Собиратель душ (СИ)
Кирилл Валерьевич даже прикинул, куда повезет парня пострелять… А тут такая подстава. Впрочем, на Быкова у него были большие планы, и далеко не все они были связаны с ИВИСБ.
— Слушаю, — бросил он в трубку. — Только коротко, время видел?
— Приезжай, с твоим бойцом ЧП, — сообщил ректор.
— Что там? Завалил кого-то в Барлионе?
— Нет!.. Ну, и это тоже, но ЧП не в этом. Подробности при личной встрече.
— Еду! К тебе? — он поднялся с кровати и успокаивающе положил руку на плечо зашевелившейся супруге. Та легла обратно.
— В ЦНИИ, — ответил ректор после короткой паузы.
У Кирилла Валерьевича давление подскочило сразу на пятнадцать пунктов.
— Коль, вы там что, совсем ебан…сь?! — прошептал он в трубку. — На день пацана вам оставил, а уже ЦНИИ…
— Не ссы… Приезжай, перетрем.
- *** свой перетри… — посоветовал он.
* * *Кирилл Валерьевич никогда не злоупотреблял служебным положением. Бронированный внедорожник, водитель, пара бойцов и ему этого хватало для перемещения по городу. Да и светиться особо нельзя не было, он по-прежнему опасался покушений.
На КПП его встретил сопровождающий, который сменил одного из телохранителей, и они домчались до НИИ уже через тридцать минут после звонка ректора.
Подполковник нервно жестикулировал, показывая дорогу, и старался не смотреть на генерала, из чего тот сделал вывод, что дело пахнет керосином. Может, ноги сломали пацану? Да не, скорее, челюсть. В принципе, вопрос решаемый и без его участия, но последнее время Быков стал упертым, как баран, а ректор наверняка хочет замять вопрос. Вот и подтянули сюда его, поспособствовать примирению, так сказать.
О том, что тут может быть как-то завязан Проект 517, он старался не думать, проблем с ним хватало и без Быкова. Но первым, кто встретил его в здании, был как раз руководитель проекта.
— Кирилл, не волнуйся, все в порядке! — подняв обе руки, заявил он.
— У тебя — может быть… Что с пацаном, Слав?
— Все уже в порядке, первые процедуры по восстановлению уже прошли.
— Что случилось? Какому восстановлению?
— Полному. Через пару месяцев будет как новенький! А насчет того, кто его так сломал — это к Дикому.
— Где он?
— Уехал с полчаса назад.
- ***! Сказал же, что ждет здесь!
— Видимо, появились дела. Пойдём, посмотришь историю болезни. Мы уже сделали трепанацию черепа и…
— Завались, — попросил Кирилл.
Мирков снова поднял руки и действительно замолчал, завел в свой кабинет и дал Кириллу Валерьевичу тоненькую папку.
Через десять минут, тщательно изучив содержимое, генерал откинулся в кресле и посмотрел на Миркова.
— Слава, вы совсем уже попутали, да? Какого хера не оповещен никто из представителей пацана? Ни я, ни мать?
Руководитель ЦНИИСБ отвел взгляд в сторону:
— Решал не я. Пацан согласился, когда ему описали перспективы без вхождения в проект.
— А перспективы вхождения в проект вы ему описали? Возможный конфликт с дополненной реальностью? Необходимость ежедневного техосмотра и поддерживающих процедур? Перспективы постепенной замены отказывающих органов и переход на полное протезирование тела? Вы ему объяснили, как СБ использует шифры проекта? Рассказали, что три из шести шифров нестабильны психически, несмотря на все предпринятые меры, а ещё один — в розыске?
— Кирилл, ты, когда продаешь машину, рассказываешь, сколько бордюров на ней снес и куда врезался?! — резонно ответил Мирков. — И не забывай, Ареса ты сам привел, и в розыск его тоже ты подал, я считал, что с ним надо договориться и продолжать сотрудничать. А «Гермес» — получил самые легкие повреждения из всех наших шифров. Я считаю, что нам удастся обойтись без сервоприводов. Ну… Шею разве что придется усилить. Смотри… — полковник уселся на любимого конька. — Вот здесь… Заменяем повреждённую ткань электронной начинкой с передачей нервных импульсов к верхним конечностям… Возможно, их тоже придется заменить… Хм… Не надо так смотреть на меня, я все понимаю, но иначе он не сможет двигать руками! Для защиты электроники сформирует броневоротник… Ну, я считаю, если уж что-то менять, то так, чтобы это было надежно! Он же прикроет и ПРОЦ дополненной реальности. Корректировки, на самом деле, минимальны!
- *** у тебя минимален, — ответил Кирилл Валерьевич. — Почему вы не дали мне с ним поговорить до того, как начали процедуры? Где контракт? Какого хрена вы уже присвоили ему шифр?!
— Контракт вот, — Мирков дал ещё одну папку. — Все решения принимал Коля, позвони, узнай.
Открыв контракт, отец Вики вчитался в него. Чувствовалось, что Быков совершенно не понимал, что подписывает. «Рабочий» раздел, где было указано количество операций и их сложность, порядок подчинения и отдыха, а так же остальные, важные для оперативника СБ пункты, были им поигнорированы, а всякая чушь, вроде общения с родными и нахождение в Барлионе — выкручены на максимум. Ну ещё бы, балбес не понимал, что случилось.
— Зачем звонить? Схожу, пообщаюсь…
Кирилл Валерьевич действительно пошел, проигнорировав автомобиль. Ему требовалось обдумать риски. Быков, в целом, был генералу симпатичен, хотя первое впечатление сложилось удручающим. Он надеялся, что чувства дочери, буквально летавшей весной, после знакомства, а потом все лето поминавшей парня через слово, быстро пройдут, но этого не случилось. Генерал обещал ей, что они скоро вернутся в Волгоград, но оперативная обстановка оставалась напряженной, и единственное, что можно было сделать для дочери, он организовал: помог с переводом в ИВИСБ. Там она могла видеться с Быковым хотя бы в Барлионе. Вика давно привыкла пользоваться малейшими послаблениями, которые он ей давал, и чуть ли не мгновенно рассказы про похождения в Игре стали единственным, о чем она звонила матери. Когда Нагибатор со своими сокланами перешёл дорогу Серым Сорокам, обкатывающими в Серых горах полученную от корпорации платформу для подготовки агентов, жена с дочкой чуть ли не насильно заставили его вмешаться — вначале через агентов, а потом он заинтересовался и сам: характеристика юноши, полученная после операции, слишком разнилась с его собственными впечатлениями о нём.
Быков действительно повзрослел, хоть и не вырос, но Кирилл Валерьевич слишком хорошо знал, что физическая сила не главное в человеке. Лучшие агенты СБ всегда опирались на ум, умение манипулировать людьми, харизму и бесстрашие. Да и, в конце-концов, Кольт уравнял людей ещё в позапрошлом веке, а усилие нажатия спускового крючка «Глок-78» всего полтора килограмма. Генерал хорошо знал, что из таких вот борцов за демократические идеалы вырастают самые лучшие агенты: по-хорошему наглые, изворотливые, неунывающие и нестандартные. СБ вело большую часть оперативников чуть ли не с детства, так что Быков вполне вписывался в общую тенденцию вербовки, хотя его желание закончить ИВИСБ могло и помешать: не для всех агентов окончание профильного университета было хорошей записью в личном деле.
С другой стороны, для дочери было бы лучше, если бы Быков закончил ИВИСБ и получил какую-нибудь не связанную с отцом работу. Более того, выбор пацана — факультет военного анализа говорил о том, что тот думал не столько о подвигах, сколько о спокойной карьере… И тут, на тебе… Перелом шейного отдела позвоночника и перелом свода черепа с множественными челюстно-лицевыми травмами. Кирилл Валерьевич старался не думать о том, что сделает с ушлепками, сотворившими это. Никуда они не денутся.
Вначале следовало забрать пацана себе. «Немезиде» и так принесли в жертву слишком много душ.
* * *Николай Борисович Дикий, вернувшись из ЦНИИ в кабинет, бросил секретарше:
— Лебедянского и Тарана ко мне! Срочно!
Первым явился, естественно, капитан.
— Докладывай по Быкову. Как идет расследование. Начинай с начала.
— Так точно! Когда я зашел, парень ещё дышал, но выглядел так, что вот-вот концы отдаст. Я проверил пульс, после чего вызвал реаниматологов и заблокировал двери.