Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления

Патерсон поднял трубку, набрал указанный номер и объяснил свою проблему женщине, взявшей трубку. Она посоветовала ему обратиться в Налоговый департамент. Когда он спросил, как туда пройти, женщина сказала, чтобы он обернулся.
— Видите табличку с надписью?
— Благодарю вас.
Дверь Налогового департамента была в конце фойе, не далее чем в тридцати футах от него.
Департамент занимал большую комнату. Патерсон задержался в дверях, пытаясь понять, к кому обратиться, а затем направился к ближайшему из двух окошек. За окном сидела женщина. Когда он подошел, женщина подняла голову и улыбнулась.
  
— Чем могу быть вам полезна?
Патерсон в общих чертах объяснил, что он хотел бы узнать. Женщина указала в другой конец комнаты тонким золотым карандашиком.
— Видите нашу сотрудницу в белом платье?
Патерсон кивнул.
— Это миссис Норквист. Она может помочь вам.
— Благодарю вас.
У миссис Норквист были большие красивые очки с красноватыми линзами и зеленые пластиковые серьги в виде бумеранга. Вскоре выяснилось, что его просьба не была такой уж необычной. Она провела его к столу, стоящему посередине комнаты. На столе лежали две большие книги с перечнем улиц и адресами.
— Инструкция на обороте обложки.
Патерсон отодвинул стул.
— Я хочу найти Драммонд–Драйв.
— Следуйте инструкции и не ошибетесь. — Она ободряюще улыбнулась, блестя стеклами очков.
Патерсон отыскал в перечне улиц Драммонд–Драйв. Там значилось тридцать шесть адресов, каждому из которых соответствовал одиннадцатизначный координационный номер.
Он выбрал из них те девять адресов, которые выписал из городского справочника. Каждый адрес имел свой одиннадцатизначный координационный номер. По этому номеру можно было отыскать микрофильм с необходимыми данными. Патерсон подошел к прибору для чтения микрофильмов и начал их просматривать в том порядке, в котором выписал адреса.
Первое владение принадлежало человеку по имени Джейсон Уильяме и оценивалось для взимания налогов в один миллион сорок тысяч долларов. Похоже, Гэри Силк живет в приличном окружении, подумал он. Патерсон перешел к следующему номеру. Это было владение за номером 4644 по Драммонд–Драйв, принадлежащее Генриетте Портер и оцениваемое немногим более полумиллиона.
Патерсон прошел уже восемь адресов, а имени Гэри Силка все еще не попадалось.
Девятое и последнее владение, 1715 по Драммонд–Драйв, принадлежало компании «Мади инвестмент корпорейшн», 4411–1900 Вест–Хастингс. Над адресом на микрофильме стояла пометка «Bulk mail» [3].
Патерсон обратился к миссис Норквист, и та объяснила: пометка означает, что компания платит налоги с пяти или шести владений в городе и вся документация, связанная с налогами, должна адресоваться на Хастингс–стрит. Он вернулся к прибору для чтения микрофильмов и выключил его. На память пришел эпизод из детства.
Родители каждое лето посылали его на пару недель на Ванкувер–Айленд, где в коттедже на берегу жила его тетушка Нелл. В отлив они ходили на отмели и короткими лопатами выкапывали моллюсков. Тетушка Нелл любила говорить, что на обед ему достанется то, что останется в корзинке после того, как он высыплет оттуда весь песок…
Гэри Силк жил на Драммонд–Драйв, но это нигде не было зафиксировано. Получалось, что компания «Мади инвестмент корпорейшн» и была прикрытием Гэри Силка.
В фойе было несколько телефонов–автоматов. Патерсон вошел в одну из кабин и пролистал телефонную книгу.
Никаких упоминаний о «Мади инвестмент».
На желтых страницах книги было много названий фирм.
Ничего похожего.
Он опустил в телефон монету в двадцать пять центов, набрал номер справочной службы, дал оператору полное название компании и ее адрес и попросил самые последние данные. Информация уже не была неожиданной для него. Не приходилось сомневаться, что это фальшивая компания, не имеющая ничего, кроме бланка. А на Хастингс–стрит скорее всего находится адвокатская контора. Тупик. Мало иметь собственную компанию, надо еще знать правила игры.
Патерсон вернулся в офис Налогового департамента, отыскал миссис Норквист, сказал ей, что она очень помогла ему, и попросил визитную карточку на случай, если ему и впредь что–нибудь понадобится. Она была польщена. Карточка была белой, с четким текстом, выполненным красивыми черными буквами: «П. Норквист. Налоговый департамент. Ванкувер» .
П. Норквист. Отлично.
Поблагодарив ее еще раз за помощь, он спрятал карточку в карман.
На улице было тихо и тепло, над городом плыли перистые облака. Он поспешил вниз по гранитным ступеням к своему «порше». Когда отпирал машину, на часах городской ратуши было двенадцать сорок семь. Он поехал в город и по пути сделал короткую остановку у писчебумажного магазина, где купил черный блокнот и недорогой кейс с кодовым замком. В пять минут третьего он открывал дверь красного дерева адвокатской конторы «Морган, Кестлер и Брук» по Вест–Хастингс–стрит, 1900.
Офис оказался меньше, чем можно было ожидать по солидной двери. Здесь стояли два кожаных кресла для ожидающих клиентов, кофейный столик со стопкой старых журналов и пепельницей, которую давно следовало бы почистить, и стол секретаря без самого секретаря. Около пишущей машинки лежала стопка глянцевых карточек с черным текстом. Действуя интуитивно, Патерсон взял несколько штук и положил в карман.
Патерсон провел пальцем по клавиатуре машинки. Пыль на клавишах превратилась в грязь, и он понял, что вспотел.
— Чем могу быть полезен?
— Вы Морган, Кестлер или Брук?
— Я Энтони Морган.
Патерсон открыл блокнот.
— Я хотел бы посмотреть протоколы заседаний правления компании «Мади инвестмент корпорейшн».
— Извините, я не понял, что вы хотите?
Адвокат — не более пяти футов роста и очень худой. В темно–синем костюме–тройке и бледно–голубой рубашке с пестрым шелковым галстуком. У него были короткие волосы, и он носил затемненные очки.
Патерсон сунул вспотевшие руки в карманы.
— Мое имя Норквист. Я из Налогового департамента.
И он передал адвокату карточку, полученную от миссис Норквист.
— Если у вас есть к нам вопросы, мистер Норквист, вы могли бы позвонить заранее и назначить встречу.
Патерсон еще раз провел пальцем по клавиатуре пишущей машинки и показал палец Моргану.
— Мы звонили много раз. Пленка на вашем автоответчике скоро совсем износится. Да, у меня есть вопросы. Владение на Драммонд–Драйв 1715, зарегистрированное на компанию «Мади инвестмент корпорейшн», используется как жилой дом. Это грубое нарушение городских законов.
Морган углом карточки Норквист прочищал щелочку между передними зубами.
— А вы говорили с кем–нибудь в том доме? — вкрадчиво спросил он.
Правила позволяли этому Норквисту или любому другому ознакомиться с книгой протоколов компании. Адвокат мог потянуть день или два, но в этом случае рисковал получить формальный запрос, а это означало, что его могут призвать к ответу за нарушение закона.
Второе соображение адвоката состояло в том, что с такими занудами бюрократами, как этот Норквист, полезно иметь хорошие отношения.
— Моя секретарша уехала до конца дня. Кто–то заболел в ее семье. Боюсь, мне потребуется несколько минут, чтобы найти эту папку. Почему бы вам не устроиться поудобнее?
Патерсон посмотрел на часы, сел в кресло для клиентов и взял в руки прошлогодний номер журнала. Он представил себе, как Морган сейчас звонит настоящей Норквист по телефону, указанном на визитной карточке. Норквист отвечает, и Морган убеждается, что говорит с настоящей Норквист, после чего секунд десять размышляет, звать копов или нет. Вот Морган набирает номер полиции 911…
  
Дверь открылась. Морган вошел с толстой голубой папкой и передал ее Патерсону.
Книга протоколов должна содержать списки акционеров, членов правления и директоров. В данном случае было ясно, что все капиталы компании принадлежат одному человеку, а именно Гэри Силку.