Собиратель душ (СИ)
— Хорошо. Кто был в кубрике?
— Его соседи лежали в капсулах. Больше никого не было. Вы поручили мне провести расследование. Я первым делом отключил всем управляемые сновидения, но больше пятидесяти человек к моменту блокировки уже в них не находились. Из них почти половина покинула своим места в последние пять минут… Но я бы не исключал их из списка подозреваемых.
— В мое время тоже хватало трёх минут чтобы кого-нибудь отделать, — согласился ректор.
— Затем я подал команду всем загрузиться в капсулы, потому что такого количества свободных мест изоляции у меня не было, и занялся видеокамерами. Они работают в режиме захвата движения, дважды в течении ночи включались, в 00.47 и 3.29, но ничего не сняли. Электропитание не пропадало, ошибок не было.
Ректор кивнул:
— Дальше. Беседы проводил?
— Пока нет. Все, что я успел сделать — проверил статистику электронных замков. Все двери были заперты. Но вот двери комнаты Быкова открывались. В 5.34.
Ректор подался вперёд:
— Каким ключом?
— Неизвестно. Я скачал скрипт открытия. Он не принадлежит ни одному из наших ключей, — Таран положил на стол флешку.
Николай Борисович взял её и крутнул в пальцах. Хоть какая-то информация для того, чтобы успокоить старого друга у него появилась, и то хлеб:
— Что ещё?
— На флешке так же выгрузка всех данных по камерам, электронным замкам, картам, входам и входам в Барлиону, открытию капсул и дверей. Другие специалисты тоже могут провести анализ, без учёта моих выводов.
— Молодец, — тут дверь открылась, и появился Лебедянский. — О, Леонидыч, проходи. Свободен, капитан. Занимался основной работой.
Таран козырнул и вышел, а проректор сел в одно из кресел у длинного стола.
— Живой? — поинтересовался он.
— Живой, — поджал губы Дикий.
— Ходить-то будет?
— А как же… Слава и не таких откачивал.
- ***! — вырвалось у Лебедянского. — Он в Проекте?
— Да. Другого выхода не было, зачем нам тут прокуратура?
— Согласен. Он подписал стандартный договор?
— Пришлось кое-где подвинуться, — скривился Дикий. — А сейчас тут появится его будущий тесть, и придется подвинуться ещё. Ты мне лучше скажи: как так получилось?
— Что именно? Как он нашинковал двадцать пять балбесов вместе с куратором? Видимо, у него топовый персонаж в Барлионе. Плюс я давно этому оленю говорил, хватит подгонять всех под одну гребенку. То, что орки-воины простейший вариант для обучения и прокачки — ещё не значит, что надо заставлять всех поголовно курсантов удалять старых персонажей. Быков самым наглядным образом показал, как неподготовленный против стелс-персонажей рейд можно раскатать одному. Судя по всему, он даже не вспотел, когда их крошил.
— Увидел пулемет — не рвись в лобовую?
— Да. Не видишь противника и несешь потери — концентрируйся на защите… Они слишком долго перестраивались. Быков очень тонко прочувствовал момент, критичным было уничтожить всех жриц, ради этого он даже подставился, после того, как последний персонаж, способный вылечить Рваные раны и снять отравление вышел из боя, орки были обречены. Ну и ещё за него сыграла наша гонка с уровнями. По сути дела, мы загоняем персонажей на высокие уровни без необходимых навыков и денег. Экипировка, которой они пользуются… Мягко говоря, говно. Надо давать им больше золота за квесты. Или сетовые предметы. Или квесты на развитие производственных навыков, а сдаваемые шмотки — в казну для распределения на низкие уровни.
— Все так критично? Ничего подобного раньше не случалось.
— Ну… Год на год не приходится, знаешь ли. Не всякому хорошему игроку приходит в голову мысль вальнуть куратора и толпу сокурсников. Но я тебе прямо сейчас могу назвать несколько парней, которые могут это сделать. Причем половина из них в Барлиону первый раз попали уже у нас. А Быков, судя по всему, играет не первый год. Опять же по экипировке — парень несколько раз менял основное оружие и бижутерию, а так же пил эликсир. Ни в одну из наших программ подготовки не входит ни дублирование навыков союзных персонажей за счёт эликсиров и заклинаний, ни корректировка билда за счёт экипировки, заточенной на разные характеристики.
— Почему? — резко спросил Дикий.
— Нельзя обнять необъятное и впихнуть невпихуемое в один курс. Ты или поднимаешься уровни, или навыки. Или копишь деньги на второй-третий комплект экипировки, или тратишь их на новые, подходящие по уровню.
— Внеси необходимые корректировки в рекомендательную программу обучения. Я хочу видеть адаптированный курс для наших орков-воинов и жриц. В памятку для кураторов добавь пункт о том, что готовые персонажи курсантов не удаляются. И что ты там еще придумаешь.
— Понял, сделаю.
— Все, работаем, — кулак Дикого слегка стукнул по столу, и Лебедянский вышел.
Николай Борисович тут же забыл про него, изучая содержимое флешки. Таран неплохо поработал, генерал не зря поручил дело ему. Даже если что-то в базах данных и было, то навскидку не определялось. На какое-то время поиски виновных займут покровителя Быкова. А там уже все и забудется. Ни один из шифров «Немезиды» не был стабилен. И тут даже дело не в ПРОЦе дополненной реальности, а — Дикий все яснее сознавал это с каждым новым шифром — в самом отборе претендентов.
Шанс на возмездие только казался хорошей мотивацией. На самом деле те, кто получал второй шанс, постепенно сходили с ума от жажды мести.
— Почему все получается через жопу, а? — пробурчал Дикий сам себе. — Отголоски национальной черты?
«Анализ данных невозможен, недостаточно вводных», — тут же отреагировал ПРОЦ.
«Завались… лучше анализом данных по проникновению в комнату номер 44 займись», — отдал команду он.
«Анализ проведён, данных для определения лиц, совершивших проникновение, недостаточно».
«Кто бы сомневался…»
«Сарказм? Неуместен, данных недостаточно».
Дикий уже тысячу раз проклял себя за то, что поставил себе самый первый из Протокольных центров дополненной реальности. Тогда, двадцать лет назад, это казалось уместным и необходимым. Сейчас же ему приходилось мучаться с устаревшим оборудованием, недостатком мощностей и прочим геморроем.
Дверь кабинета без предупреждения распахнулась, и в ней появился Кирилл Валерьевич.
— Ты ах…ел, Дикий?! — с места в карьер начал он. — Это что за блядство?
На стол прилетел контракт с Быковым.
Николай Борисович тяжело вздохнул и полез в тумбочку за коньяком.
— Успокойся, Кирь… Других вариантов не было, нам пришлось уступить по пунктам взаимодействия с окружением, тем более, что шифр в кои-то веки не изолирован от общества и относительно здоров…
— Да я не про общение! Какого хера он под тобой? Это мой человек!
— Вот как? Я не знал, — ректор ИВИСБ щедро плеснул коричневой жидкости в стаканы.
— Теперь знаешь. Так что будь добр, подвинься, — он выдохнул, опрокинул коньяк в горло, прислушался к ощущениям и продолжил. — Я скину тебе его контракт с СБ, исправишь касающиеся нас пункты.
— И что мне за это будет? — поинтересовался Дикий. Коньяк чуток прогнал холод, сковавший его после утренних известий.
— Я поговорю с его матерью, — ответил Кирилл Валерьевич.
— Ладно… Уговорил… — ректор снова наполнил стаканы.
Глава 8. Охрана
Появившись в Барлионе, я хмуро посмотрел на стоящего рядом орка с ником Пучеглазый, поднявшего лапу в приветствии, и спросил:
— Ты кто?
— Дед в пальто! Твой куратор, конечно! А ты чего ожидал, что тебя кто-то одного отпустит? Знакомься! Олли — наша непревзойденная лекарка! — он махнул в сторону волшебницы, сидящей в траве. Она, судя по всему, занималась алхимическим сбором и даже не глянула на меня. — Жлобиньо — эксперт по выживанию в горах, — гном злобно зыркнул на орка и вернулся к плетению корзины из прутьев. — И Заноза, лучшая из известных мне экспроприаторов! — девушка-дроу появилась на мгновение, махнула мне рукой и снова исчезла.