Таро Люцифера

Теперь задумался участковый.
— Ладно. Через полчаса.
Корсакову ответ очень не понравился. Жил Сергей Семенович на Арбате, выправил себе квартирку, использовав служебное положение. Большую часть времени курсировал по вверенному ему участку или дремал в опорном пункте. Получалось, что даже ползком к «Дому книги» он добрался бы раньше, чем полчаса.
— С тыльной стороны у дверей служебного входа стоит скамейка. Я буду там через полчаса. Ну, плюс пять минут на опоздание.
  
— Лады, — угрюмо согласился участковый.
В трубке запиликал сигнал отбоя.
Корсаков с грохотом повесил трубку на рычаг.
Облизнул пересохшие губы. От нервного напряжения жутко хотелось выпить. Хотя бы пивка. Для разгона.
«Даже не думай! — осадил он себя. — Сейчас даже минералки нельзя. Чтобы мочевой пузярь был пуст. Иначе обмочишься со страху».
* * *
На первом этаже «Дома книги» Корсаков прошел в секцию, торгующую компьютерным софтом. Минут десять ходил среди полок с коробками, беря время от времени некоторые в руку и с глубокомысленным видом читал названия компьютерных программ. Изображал из себя художника, решившего пойти по стопам гения «Фотошопа» Сержио Валледжо. Раскрашивать фотки грудастых калифорнийских телок, сидящих верхом на чешуйчатых спинах драконов, сейчас престижнее и доходнее, чем рисовать купающихся колхозниц.
К компьютерам и всему, что с ними было связано, Корсаков был абсолютно равнодушен. Когда в компаниях заходила речь о «дигатал-арте», сканерах-принтерах-плотерах и прочих новомодных штучках, пренебрежительно отмахивался от энтузиастов: «Мне еще руки не оторвало. Я карандашом лучше рисую».
В отдел вошел только потому, что сквозь его витринное стекло был виден выход из подземного перехода. Если Сергей Семенович вошел бы в него на той стороне — у гастронома «Новоарбатский», то вынырнул бы только здесь.
— Вам помочь?
Бледный парень в белой рубашке и униформенном галстуке изобразил на лице «чего изволите». На груди приказчика болтался бейджик «менеджер-консультант торгового зала».
Корсаков как раз держал в руке коробку с неким мудрым продуктом, с названием «Oracle». Почему-то в голове Корсакова название расшифровалось как «орал за у.е.».
— М-да. — Он навел задумчивый взгляд на приказчика. — Братец, а… На «пентиуме четвертом» виснуть не будет? — Корсаков выдал первое пришедшее на ум.
Бровки консультанта взлетели над дужками очков.
— На нем он летает! — как о собственном изобретении выдохнул приказчик.
Из перехода вышел угрюмый Сергей Семенович. Из уставной одежды на нем были только штаны с тонкими лампасами. Поверх неуставной рубашки он накинул кожаную куртку. Судя по лицу, Сергей Семенович был озабочен и выпившим.
«Ах, да! Он же в командировку отправлен!» — вспомнил Корсаков.
— Занятно. Буду иметь ввиду, — обращаясь к менеджеру произнес Корсаков.
А думал он о том, что участковый прибыл на место гораздо раньше срока. Десяти минут после звонка не прошло, а он уже нарисовался
Корсаков поставил коробку на место, оставив компьютерного мальчика без процента с продаж, и поднялся на второй этаж. На полпути развернулся. Увиденного в узкое окошко на лестничном пролете вполне хватило.
В переулке никаких машин с мигалками и уазиков. Что же касалось остальных припаркованных машин, то Корсаков полагался на профессиональную память. Если через пятнадцать минут подъедут новые, он их без труда вычислит.
Игорь спустился на первый этаж, потолкался в отделе канцтоваров и прошел в отдел, запруженный особо интеллигентной публикой. Здесь тихо роились букинисты, библиоманы и спекулянты. Даже пахло здесь по-особому, не клеем и суперобложками, а дорогими переплетами и пыльными корешками.
Посмотрев на девушек за прилавком, Корсаков почувствовал себя Штирлицем, перехитривших всех, включая товарища Сталина.
Протиснувшись к прилавку, он снял шляпу, за секунду вошел в роль, и окликнул миниатюрную девушку, верткую и живую, как белка.
— Девушка, а у вас прижизненное издание Леонида Брежнева есть?
— Чего?! — Девушка замерла, на беличьей мордочке проступила тяжелая гримаса раздраженного работника прилавка. — Ой, Игорь!
Она приложила руку к солидной, не по росту груди, и захохотала.
— Леночка, привет! — Корсаков посмотрел ей в глаза взглядом Джека Николсона.
Реснички Леночки затрепетали.
— Давно не заходил, — играя смущение, произнесла она. — Забыл, да?
Забыть трехдневный секс-марафон, который ему устроила эта худышка с четвертым размером бюста, было невозможно. Корсаков относил свидание с Леночкой к своим личным рекордам. Правда, после него пришлось неделю питаться сметаной с пивом.
— Заработался. Сейчас самый сезон, день год кормит. — Корсаков навалился грудью на прилавок. — Могла бы и сама на Арбат заскочить.
— Решила тебя здесь дожидаться.
— Я уже здесь.
Леночка фыркнула. С тревогой стрельнула глазками по сторонам. Достала из-под прилавка толстый фолиант, положила перед Корсаковым.
— Сделай вид, что смотришь. Нас тут пасут, хуже чем в «Макдональдсе». Совсем житья нет.
Корсаков раскрыл книгу.
— Ого!
Книга была репринтом издания начала девятнадцатого века. Изящная вязь шрифта на фронтисписе гласила: «Карты демона Бафомета или Таро Люцифера». Текст рябил от «ятей», иллюстрации в точности соответствовали рисункам на картах, что лежали в кармане плаща Корсакова.
— Откуда такая роскошь?
— Ай, несут всякую ерунду!
Леночка наклонилась, предоставив на обозрение щедрое содержимое выреза халатика.
— Нравиться?
— Угу, — кивнул Корсаков, с трудом переведя взгляд с выреза на раскрытую книгу. — Гравюры интересные.
— Бери. Две с половиной.
Корсаков чуть не потянулся к карману. Но вовремя спохватился.
— А отложить можно?
Леночка блеснула глазками.
— А что мне за это будет?
— Смотря, что ты хочешь.
— Смотря, сколько ты сможешь. — Леночка первой рассмеялась собственной шутке.
— Во сколько ты заканчиваешь? — спросил Корсаков.
Леночка бросила взгляд на золотые часики, болтавшиеся на запястье. Поморщила носик.
— Ужас! Еще час. А потом еще полчаса отдел сдавать. У меня завтра выходной. — Она подняла взгляд на Корсакова. — Но я могу отпроситься пораньше.
Корсаков задумался.
— В восемь я буду ждать у служебного выхода. В «Спорт-бар» пойдем?
По губам Леночки пробежала беличья улыбочка.
— Давай сразу ко мне, — скороговоркой прошептала она.
— Никаких возражений! — Корсаков выдержал паузу и достал из кармана связку ключей. — Небольшое дополнение. Ключи от мастерской моего друга.
Слово «мастерская» произвело ожидаемый магический эффект. Леночка, как все барышни ее возраста, испытывала пиетет перед роскошью, но трепетала перед творчеством. Им если предложить на выбор квартиру с джакузи и мастерскую непризнанного гения, в качестве места для разового любовного свидания без колебаний выберут мастерскую. Правда, для тихого семейного счастья, безусловно, предпочтут квартирку с джакузи и всем прочим.
От восторга Леночка чуть не выпрыгнула из халатика.
Корсаков наклонился ниже, в лицо ударил жар разогретого девичьего тела.
— Леночка, выручай! — Корсаков перешел на заговорщицкий шепот. — У входа ждет неприятный мне человек. — Упреждая возможное подозрение в неверности, он уточнил: — Кредиторы обложили, лапочка. Денег у меня — исключительно на удовольствия, но ему это не объяснишь.
Леночка задумалась.
— Выведи служебным, — подсказал Корсаков.
Леночка в секунду просчитала варианты.
— Ты мне должен, Игорь, — подытожила она.
Корсаков в ответ подарил ей улыбку Дастина Хоффмана.
  
Женщин он не обманывал, но к долгам относился, как правительство России. С державной небрежностью.
* * *
В темном коридорчике, где вдоль стен стояли упаковки книг, Леночка грудью навалилась на Корсакова, впечатала в стену, нашла жадным ртом его губы и запечатлела такой поцелуй, что Корсаков невольно запаниковал. Если это следовало воспринимать как обещание и предвкушение, то подумалось, что ждет его смерть, мучительно сладкая, и не далее как через пару часов.