Remedium desperatio (СИ)

 Последней каплей для Гарри стала открытка, которая начала падать с общей кучи, когда он случайно зацепил столик. Поттер механически ее поймал, послание в виде англо-румынского словаря открылось, и Гарри захлебнулся воздухом, вытаращив глаза, казалось, что они вот-вот выпадут из орбит, потому как внутри была нарисована схематическая картинка: парень с огромным эрегированным членом, по которому он водил рукой туда-сюда, и подпись внизу: «Я английский учу, на Зеленоглазика дрочу!»
  
 Левитирующие шоколадки, вечный шорох кучи тровантов, цветочки, чтоб они сгорели, теперь еще и это!
 Гарри не помнил, когда он испытывал большее омерзение. Что ж они к нему все так привязались?!
 Теперь на занятиях свои его пытались оградить еще сильнее, и, надо отметить, Гарри настолько устал от этих фанатов, непонятно с чего вдруг воспылавших к нему любовью, что ничего не имел против дружеской поддержки. Они и так обычно на занятиях садились за три последние стола крайнего ряда у стены, сначала Эрни с Терри, потом Гарри с Энтони, за ними – Малфой с Майклом Корнером. Можно сказать, подступы к Гарри были защищены со всех сторон, а сам он уже не мог дождаться воскресенья, чтобы узнать, что ж такое секретное ему хотел поведать Штефан.
 Правда, Марчела Ливиану заслон из Гарриных друзей не останавливал, он ему совершенно не мешал прохаживаться на перемене рядом и посылать ослепительные улыбки через их головы.
 - Красавчик, - недовольно и даже с легкой ноткой зависти как-то пробормотал Энтони.
 - Чего? – изумленно повернулся к нему Гарри, до этого с осторожностью роющийся в своей сумке.
 - Да ничего. Просто сказал, что красивый парень, - Голдстейн кивнул в сторону Марчела, стоявшего неподалеку и якобы разговаривающего с однокурсником, а на самом деле пристально следившего за каждым движением Поттера. – Тебе нравятся такие?
 - Чего? – Гарри с еще большим недоумением уставился на Энтони, он очень надеялся, что за шумом, стоящим в кабинете, никто не услышит о каком бреде они говорят.
 - Ну он же красивый, даже очень, это-то ты отрицать не можешь.
 Гарри был растерян: к чему весь этот разговор?
 - Вообще-то в моей оценке мужчин нет такого критерия как красота.
 - А что же там есть? – у Энтони глаза загорелись от интереса и предвкушения.
 - Да не знаю, - пожал плечами Гарри, - может, сила, ум, мужество, верность семье, способность защитить слабых, ну как-то так…
 - Понятно, - протянул Энтони, - но ведь приятно же иметь еще такой бонус, как красота.
 - Приятно для девушки, а для парня-то зачем?
 - Чтоб глаза радовались. На тебя, например, приятно посмотреть, и глаза у тебя очень красивые, ни у кого таких нет.
 - О нет, Энтони! – вскричал Гарри, закрывая лицо руками и падая на стол.
 - Да, Гарри, это так, да ты и сам это знаешь. Вот и на Марчела тоже приятно посмотреть, если объективно.
 - Да ну, - отмахнулся Поттер и повернул голову в сторону двери, в которую как раз вошел Малфой, о чем-то беседующий с преподавателем. – Если объективно, то вот Малфоя красавцем не назовешь, а смотреть на него приятно: всегда и прическа, и одежда в порядке, все чистое и аккуратное. «Элегантное», - добавил он про себя.
 - Ааа, Малфой… ну конечно, как я сразу не подумал, - как-то мгновенно скис Энтони и потерял, к радости Гарри, интерес к этому бессмысленному разговору.
 ***
 В субботу за завтраком четырнадцати игрокам в квиддич раздали форму: что в одежде их команды, что соперников присутствовали цвета флага Румынии. В их – синий, у соперников – красный, что порадовало Малфоя, судя по улыбке, презрительно изогнувшей его губы, когда он смотрел на красные цвета. Гарри хмыкнул, видимо, Малфой представлял на месте их противников команду Гриффиндора и уже предвкушал победу над ними. Ну-ну. О соперниках они ничего не знали, да они даже не знали толком, как играют игроки собственной команды, поэтому до победы… Хотя сегодня на тренировке будет видно, есть ли у них шанс.
 Раздевалок возле поля для квиддича не предусматривалось, поэтому переодевались в своих комнатах и уже так шли через территорию школы к полю. Их тренировка была назначена на десять утра, как раз достаточно времени, чтобы позавтракать, переодеться и дойти. Форма оказалась довольно симпатичной: серебристые штаны, синий верх с вышитым на груди золотым орлом – символом Валахии (как потом объяснил Штефан, у каждой команды на груди одна из частей герба) и серебристый же плащ с синей окантовкой и на синей же шелковой подкладке. Гарри пожалел, что им достался орел, а не лев, как команде соперников, что было еще символичнее: теперь Малфой точно будет представлять, что играет против Гриффиндора.
 На поле их ждал тренер Йорга и то ли болельщики, то ли праздные зрители, то ли шпионы команды-соперницы. Тренер держал в руке свиток и, поздоровавшись, сказал:
 - Ваша команда «Vulturii», - что для себя Гарри сразу перевел как «Орлы»; с сомненьем посмотрев на англичан, тренер продолжил: - Хочется надеяться, что вы уже все познакомились, но на всякий случай представлю: капитан, он же охотник, Лауренцу Киву.
 Парень с очень короткой стрижкой и открытой улыбкой поднял вверх руку. Гарри, к огромной своей радости, не видел его среди своих поклонников.
 - Еще два охотника: Драко Малфой и Паул Бузой.
 Драко нехотя махнул рукой, в отличие от тезки тренера, который с энтузиазмом пожал всем руки. Может, Гарри и замечал Паула в столовой, пока еще многие студенты ему были на одно лицо, но совершенно точно он не помнил его среди однокурсников, а это означало, что Бузой учился на год младше.
 - Теперь загонщики: Раду Эминеску и Алеку Мареш.
 Оба помахали битами и дружно оскалились. Эминеску тоже с ними не учился, значит, он, как и Бузой, был с девятого курса. Со вторым загонщиком у них были общие занятия.
 - И наконец вратарь Вьерел Дэнчулэ.
 Парень поднял руки вверх и улыбнулся, глядя на Гарри, тот закатил глаза: понятно, этот из доморощенного фанклуба, но Поттер сомневался, что и за год запомнит его имя и фамилию.
 - Познакомились? За тренировку! - Йоргу свистнул в свисток, и все дружно оседлали метлы и взлетели. – Поттер!
  
 Гарри, сделав резкий разворот, завис перед тренером.
 - Когда ты поймаешь снитч, сразу отпускаешь его и стартуешь за ним не раньше, чем через тридцать секунд. Все понятно?
 - Да, сэр, - Гарри ответил по-английски, но надеялся, что его поняли, вроде на румынском был созвучный английскому вариант «да».