Remedium desperatio (СИ)
Так Дамьян и уснул, словно случайно свесив руку и касаясь своего героя пальцами.
Примечание к части Озеро, птицы http://i069.radikal.ru/1310/53/30d2058057ed.jpg
http://s020.radikal.ru/i709/1310/40/aa0ec5a56a37.jpg
Глава 10 Праздник винограда, или Заговор Кюкуя
По-прежнему все очень сильно любят Гарри!))
- Пойдете в выходные в Век Урсул? - поинтересовался подошедший Штефан.
- В субботу же тренировка, - сказал Гарри, не имеющий ни малейшего желания идти в деревню - раздражал преследующий его оборотень.
- В воскресенье праздник сбора винограда*.
- Точно! Это же тринадцатое! Хорошо, что попал на выходные, - довольно улыбнулся Терри и хлопнул Эрни по подставленной ладони. - Мы обязательно пойдем. А то, когда жили здесь, родители не разрешали на него ходить, а потом в это время уже были занятия в Хогвартсе.
- Что за праздник? - заинтересовался Энтони.
- Один из лучших у нас в Румынии, - зажмурился от удовольствия Копош. - В этот день возле винных погребов, баров, таверен, да и возле обычных домов хозяева выставляют бочки, кувшины с вином, и любой прохожий может попробовать и оценить вкус, совершенно бесплатно.
Гарри в очередной раз пожалел, что с ним нет Рона: классно было вместе повеселиться, а так... Лучше, наверное, вообще не идти.
- Гарри, - шепнул склонившийся к его уху Штефан, - мне нужно тебе кое-что сказать. Можешь выйти?
Гарри, который как раз закончил ужин, кивнул.
- Договоримся еще, когда пойдем, - Копош двинулся на выход, Поттер - следом.
Естественно, его уход после шушуканья со Штефаном не остался незамеченным.
Малфой и Голдстейн встали из-за стола одновременно, переглянулись и пошли за ними.
Штефан спустился с крыльца и обеспокоенно оглянулся на Гарри, вся напускная веселость исчезла с его лица. Поттер подошел к нему и внимательно посмотрел в глаза:
- Что такое, Штефан?
- Гарри, ты пойдешь в воскресенье в Век Урсул? - зашептал тот.
- Не планировал.
- Иди обязательно, я тут кое-что случайно узнал, но не могу обсуждать здесь, на территории школы.
- Да что случилось-то?
- Тише. Не здесь.
Все это было крайне подозрительно.
- А в комнате нашей, если я тебя проведу?
Копош отчаянно замотал головой:
- Здесь нельзя.
- Ладно, я подумаю.
Штефан придвинулся ближе и зашептал так тихо, как мог:
- Это связанно с твоими поклонниками.
Гарри отодвинулся и оглянулся: на крыльце стояли Малфой, недовольно покусывающий губы, и Энтони, пристально глядящий на Копоша с Поттером.
***
Поклонники, видя устойчивость Гарри к флоре, музыке и сладкому, удвоили усилия. Решив, что подношения будут видней не на столике, откуда они испаряются, а где-нибудь поближе, кавалеры стали применять свое рвение повсюду.
Гарри чуть не трясло, когда очередная розочка нелепого серо-зеленого цвета (сильно хотел выделиться какой-то неизвестный обожатель), проросла сквозь парту и учебник. О, как же Поттеру страстно захотелось найти этого ухажера, боггарт его забери, и… да что там говорить! Всё равно воздыхатели как с цепи сорвались.
Дорога на занятия ознаменовалась гигантским гладиолусом, вымахнувшим прямо у ноги Поттера посередине тропинки. Элегантно запнувшись о дурацкий столб с натыканными там и сям цветами, у которых внезапно выросли слегка пугающие красные губки, одни из которых запели, а другие стали издавать поцелуйные звуки, Гарри рявкнул Еxpulsio, и гладиолус разнесло на ошметки слабым взрывом. Гарри удовлетворенно оглядел останки цветка и пошел дальше, ему нравилось это заклинание: один раз произнес, и после первого использования можно несколько раз просто выкинуть руку с волшебной палочкой, и снова будут вылетать заклятия. Давалось оно не каждому, для того, чтобы использовать Экспульсо, нужно было обладать большой магической силой и умением сочетать одновременно несколько векторов от разных заклинаний: слабый взрывной, режущий и ударный.
Букет хризантем перевязанный красной ленточкой с белыми сердечками распустился прямо в сумке, когда из него изымалось домашнее задание – а кудрявый парень, который только что, и Гарри успел даже краем глаза увидеть взмах палочкой, произнес заклинание Флос, послал Поттеру восторженную улыбку. Яростное Ваддивази – и хризантемы, как метко кинутый камень, вернулись к почитателю, украсив того осыпавшимися лепестками (в аудитории раздались смешки, а кое-кто, похоже, и позавидовал – уж лучше такое внимание, чем никакого).
И трованты – и совсем крошечные, и покрупней с теми же ненавистными сердечками, нарисованными на них, достали неимоверно, особенно когда Ливиану, чтоб его соплохвосты любили, это придумал, а остальные ценители Поттеровских достоинств собезьянничали фокус с камешками, раскалывающимися пополам и выталкивающими из себя любовные записочки. Нет, Гарри их, упаси Мерлин, не читал, но приторный запах духов, которыми их щедро окропляли, и кошмарный розовый цвет говорили сами за себя.
Да хорошо еще, раздраженный не меньше Поттера, Малфой предупредил, чтобы тот не вздумал вдыхать эти ароматы – есть хитрые и вполне себе законные зелья, заставляющие жаждать… ну, в общем, всякого, о чем Гарри еще не особо задумывался.
Роскошно сияющие всеми оттенками голубого и сиреневого флоксы появились под партой у ног Поттера самым неволшебным способом, их привязали к швабре и пропихнули поближе к начищенным ботинкам. Букет пропихнулся тяжело – к каждому цветку была привязана шоколадка. Голдстейн, сидевший рядом, глубоко вздохнул и скривился, когда из последних сил держащийся Герой использовал опаляющее заклинание, заставившее цветы сгореть без дыма, совсем не по-геройски, и уставился на лужу шоколада, в которую вляпался краем мантии.
В столовой конфеты десятками порхали и укладывались высоченными штабелями перед утомленным этим вниманием парнем, в библиотеке шагу нельзя было ступить, чтобы кто-нибудь «случайно» не столкнулся с ним и не начал извиняться, «ненамеренно» и «дружески» придерживая за плечо или под локоть, присесть на скамейку в общем коридоре вообще стало немыслимо: «ненавязчиво» возникающие соученики вдруг начинали кучковаться рядом, преувеличенно громко смеясь, размахивая руками и с каких-то флоббер-червей рассказывая о своих победах то там, то сям…