встрял целитель.
Ну да, Лазарет был пуст, и он скучал без работы.
- Если это необходимо, - медленно сказал Батори.
- А это необходимо? – резко спросил Поттер, мечтающий о горячем душе.
Целитель Дереш замялся, и директор, правильно всё истолковав, сказал:
- Я сейчас дам портал в ваше крыло, в комнату не получится, к сожалению. Отдыхайте, Гарри, набирайтесь сил, приходите в себя, я рад, что ничего непоправимого не произошло, и ваш жених так вовремя спохватился, видно, сердце подсказало, что с вами беда.
Гарри поджал губы, ага сердце! С другой стороны, хорошо, что интуиция Малфоя не подвела.
Проведя в очередной раз свою диагностику, целитель Дереш был вынужден с неудовольствием констатировать, что пациент здоров, хотя немного и слаб. Гарри кое-как натянул мантию на голое тело и встал. Об обуви, конечно, никто не позаботился, поэтому пока директор настраивал портал, он снова сел на кровать и поджал ноги.
Портал их перенес в коридор рядом с их комнатой, и счастливый Гарри, на ходу стаскивая мантию, рванул в ванную.
- Поттер, вещи возьми! – крикнул вслед Драко.
Но Гарри не слышал; всё, о чем он сейчас мечтал – это горячая вода и мыло. Как оказалось, мыла-то и не было: оставшийся микроскопический обмылок был просто насмешкой. Зато полка Малфоя с трудом умещала все эти пузырьки и бутылочки непонятно с чем. Гарри, стоя под струями воды и особо не разводя церемоний, стал планомерно изучать содержимое каждой. Свежий морозный запах одной из них глянулся ему больше всего, и он очень надеялся, что это не какой-нибудь гель для укладки волос. Вода уносила плохие воспоминания и слабость, и Гарри постепенно веселел: впереди остался последний экзамен, а там каникулы, родная Британия, друзья, Рождество.
Глава 21 Картины для Гарри, или Возвращение домой
Горячая вода смывала не только прикосновения Ливиану, казалось, горевшие на его теле, но и слабость, оставшуюся после воздействия той гадости, которой он его уколол. Гарри трижды намылился и смыл пену водой, кожа уже горела и скрипела, он понимал, то, что ему хочется смыть – неприятные эмоции, внутри него, а не снаружи, но остановился только тогда, когда в дверь забарабанил Малфой, крича: