Служба по расчету (СИ)

— Горим! Помогите!
— Башня! — сказал охранник и вскинул руку. — Глядите…
Из окна почти на самой вершине башни святого Олафа валил жирный черный дым. Кто-то высунулся в соседнее окно и отчаянно размахивал руками.
— Пожааар!
— Спасите!
Я бросил взгляд на своих сопровождающих. Старший сразу же принялся качать головой.
— Ваша светлость, вам нельзя…
— Тихо! — отрезал я. — Нужно помочь.
— Но…
— Никаких «но»! Это наш город и наши люди.
Игнорируя все попытки меня задержать, я бросился к башне, на ходу натягивая на себя плотную защиту и «Легкую походку». Охранники мгновенно отстали, и я влетел в двери башни.
Это был самый настоящий средневековый донжон с огромной винтовой лестницей. Возле входа уже собралась растерянная толпа. Кто-то звонил пожарным, другие срочно искали ведра, чтобы принести песок.
— Куда идешь⁈ — Какой-то рабочий попытался меня остановить, но моя рука выскользнула из его хватки. — Парень, ты с ума сошел?
Хех. Давно.
Проскользнув на лестницу, я принялся быстро подниматься. В воздухе висел запах дыма — но не обычного, какой бывают, когда топят печь или жгут костер. Горело что-то химическое, сильно вонючее.
— Мы застряли! — прокричали сверху. — Балка упала!
Я ускорился. Башню Олафа уже пару лет как реставрировали — обновляли каменную кладку, красили, ставили дополнительные деревянные настилы. Слава небесам, туристов пока что не пускали. Но сейчас в опасности были реставраторы.
Я взобрался почти на самый верх, когда дорогу мне перегородила стена огня. Действительно, загорелись какие-то ведра, затем пламя перекинулось на деревянные мостки, на которых работали люди. А затем один из них рухнул, отрезав людям путь к бегству.
— Все отойдите к стене! — Заорал я, перекрикивая гул пламени. Как назло, тяга здесь была хорошая — огонь получал кислород из окон-бойниц.
Первым делом я возвел пятиэлементный барьер между горящей балкой и несколькими людьми. Сейчас мне придется грубо тушить пламя, и рабочие могли пострадать. Связав все стихии эфиром, я создал высокую защитную стену и подвинул ее так, чтобы она чуть прижала людей к стене.
— Ой!
— Тихо вы! — выругался я. — Рты и носы закройте!
Мне и самому резало глаза от едкого дыма, а легкие наполнились ядовитыми испарениями. Пришлось сжечь немного эфира, чтобы заставить тело немного очиститься. Но и для меня это не было панацеей, так что работать следовало быстро.
Лучше всего огонь тушила связка земли и воды. Задача — перекрыть пламени кислород. Внизу, да и по углам лестницы, было полно песка и каменной крошки. Я использовал их в заклинании и создал вихрь мокрого песка, который обрушил на горящую балку. Все зашипело, зашкварчало. Пошел дым — но на этот раз не такой отвратительно вонючий.
Один из реставраторов увидел, что я почти потушил балку, и дернулся было к ступенькам.
— Куда, блин! — рявкнул я и жестом двинул по нему барьером. Паникер вскрикнул и отскочил от защиты, как от желе. — Всем стоять на месте! Я работаю.
Потушив балку, я принялся за охваченные огнем леса. Хорошо, что беда настигла реставраторов, когда те оказались на металлической площадке, а не на деревянных помостах. Правда, металл нагрелся, и даже я чувствовал жар под ногами.
Собрав еще стихий земли и воды, я обрушил следующее заклинание на леса. Там полыхало по полной программе — горели какие-то ведра, и именно от них смердело химикатами. Вероятно, растворитель или краска.
— Осторожно! — крикнула какая-то девушка.
И вовремя — я почти инстинктивно увернулся, когда обугленная балка рухнула у меня за спиной и рассыпалась на сотню раскаленных головешек. Я отразил их силовым щитом, а затем тут же направил новое заклинание, которое потушило опасные искры.
Сбив основной огонь, я принялся один за другим локализовывать отдельные очаги — теперь уже водичкой. Простые «Волна» и «Водяной вихрь» омыли шипевшие угли, и пожар наконец-то был потушен.
Я схватился руками за перила и поднял ветер, чтобы очистить помещение от дыма. Через полминуты дышать стало гораздо легче.
  
И лишь затем я деактивировал защитный барьер.
— Добрый день, — улыбнулся я и приветливо помахал насмерть испуганным рабочим. — Как самочувствие?
Двое зашлись в тяжелом кашле, еще двое подбежали к пострадавшим. Я тоже подошел к ним, чтобы проверить течение эфира и, если что, немного подлечить.
— Кто вы? — откашлявшись, годившийся мне в отцы рабочий поднял на меня еще слегка мутные глаза.
Сползшая по стене женщина слабо пнула его в бок.
— Это князь Николаев.
— Светлейший князь Николаев, — улыбнулся и протянул руку женщине. — Позвольте помочь вам подняться.
Пришлось снова воспользоваться силой и убрать с дороги потухшую балку, что мешала нам нормально выбраться. Лестница была свободна, и мы принялись спускаться по казавшейся бесконечной винтовой лестнице.
— Не знаю, как вас благодарить…
— Простого «спасибо» будет достаточно, — отозвался я, взяв женщину под руку. Мужчину приобняли двое работяг помоложе и помогали ему передвигать ноги. — Сейчас выйдем на улицу, и я вас как следует осмотрю. Что у вас там такое горело?
— Растворитель… — хрипло отозвалась женщина. — Лень стало спускаться на перекур, а, Валера? Чуть нас не сжег заживо, башка ты тупорылая!
— Тише, господа! — Примирительно сказал я, хотя в глубине души был согласен с разъяренной дамой. Ну кто вообще мог додуматься дымить рядом с горючими материалами? Всякая техника безопасности на любом производстве пишется кровью! Тем более так глупо — окурок…
Мы наконец-то спустились. Внизу нас уже дожидались другие рабочие. Я тут же передал спасенных в их руки, а сам, вывалившись во двор, плюхнулся на задницу прямо на бортик какой-то клумбы.
— Живые!
— Спасли!
— Так что случилось-то?
Я хотел было потереть глаза, но заметил, что мои ладони были вымазаны сажей. Пришлось сначала вытереть их о траву.
— Салфетка, если вам угодно, — прозвучало сверху.
Я поднял глаза и увидел девушку в рабочем комбинезоне. Явно тоже из реставраторов, но ее не было на месте пожара. Вероятно, другая смена. Или вовремя вышла на обед.
— Благодарю, сударыня, — устало отозвался я и, взяв парочку влажных салфеток, принялся чистить пальцы.
— Это вас нужно благодарить, ваше… сиятельство?
— Светлость. Николаев. Алексей Иоаннович.
Мои охранники уже снова надвигались на меня, и на этот раз их физиономии не предвещали ничего хорошего. Я прекрасно мог их понять — иметь дело с таким самодуром, как я, это надо требовать оплату по двойному тарифу. За вредность. Я, конечно, только что здорово их подставил. Зато людям помог. И башня не так уж и пострадала. По крайней мере, леса можно быстро выстроить заново, да стены заново побелить. Вот и вся работа.
— Спасибо за помощь, ваша светлость! — Девушка явно застеснялась и юркнула в толпу остальных рабочих. Со стороны моста уже выли сирены пожарного автомобиля, и ему вторили вопли кареты скорой помощи.
— Ваша светлость, вы в порядке? — спросил охранник.
— Да что мне сделается-то? — отозвался я и поднялся на ноги. — Не восковой, не расплавился. Поехали домой, господа. Но сначала — в книжный.
* * * 
— Алексей, прошу прощения за мой русский язык, но… КАКОГО, ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ, ЧЕРТА?!!!
Виктор бушевал за закрытыми дверями отцовского кабинета, но отголоски этой бури были слышны даже в самых дальних уголках господского дома.
Я устало развалился в кресле напротив письменного стола, пока брат скакал по комнате, осыпая меня обвинениями. Зрелище то еще, но Виктора я тоже прекрасно понимал.
— Без разрешения отправился в город, нарушив прямой запрет! Угнал катер!
— Не угнал, а одолжил, — поправил я. — И, прошу заметить, вернул в целости.
— Чуть не сгорел в пожаре!!!
Я поднял глаза на брата.
— Витя, молю тебя, прекрати бегать по комнате и сядь смирно. У меня от твоего мельтешения перед глазами тошнота сильнее, чем от того едкого дыма.