Звезда гигантов

– Ее не существует… У землян нет никакой ударной силы. И никогда не было. ВИЗАР внедрил эту информацию в ЙЕВЕКС через «Шапирон». Это одна большая мистификация. Все это время мы имели дело с одним лишь «Шапироном».
Сверху над ними склонился капитан.
– Ваше превосходительство, нам нужно… – Он умолк, заметив, что Брогулио его не слушает, секунду помедлил, а затем отвернулся и крикнул кому-то позади него. – Заблокировать передние компенсаторы. Подключить экстренное ускорение и дать обратный ход на полной мощности. Рассчитать функцию уклонения и немедленно приступить к выполнению.
  
– Что? Что ты сказал? – Брогулио повернулся к полукругу съежившихся от страха фигур. – Хотите сказать, что земляне всех вас одурачили?
Сверху раздался монотонный синтетический голос компьютера.
– Результат отрицательный. Результат отрицательный. Ни одна из мер не достигла цели. Корабль ускоряется по необратимому градиенту. Коррекция курса невозможна. Повторяю: коррекция курса невозможна.
Но Брогулио этого уже не слышал, а корабль тем временем несся в надвигавшуюся на них узловатую мешанину пространства-времени.
– Вы имбецилы! – выпалил он. А затем воздел кулаки над головой и закричал бесконтрольно трясущимся голосом: – Имбецилы! ИМБЕЦИЛЫ! Вы все ИМ-БЕ-ЦИЛЫ!!
– Боже правый, они летят прямо туда! – с ужасом ахнул Хант с экрана на командной палубе «Шапирона».
На главном дисплее выводилось изображение, которое зонд, упрямо следовавший за йевленскими кораблями, передавал с расстояния в триста тысяч километров. Наблюдатели умолкли и от шока не могли произнести ни слова.
– Что происходит? – спросил стоявший в центре Исиан.
– Из-за несогласованности в спектрах двух пучков образовались побочные гармоники, которые, в свою очередь, привели к формированию осциллирующей нестабильности с положительной обратной связью, – ответил ВИЗАР. – Свойства образовавшегося пространства-времени не поддаются анализу.
На другом экране Калазар, с разинутым от ужаса ртом, протестующе качал головой.
– Я этого не планировал, – сдавленным голосом произнес он. – Почему они не поменяли курс? Я просто хотел заблокировать их портал.
– ЗОРАК, останови главный двигатель и приступи к торможению, – отрывистым и безэмоциональным голосом приказал Гарут. – Сразу после нашей реинтеграции покажи результаты оптического сканирования.
Теперь турбулентная мешанина из света и тьмы заполнила собой весь главный экран. Пять точек перед ним уменьшились в размере… а затем и вовсе утонули в наступившем хаосе. Судя по всему, возмущение быстро увеличилось в размерах, поскольку зонд исчез в нем вслед за кораблями, а затем поле напряжений «Шапирона» рассеялось, и картинка резко поменялась, так как ЗОРАК переключился на изображения системы дальнего сканирования самого корабля.
– Нестабильность разрушается, – сообщил ВИЗАР. – Резонансы вырождаются в турбулентные вихри. Если там и есть туннель, то сейчас он схлопывается.
Картинка на экране рассыпалась на крутящиеся вихри света, которые быстро втянулись внутрь, уменьшаясь в размере. Их свечение становилось все более тусклым и красноватым. Вскоре они померкли, а затем и вовсе сошли на нет. Оставшаяся на их месте область звездного поля в течение нескольких секунд мерцала, указывая место гравитационного возмущения, а затем все пришло в норму, будто ничего и не было.
Долгое время на командной палубе стояла абсолютная тишина и никто не смел шевельнуться. С экранов, показывавших Землю и Туриен, взирали мрачные лица.
Затем ВИЗАР заговорил снова. В его голосе слышались отчетливые нотки скепсиса.
– У меня есть дополнение к предыдущему отчету. Не спрашивайте меня как, но похоже, что йевленцы прошли сквозь аномалию. Когда туннель схлопнулся после входа зонда, аппарат продолжал вести передачу и, судя по последнему сигналу, вышел в обычное пространство.
Пока все присутствующие на командной палубе пребывали в явном удивлении, картинка на главном экране переключилась на последние кадры, которые успел передать зонд. Судя по изображению, неровная формация из пяти йевленских кораблей находилась в самом обыкновенном космосе, усеянном не менее обыкновенными звездами. В одном из верхних углов виднелась точка покрупнее – вполне вероятно, планета. В этот момент картинка замерла.
– Здесь передача прекратилась, – сообщил ВИЗАР.
– Им удалось выжить? – запинаясь, спросил Исиан. – Где их корабли? Куда они попали?
– Не знаю, – ответил ВИЗАР. – Скорее всего, их целью был Уттан, но произойти могло все что угодно. В данный момент я пытаюсь соотнести вид звездного неба и проекции с Уттана, но на это может уйти некоторое время.
– Ждать слишком рискованно, – заявил Калазар. – Уттан, возможно, укреплен, но мне все равно придется отправить туда резервные корабли с Гиги, чтобы отрезать путь Брогулио прежде, чем он доберется до планеты. – Он выждал несколько секунд, но возражений не последовало. – ВИЗАР, – обратился он, и в его голосе послышались тяжелые нотки, – соедини меня с командиром резервной эскадрильи.
– Нам здесь делать больше нечего, – заключил Гарут. Его голос стал очень тихим и спокойным. – ЗОРАК, верни корабль на Йевлен. Мы дождемся там прибытия туриенцев.
Пока «Шапирон» разворачивался, чтобы взять обратный курс, за пределами планетной системы Гиги ненадолго открылась группа тороидов, и эскадрилья резервных туриенских кораблей переместилась в гиперпространство, а затем появилась снова, но уже вблизи системы Уттана. Система дальнего слежения йевленцев засекла объекты, которые неслись к планете со скоростью немногим меньше скорости света. Командующий силами Уттана решил, что земляне направили к ним часть своей ударной мощи, и уже в течение нескольких минут по всем экстренным частотам транслировались лихорадочные сообщения о безоговорочной капитуляции. Через несколько часов туриенцы прибыли на Уттан и захватили планету, не встретив никакого сопротивления.
Такого исхода они явно не ожидали. Но еще большим сюрпризом стала причина, ведь корабли Брогулио в итоге не появились ни на самом Уттане, ни в его окрестностях. Когда те покинули околопланетное пространство Йевлена, власти Уттана потеряли с кораблями связь и нигде не могли их найти. Лишившись своих лидеров, защитники Уттана предпочли капитулировать без боя.
Так куда же подевались пять йевленских кораблей? ВИЗАР сообщил, что они не появились ни в одной из подконтрольных ему областей космоса. Когда он спроецировал мини-порталы к нескольким десяткам планет, ранее находившихся под контролем ЙЕВЕКСа, и отправил туда поисковые зонды, вооруженные до зубов датчиками и измерительными приборами, кораблей не оказалось и там. Похоже, что не было их и ни в одной из известных частей космоса.
На Уттане туриенцы, однако же, нашли кое-что другое – нечто, что их одновременно потрясло и озадачило. В космосе парили вереницы гигантских инженерных сооружений на разных этапах строительства. Все они имели вид квадратного каркаса шириной восемьсот километров, в центре которого на двух диагональных опорах располагалась трехсоткилометровая сфера.
  
Глава 39
 
Я не понимаю, – произнес Калазар, глядя в иллюминатор на одном из туриенских кораблей, паривших неподалеку от Уттана. – Это полномасштабная версия квадрифлексоров, в точном соответствии с нашей моделью. Йевленцы строили их сотнями.
– Даже не знаю, – качая головой, добавила Шаум, которая стояла рядом с ним. – Бред какой-то.
Хеллер, Колдуэлл и Данчеккер переглянулись.
– Что такое квадрифлексор? – спросил Колдуэлл. Калазар вздохнул. Увиливать было бессмысленно.
  
– Это устройства, при помощи которых мы собирались изолировать Солнечную систему, – объяснил он. – Их нужно было расположить на достаточном удалении за орбитой Плутона в точках, образующих квазисферическую поверхность вокруг Солнца и планет. При помощи гиперполей каждый квадрифлексор соединялся с четырьмя соседними, в совокупности образуя на границе сферы деформацию пространства-времени, градиент которой исключал саму возможность выйти за ее пределы.