Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ)

— Учти, сегодня зачёт, — предупредила Аки, когда мы рассаживались по местам. Я вяло пожал плечами и бросил взгляд на места в правой части аудитории, где раньше сидел рядом со своими друзьями. Но сейчас я меньше всего хотел видеть кого-то из них. Катька… блин, очень не хотелось верить в то, что она пошла на это добровольно, за деньги. Но все указывало именно на такое положение дел…
  
ТГП обычно сдавали по тому же принципу что и экзамены — тянешь билет, на котором присутствует два основных вопроса и вспомогательный…
Когда я прочитал свое задание то довольно улыбнулся. Ответ на первый вопрос я знал наверняка, второй поддавался воспоминанию, а вот третий… там требовалось указать точную дату перехода формы правления в российской империи, и смены правящей династии, а также описать причины, способствовавшие этой смене. Его я скорей всего завалю…
Препод — старый усатый дядька, слегка сгорбленный и картавящий — славился своей нетерпимостью к неточностям и расплывчатым ответам. Однако, как это ни странно — мои ответы он принял вполне благосклонно, покивал и расписавшись в зачётке вернул ее. Следом за мной, буквально через пять минут вышла Аки, а еще через десять — Китсу. Мы были первыми. Тихо улыбнулись друг другу, и переглянулись, словно заговорщики. Времени до следующей пары было более чем достаточно, и Китсу предложила лёгкий перекус в парке, где они всегда располагаются на перерывах.
— Сегодня еду на всех приготовила я, потому что кое-кто шляется по ночам, вместо того, чтобы охранять свою госпожу, и готовить для нас — тихонько и с небольшой ноткой упрека проинформировала сереброволоска, краем глаза косясь на Аки, которая надулась от злости, и вздернула носик, глядя куда-то в сторону и делая вид, что ее это не касается. Но потом неохотно вставила:
— Я элитная хранительница, защитница, дочь клана Юй, а не какая-то повариха. Я всегда делала это для тебя, Китсу, но… мне это не очень нравилось.
Лицо Китсу вытянулось, и Аки смущенно потупилась.
— Прости, я не хотела тебя обидеть, но это правда.
— А мне нравится делать что-то своими руками… особенно для вас обоих, — припечатала ее своим медовым голосом госпожа, и Аки цыкнула, тут же умолкнув.
Мы расположились в парке на газоне, и Китсу начала выкладывать сложенные бэнто и термосы с пробивной витаминной гадостью, при виде которой я непроизвольно скривился, что не ускользнуло от Аки. Рыжая понимающе ухмыльнулась и подмигнула, облизнув нижнюю губу.
— Очень смешно, — одними губами прошептал я, опасаясь, чтобы Китсу не услышала, а Аки у нее за спиной послала мне воздушный поцелуй, и подарила улыбку-ехидный оскал.
— Вредосина, — буркнул я.
— А? Что?
— Кто? Я⁈
Девушки произнесли это одновременно, посмотрели друг на дружку и потом вместе на меня.
— Акакитцу — противная вредосина, — уточнил я.
— Почему? — не поняла Китсу.
— Что? Противная? Я? — вспенилась рыжая. Впрочем — именно такой реакции я и ожидал. — Ты слепой или тупой баклан? Посмотри на меня! Внимательно! Я красивая, умная, сильная, верная… самая лучшая! И что такое Вре-до- цина? Я не знаю такого слова…
— Ну, это… — я задумался. Вот как объяснить иностранке уменьшительно ласкательные или наоборот утрированно гипертрофирующие окончания?
— Что такое вредная ты знаешь?
— Ну да, — Аки задумавшись кивнула. — Например яд — вредный. Или много спиртное — тоже вредно…
— Ну хорошо… а вредина — знакомое слово?
— Знакомое, только оно тут причем? Вредина — это маленькая капризная девчонка, которая делает все назло, всем грубит, скандалит, дерется…
Она вдруг замолчала, и подозрительно сузила глаза, потому что Китсу украдкой на нее глянула и прыснула в кулачок.
— Довольно точное определение, — я изо всех сил старался не улыбаться,напустив на себя серьезности. — Так вот, а вредосина — это та же самая вредина, только ко всему перечисленному еще противнее, капризнее, и… злопакостнее. Как… — я пощелкал пальцем, раздумывая над понятным примером. — Например, как серая подвальная крыса, которая залезла в твой гардероб и погрызла твое самое любимое платье…
Лицо Аки пошло красными пятнами, и заткнулся, в какой-то краткий миг поняв, что переборщил. В миг ее глаза превратились в две тонкие щелочки, светящиеся красным золотом, и это не смотря на то, что сейчас день и светло. Китсу, уже не сдерживалась и хохотала вовсю, вытирая проступавшие слезы. Из ушей нашей рыжей вредины словно дым повалил.
— По-твоему, я такая же мерзкая как эта крыса? — как-то тихо прошептала она. Мне показалось — как-то обреченно или обижено. И я осознал, что девушка в крайней степени бешенства. — Я. Тебя. Убью, — как-то спокойно произнесла девушка, но вместо того, чтобы кинуться на меня, как обычно — расставила руки и пошла на меня медленно, скрючив пальцы правой руки в слишком знакомом жесте.
Упс. Похоже она не на шутку рассердилась, и мне даже стало немного страшно. На мгновение.
— Э-э, Аки… стой! Я не это имел в виду! Я не так выразился! Прости! Пожалуйста!
Но рыжая словно меня не слышала, только как-то шизануто оскалилась, показав мне небольшие клыки, чем-то схожие с вампирскими, и продолжила сокращать расстояние.
— Блин, Ярик, перебор! — вдруг опомнилась Китсу, и поднялась на ноги. — Нельзя так! Она же сейчас… превратится…
ЧЕГО⁈ В смысле она превратится? в…
Сереброволоска не дослушав решительно встала, между нами, взяв Аки за руки и сдерживая, что-то заговорила на японском, но та словно не слышала, продолжая сверлить меня убийственным взглядом.
— Аки, это шутка, он так не думает! Прекрати!
Рыжая тихо рычала, несколько раз рванувшись из хватки Китсу.
«Дурачок, — неожиданно прошептала в ухо Малисса. — Между прочим, ты ее сильно обидел… и обидел незаслуженно. А она ради тебя в тот день… очень дорого заплатила за тот удар, которым тебя спасла. Дурак ты, Ярик. Извиняйся. Срочно…»
' Ого! Мне показалось, или ты сейчас заступилась за кого-то? Ты точно тот злой демон, которого я помню? Стоп… что значит заплатила? Заплатила кому? И чем? Малисса⁈'
Ответа не последовало, а рыжая вновь попыталась освободиться из хватки Китсу. И при этом была уже в паре шагов, а ногти на ее правой руке начали удлинняться. Черт. Китсу ее сдержит конечно, но… я краем сознания вдруг понял, что из этой ситуации нужно выйти самому. Так будет… правильно.
— Китсу, отпусти ее, — попросил я. — Все будет хорошо. Доверься мне.
— Ярик! Ты не понимаешь! Она себя почти не контролирует! А если она…
— Отойди. Пожалуйста.
Серебристая бросила на меня пронзительный взгляд, но я сделал покер фейс, изображая из себя саму серьезность. Она пожала плечами и осторожно отпустила, а Аки и сделала шаг вправо, обходя ее.
Делаю вздох, прикрываю глаза и ожидаю плюхи по лицу или еще куда.
— Я тебя сейчас… — тихо зарычала эта маленькая гарпия, и я опасливо приоткрыл глаза.
— Давай, — спокойно бросил я, взял ее за руку и положил себе на горло. — Только ответь вот на что. Ты меня защищала, рискуя жизнью. Приняла меня как ученика, готова тренировать. Раскрыла мне свою природу. Дежурила рядом, практически никуда не отходила, пока я был ранен и без сознания. И теперь после этого — ты мне очень дорога, и если возникнет ситуация — я тоже рискну ради тебя жизнью. А вот что это значит для тебя — понятия не имею. Наверное ничто, если из-за шутливо брошенной безобидной фразы ты готова меня убить. Если вся наша дружба стоит одной моей неудачной шутки — лучше покончить с ней и раз и навсегда поставить в этом точку. Валяй! Я отдам тебе долг, и больше тебя не побеспокою. Пойду умалять Танаку меня тренировать…
  
Злющие глазищи никуда не делись, но руку она опустила. Закусила щеку, отвернулась, и на ее личике на мгновение проступила нешуточная борьба. Интересно, а что если попробовать… быстро, пока не успел толком все обдумать, делаю шаг навстречу и кладу руку ей на плечо. Вздрогнула, но стерпела, руку не отбросила. Приближаюсь, наклоняюсь к ее ушку.