Настроение – Песец (СИ)

— Хотелось бы в это верить, — вздохнул Беспалова.
Настроение у нее стало опять подавленным, поэтому обед пошел довольно мрачно, несмотря на попытки шутить обоих Шелагиных. В такой атмосфере даже нам с Таисией не удалось нормально поговорить — казалось, что мы на похоронах и вот-вот начнут выносить покойника.
Окончание обеда и уход Беспаловой-старшей все восприняли с облегчением. Правда, и мне тоже пора было уходить.
  
— Таисия, наша договоренность по щенку в силе? — спохватился Шелагин.
— Конечно, — удивилась она. — Я же пообещала.
— Не знаю, как ты, Илья, — заявил Греков, — а я уже жду не дождусь, когда Глюк наконец вырастет и сможет оставаться без присмотра.
— Я не планировал его забирать, так получилось, — в который раз пояснил я.
И мы отправились в оранжерею, где мне опять пришлось ставить Строительный туман, чтобы никто ничего не заметил. И только там я выяснил как нас собирались убивать Живетьевы. Ради разнообразия это оказался отравляющий газ. Возникал он после смешивания двух компонентов: порошка и жидкости. Появилась причина наведаться и к Живетьевым.
Переход прошел столь спокойно, что я подумал, что мог бы взять щенка с собой — всё равно по большей части мы будем сидеть в машине.
Проехались мы по всем местам, где встречались нужные растительные ингредиенты, а вот за клювоголовой змеей, чья печень мне была необходима, пришлось побегать больше запланированного. И добыли-то мы всего трех, зато на нас в процессе их добывания вышла стая изнаночных шакалов, единственная польза от которых была в том, что они позволили нам размяться. Все остальное был сплошной вред: и время потеряли, и ингредиенты с этих тварей не используются.
После последней схватки мы прямым ходом поехали в Философский Камень. С дядей пообщаться не удалось, не было его дома, так что я оставил часть ингредиентов, предназначенных Шалеевым, в стазисном ларе, а Олегу — записку в его любимом месте, на кухне, набрал нужной готовой алхимии и ингредиентов, которые не давала Изнанка второго уровня, и мы отправились обратно.
  
Глава 16
 
Олег позвонил, когда мы только-только вышли в оранжерее из Прокола.
— Я внезапно обнаружил очень интересные записи, — сообщил он явно в расчете на то, что нас могут подслушивать. — Только мне кажется, там есть некоторые преувеличения.
— Лучше считай, что преуменьшения. Меньше вероятности, что вляпаешься в неприятности. И вообще, будь осторожен. Очень осторожен.
— Я хотел предложить Володе с Лизой пожить у нас…
— Прекрасная идея, — поддержал я. — Только предлагай лично. Не по телефону.
— За кого ты меня принимаешь? — возмутился Олег. — Кстати, хотел тебе сказать, мне с видео помогли. Такая конфетка на выходе получилась. Приедешь — покажу, тебе точно понравится.
В дядином голосе звучала гордость, поэтому не понять, о чем речь, было невозможно. Так он говорил только о вещах, связанных с археологией.
— Это с тем пищевым артефактом? — всё же уточнил я.
— Именно. Прям прекрасно обработали. Передай мою благодарность.
После чего Олег начал с восторгом перечислять, что именно было сделано с видео любительской съемки, из-за чего оно теперь стало напоминать высококлассную профессиональную. Подозреваю, что большинство терминов он от специалиста услышал впервые, так же как и я сейчас — от него.
Похоже, Олег уже напрочь забыл о моем предупреждении и переключился на тему, куда более ему близкую. Поэтому перед тем, как попрощаться, я напомнил ему, что он хотел зайти к дяде Володе.
— Прямо сейчас пойду, — спохватился Олег. — Всё. Пока. Побежал.
Я успокоился по поводу своих близких. Через деда на меня надавить получится вряд ли — общеизвестный факт, что он меня из Рода выставил, но с дядьями у меня отношения хорошие, поэтому они оба нынче в зоне риска. Может и Елизавету Николаевну задеть.
— Олег Васильевич звонил? — уточнил Шелагин-младший.
— Он самый. Передавал вам свою благодарность за присланного специалиста по видео. Работой мой дядя остался очень доволен.
— Хоть кто-то чем-то доволен, — хмыкнул Греков. — С остальным у нас не особо задалось.
— Нас долго не было. Могли Живетьеву найти, — возразил Шелагин.
— Саш, ты сам-то в это веришь?
Шелагин не ответил. Я тоже не верил, что императорским людям удалось поймать Живетьеву. Беспокоило, что я все также не чувствовал реликвии. Живетьева ее не доставала из пространственного кармана или доставала, но в полностью экранированном помещении? Если второе, то…
— Алексей Дмитриевич, где у Живетьевых есть хорошо экранированные помещения для работы?
— Ты же в курсе, что заведовал этим отделом Трефилов? Так вот, там есть информация по всем родам, кроме входящих в клан Живетьевых. Мы, конечно, набираем сейчас данные и по ним, но они столь фрагментарны, что я бы на них полагаться не стал. Живетьева не будет сидеть в столь очевидном месте.
— Такое помещение незаметно не оборудуешь.
— У нас вся информация по этому клану была удалена, — повторил Греков. — Разве что у союзников попросить? Но это к князю.
К князю мы и без того собирались за новостями, первым делом его и разыскали. Он оказался в своих апартаментах, как мы выяснили у лакея, ожидавшего нас перед оранжереей.
Увы, князь ничего нового не сообщил, а лакея ожидать оставил, чтобы не пропустить что-то новое от нас.
— Павел Тимофеевич, как вы думаете, кто бы мог поделиться с нами информацией о Живетьевых? — спросил я. — Меня интересуют экранируемые помещения, но прямо так в лоб спрашивать нельзя, как я понимаю.
— Правильно понимаешь, — кивнул Шелагин-старший. — Сразу появятся ненужные вопросы. О предательстве Трефилова кто нужно знает, поэтому вопросов, почему у нас самих этих данных нет, не появится. Другое дело, что я не могу гарантировать, что нам не подсунут фальшивку даже Беспаловы и Дорофеевы, которые официально выступают в нашу поддержку. Что уж говорить о, например, Прохоровых.
— Прохоровы, напротив, лицо заинтересованное, — напомнил я. — У них на вас планы, и пока эти планы есть, они вам палки в колеса пихать не будут. Потом можно сравнить информацию из разных источников и с той, что есть у нас.
— У нас совсем мало, — удрученно напомнил Греков. — Только начали набирать информацию, а из нее еще обманки надо удалять. Наша сама требует проверки. Планов зданий почти нет. Зато у нас есть наблюдатели.
— Они чего-нибудь нанаблюдали? — скептически спросил князь.
— Если бы что-то было, я бы вам первому сообщил, — ответил Греков. — Пока только отчеты обо всех шевелениях отправляют.
Шелагин-старший задумался и все-таки набрал Дорофеева.
— Александр Петрович, доброго вам здоровья.… Нет, у нас все штатно. Только небольшая проблемка вылезла.… Теоретически можете, а практически можете не захотеть. Вопрос щекотливый.… У нас была уничтожена информация по Живетьевым, а сейчас они фактически объявили нам войну. Ночью взяли их боевиков.… Нет, ради разнообразия не с бомбой, со смесью для создания отравляющего газа.… Нет, разумеется, на месте разобрались. Толку жаловаться императору, тем более что его уже нет, а наследнику не до этого.… Ах да, к чему я веду. Не могли бы ваши службы поделиться с нашими информацией. Всей, разумеется, — нужно думать, куда отправлять ответ.… А-ха-ха, чувство юмора вам всегда было свойственно.… Нет, этого не нужно, только дома и предприятия с планами.… Буду весьма признателен.
Шелагин попрощался, отключил телефон и сообщил:
— Дорофеев пообещал в течение часа подготовить выписки и прислать.
— Имперские службы, поди, все дома уже проверили, — скептически предположил Шелагин-младший.
  
— Они не идиоты, лезть на целительницу такого уровня без подстраховки, — не согласился Греков. — После того представления, что она устроила во дворце, они будут до последнего наблюдать со стороны.
— А потом сбросят сверху бомбу, — невозмутимо продолжил Шелагин-старший. — На сопутствующие потери имперским службам всегда было наплевать. Пока нигде взрывов не было, так что Живетьеву точно не нашли. Позвоню-ка я еще Прохорову, вдруг выгорит? Потом пойдем искать Беспалову.