Имперский колонист. Том 3 (СИ)

Так, у моей сущности есть Жнецы, которые исполняют волю Смерти, отправляя в ничто тех, кто нарушает баланс. Или же пытается обойти законы мироздания, продлевая себе жизнь, вместо того чтобы отдать концы и покинуть бренный мир. Всякое бывало за время моей службы.
Конечно, в кого попало боги не влезают. Для этого нужно признавать покровительство над собой конкретной сущности. К примеру, условный язычник, верующий в некий пантеон, может стать аватаром этого пантеона. Если у его тела, конечно, хватит сил вместить в себя частицу божества. Вера — добровольно приоткрытая дверца, через которую смертного можно захватить.
  
В нашем же случае всё ещё интереснее. Православие не признаёт многобожие, считая это мракобесием. И если бы не моя служба Смерти, хрена с два бы сущность смогла до меня добраться. Но у нас уже был контакт, к тому же я и на этой Земле-то оказался только по воле своего покровителя. Так что тут иной расклад.
Но уже то, что и я, и Ликсис, и остальные верующие в Морвель, Мару и прочие персонификации Смерти, защищены от остальных богов, позволяет нам стать аватаром только этой сущности. Так что эльфийским божествам придётся не просто хватать первого эльфа, который окажется с нами рядом, но и добираться лично, уже физически.
— Ну, богов мы можем не опасаться, — разделывая пирожное вилкой, произнёс я. — Для меня важнее, чтобы всё было сделано правильно. А для того, чтобы Российская Империя начала действовать, тебе, как баронессе Астарта, необходимо запросить помощи у его императорского величества. Официально, Ликсис, с печатями, бумагами и прочими атрибутами государственной власти.
От моих слов эльфийка чуть дёрнула щекой.
— С этим какие-то проблемы, я так понимаю? — уточнил я.
— Нужно добраться до родового замка, — сообщила жрица Морвель. — Все необходимые атрибуты остались там. Я ведь не правила Астартом, а была лишь дочерью барона. И не факт, что наше родовое гнездо не сожгли, предварительно вынеся оттуда всё ценное.
Я пренебрежительно махнул рукой.
— С этого мы и начнём. Что скажете, баронесса, готовы пригласить графа Князева в гости?
На её лице появилась искренняя улыбка. И мы оба ощутили присутствие сущности.
Смерть одобряла наш план.
  
Глава 20
 
— Ярослав Владиславович, вам потребуется моя помощь? — спросил Высоцкий, болтая чашкой кофе в руках.
— Нет, Александр Олегович, благодарю, — ответил я. — Ничего такого, с чем не мог бы справиться я и мои люди.
Глава посольства кивнул, принимая мой ответ. Строго говоря, ему и самому не хотелось лезть в эти дела. Одно дело — Арканор, но к Элендору и Вольным Баронствам Высоцкий отношения не имеет. А судя по известной нам информации, творилось там чёрт знает что, и влезать в клоаку работорговли, чёрного рынка и кровавого бизнеса ни один здравомыслящий человек не пожелает.
Вот и Александр Олегович не горел желанием.
— Что ж, в таком случае я пойду, — залпом допив кофе, сказал он. — Есть дела, не терпящие отлагательств.
Я молча кивнул и, прихватив свой чемодан, тоже не стал задерживаться.
Свои дела в Ланндрассе я завершил. Теперь оставалось дождаться, когда её высочество Ликсис соберётся. Не хотелось бы, конечно, ставить в известность весь королевский дворец о её отъезде, но принцесса — не та фигура, которая может пропасть, будучи в гостях её величества Кайлин. Слишком много пересудов возникнет. Ведь если гостья испарилась, не попрощавшись, значит, что-то случилось между ней и королевой. А к чему нагнетать обстановку, когда можно сделать всё тихо.
Так что в машину я садился, рассчитывая, что тронемся в путь мы нескоро. Однако Талия сумела меня удивить, не успели мы выехать со двора посольства и развернуться, чтобы отправляться в обратный путь, как эльфийка в сопровождении пары гвардейцев Арканора уже была рядом.
— Вы быстро, ваше высочество, — выбравшись из автомобиля, с улыбкой сказал я. — Позволите ваш багаж?
Ликсис кивнула, и мой дружинник тут же взялся за ручки пары тяжёлых даже на вид чемоданов. От наших они не отличались принципиально, разве что материалы элегантнее — всё-таки не мещанка в путешествие отправляется, а целая принцесса. Однако всего два чемодана…
— Прошу, — открыв дверь жрице, я помог ей забрать внутрь, и после этого вернулся на своё место сам.
Мы отправились в путь, провожаемые взглядами гвардейцев Кайлин. Они так и не сказали ни слова, лишь убедились, что мы действительно покидаем территорию королевского дворца, и тут же отправились по своим делам.
— Спасибо, что не стал задерживаться, — обратилась ко мне спутница. — Если честно, при одной только мысли о том, что мне придётся проводить ещё один день в этой стране, дрожь берёт.
Я не удержался от улыбки.
— Неужели всё было настолько плохо? — вежливым тоном уточнил я. — Мне казалось, вы поладили с Кайлин.
— Показалось, — подтвердила эльфийка, глядя в окно, за которым проплывали улицы столицы. — Не было ни дня, чтобы мне не напомнили о том, что именно Элендор стоял за мятежом в Арканоре. Её величество крайне болезненно воспринимала моё общество и постоянно твердила, как хочет освободиться от навязанного протектората людей.
— Вот как? — ничуть не удивился такому повороту я. — Что же, у неё должна быть какая-то мечта. Почему бы и не свобода для своей страны?
— Мечта? — повернувшись ко мне, переспросила Ликсис. — Значит, это невозможно.
— Конечно, — кивнул я. — Мечта — это то, что нам хотелось бы, чтобы произошло, но чего никогда не случится на самом деле. Да, разумеется, некоторая свобода у её величества будет, но, будем честны, уже её дети вырастут под приглядом человеческих учителей, впитают наши ценности и будут лояльно настроены к Российской Империи. Тем более что примеры превосходства у них перед глазами с раннего детства появятся.
— А я думала, ваши советники будут только временным явлением, — хмыкнула жрица и тут же без перехода спросила: — Элендор ждёт то же самое?
— Понятия не имею, — пожал плечами я. — Высокая политика не входит в круг моих интересов. Мне бы спокойно жить в крепкой и большой семье, чтобы не переживать о том, чем накормить детей, где мы будем спать, в какой ресторан сводить жену. В общем, обычные проблемы хорошего семьянина. А для политики есть специально обученные люди, которым это по душе. Так почему я должен отбирать у них хлеб?
Ликсис засмеялась. Её искренний звонкий смех растёкся по салону автомобиля. Кажется, мне удалось её по-настоящему развеселить.
— Скажешь тоже! — успокаиваясь, произнесла она. — «Чем накормить детей»! Да я ни за что не поверю, что у тебя может возникнуть проблема такого уровня.
Я лишь плечами пожал.
Дорога бросалась под колёса, унося нас всё дальше от дворца её величества Кайлин. И с каждым пройденным километром я чувствовал, что легко отделался. До последнего опасался, что королева потребует меня пред свои очи. А мне бы не хотелось задерживаться дольше необходимого — у меня в баронстве сейчас целую фабрику строят, пока я здесь таксистом подрабатываю.
— Будем надеяться, всё пройдёт хорошо, — вздохнула эльфийка.
— Обязательно пройдёт, — заверил я. — На вашей стороне Российская Империя, ваше высочество. А это значит только одно. Вы не можете проиграть.
* * *
Аэлендор, Арканор, Ланндрасс, королевский дворец.
— Как это она уехала? — возмущённым тоном осведомилась королева.
— Ваше величество, — с улыбкой обратился к ней Семён Тихонович, болтая в воздухе бокалом с вином, — её высочество Ликсис Талия на словах передала мне благодарность за ваше гостеприимство и отбыла с графом Князевым. Как я понимаю, вы были заняты на совещании, так что я взял на себя смелость сообщить вам об отъезде баронессы Астарта самостоятельно.
  
Лицо Кайлин вспыхнуло от гнева. Навязанный из Москвы фаворит всё больше наглел, переходя от сугубо постельных дел к политике. Вот так, походя, Смирнов показал, что она даже в собственном замке не распоряжается. Да и перед кем⁈ Перед Талией! Той самой девкой, которую русские собираются посадить на трон Элендора.