Свидание в лифте (СИ)

— Ага! Давай его в жопу теперь за это поцелуем! Извинился он… — ворчала фоном Катя. — Не вертись, я тебе нос заткну!
— Ты как? Нормально? — спросила я Руслана. — Может, скорую?
— Нормально, Юль. Нормально, — с улыбкой в голосе ответил он.
— Дай-ка, мне тогда свою медсестричку.
— Сейчас.
— Да?! — рявкнула в трубку подруга.
— Значит, слушай сюда, подруга, — отчеканила я строго и ударила кончиком ручки по поверхности своего рабочего стола. — Лёше не пятнадцать, а двадцать пять. Он давно уже не пацан. Договорились? — в ответ Катя лишь сопела в трубку. — Договорились? — вопросила я повторно, но уже с нажимом.
— Договорились, — буркнула она, наконец, недовольно.
— Во-вторых, я предупреждала, что однажды ты доиграешься? Предупреждала, — ответила я за неё. — Так что обижаться тебе надо не на меня. И, в-третьих, мать вашу, трахайтесь в своей квартире. Или на парковке, островах, загородных домах… Да где хотите! Только не в моей квартире. Это вам не примирительный траходром. Я там с дочкой живу.
Я выговорилась. Стало легче.
Катя долго пыхтела в трубку и молчала, а затем, наконец, с притворным спокойствием ответила:
— Это всё?
— Тебе добавка нужна? Выйди замуж и роди. Как подруга тебе советую. Сразу меньше времени на беготню волосами назад останется. И приберитесь там после себя.
— Я тебя услышала. А сейчас, извини, но мне нужно для начала залатать дырки во рту своего будущего мужа. Твой… Лёша постарался.
— Будущего кого? — услышала я ошарашенный голос Руслана за секунду до того, как подруга бросила трубку.
Весь оставшийся рабочий день прошёл в напряжении. Я сотни раз порывалась позвонить или написать Лёше, но каждый раз одёргивала себя, ожидая, когда Лёша сделает это сам.
Но в телефоне была тишина, а у меня крепло понимание того, что нам двоим нужно будет сегодня серьёзно поговорить. Поэтому, делая вид, что не замечаю ухмылочек мамы и хмурого лица папы, я оставила им Варю на всю ночь.
Было бы неплохо оставить её у родителей и уехать заниматься всю ночь сексом, но имеющиеся у меня месячные ясно давали понять, что это будет ночь серьёзных разговоров.
Хотя, если Лёша окажется импульсивен и со мной, то разговор не продлится и минуты. Наверняка, он сбежит, хлопнув дверью или уехав с парковки.
Вечером, переодевшись из рабочего в домашнее, я поднялась к Лёше. Позвонила в звонок и долго смотрела в глазок, ожидая, когда он уже откроет.
Я четко чувствовала, что он за дверью и отлично меня видит.
Не сразу, но Лёша открыл. И с таким виноватым выражением лица, что все заготовленные мной злые речи улетучились к чертовой матери.
— Я не знал, что там трахаются твои друзья, — сказал он вместо приветствия и с опаской заглянул мне в глаза, так как я внешне всё ещё изображала злющую суку. — Думал…
— Думал?! — выронила я сухо и повела бровью, держа руки скрещенными под грудью.
— Думал… — Лёша бросил взгляд на мою грудь. — Думал, ты там с кем-то…
— А начавшиеся вчера у меня месячные тебя не смущают?
— Подумал, что ты спиздела, чтобы я отстал.
Я шумно вздохнула, прикрыв на секунду глаза.
— Ну, а какого хрена они там на весь подъезд стонали? — взмахнул Лёша руками.
— А ты по этому стону не мог понять, что это не я? Или, например, посмотреть, что моей машины внизу нет? И куда я, по-твоему, Варю дела?
— У меня не было времени на анализ, — хмуро бросил Лёша.
— Угу. Конечно, не было. Ты сразу пошёл в рукопашную.
— Я извинился.
— Я в курсе. Это всё?
— Я кровать собрал, — буркнул он, а у самого в глазах загорелись искорки, и взгляд снова упал мне в декольте.
— Даже не надейся.
— Я чуть-чуть. С краю. Месячные меня даже не заметят.
Я не выдержала и улыбнулась, а затем и вовсе рассмеялась.
Лёша, кажется, с облегчением выдохнул, сделал шаг из квартиры и, обняв меня за талию, приподнял над полом и внёс в свою квартиру.
— Я тяжелая, — попыталась воспротивиться я, надеясь на то, что Лёша поставит меня на пол в прихожей после того, как закроет дверь.
Но он продолжал удерживать меня на весу, обнимая за талию обеими руками, а затем и вовсе, уткнулся в сгиб моей шеи и шумно вдохнул.
  
Я перестала болтаться в его руках, как тряпичная кукла. Обняла голову парня обеими руками и обхватила ногами торс.
— Балбес ты мой, — выронила я тихо, поглаживая его колючий затылок. Прильнула щекой к его виску и прикрыла глаза, наслаждаясь тем, как Лёша слегка покачивал меня и размеренно дышал, согревая плечо. — Что ещё сегодня натворил? Рассказывай.
Кожей почувствовала его улыбку.
Лёша мягко отстранился, блаженно заглянул мне в глаза и опустил взгляд на губы. Без слов припал нежным поцелуем. Ещё и ещё. Пуская мурашки по телу и цветные звезды в закрытых глазах.
Его ладони опустились на мой зад и с чувством сжали ягодицы. Поцелуй стал глубже и жарче, и я с удовольствием поддалась ему, но быстро опомнилась.
— Месячные, — шепнула я, и Лёша в ту же секунду рыкнул недовольным котиком.
— А я думал, мириться будем.
— Так, вроде, помирились. Не? Или я тебя не простила? — протянула я нарочито строго.
— А я и не виноват ни в чём, — посмотрел на меня чистыми голубыми глазами. Ну, ангел просто. — Пойдём, чё покажу.
Лёша поставил меня на пол и, взяв за руку, повёл за собой в комнату, дверь в которую до этого дня у него была заставлена коробками. Коробки, конечно, никуда не делись, но, кажется, их стало гораздо меньше.
Я вошла в комнату вслед за Лёшей и сразу почувствовала запах новой мебели. В центре помещения стояла огромная кровать с матрасом, плёнка от которого валялась рядом на полу. Тумбочки и шкаф, к которому Лёша подвёл меня, демонстрируя как чётко всё открывается и закрывается.
— Я сделал, — улыбался он довольный собой.
— Надоело спать на диване?
— Ну-у… ты сказала, что не дашь мне больше на узком диване без постельного. И вот… — кивнул он в сторону постели.
— Матрас ортопедический?
— Самый ортопиздический. Ортопизже не бывает. Даже я кайфанул, пока лежал на нём.
— Удивляешь, Лёш.
— О, сейчас! — он вдруг вышел из комнаты и вернулся через пару секунд, неся в руках большую коробку с кучей постельного. Поставил её передо мной на кровать и щедро предложил. — Выбирай, на каком драть меня после месячных будешь.
— Прям драть? — усмехнулась я и склонилась к коробке.
— Точно, — кашлянул он. — С такими шутками с тобой нужно быть поаккуратнее. Ты же реально и выдрать меня сможешь.
Я склонилась к коробке с постельным, понимая, что и здесь отразилась Лёшина индивидуальность. Нет ни одного модного нынче монотонного комплекта. Всё с рисунками и очень яркое. Капибары, корги с их пушистыми жопками, арбузы, котики…
— Почему у тебя носки, трусы и постельное всегда с приколом?
— Потому что эти три элемента моего гардероба я выбираю только для себя. Чисто, что по кайфу. Нравится? — кивнул он на комплекты, что я держала в руках.
— Конечно. Варя так, вообще, была бы в восторге. Особенно от этих котят.
— Кстати, — Лёша щёлкнул пальцами и снова вышел из комнаты. Вернулся, неся в руках розовый пушистый рулон, который протянул мне.
— Что это? — я непонимающе взяла его в руки и покрутила.
— Это плед. Новый. Варе. Я не утверждаю, что твои друзья трахались на её пледе, но твоя подружка заворачивала в него сиськи. Короче, я купил точно такой же, а тот выброси. Просто, я знаю, что Варя любит смотреть мультики, завернувшись именно в этот плед. Ну, и меня ещё иногда в него заворачивала… — добавил он с тоскливой улыбкой.
Между нами повисло неловкое молчание, в котором Лёша отвел взгляд в сторону и начал перебирать постельное, которое, наверняка сто раз видел. Я прижала плед к груди и долго смотрела на Лёшу, который всеми силами пытался изображать отстраненность к тому, что сделал и сказал.
— Скучаешь по ней? — спросила я тихо.
— По кому? — нахмурился он, тут же посмотрев мне в глаза. — По твоей подружке? Пошла она в жопу! Истеричка, — чертыхнулся он нервно.