Обреченные звездами (ЛП)

— Все в порядке, сэр. Это заживет.
— Тебе следует пойти в центр исцеления. Ведьмы помогут.
— О, конечно, сэр. Я сейчас туда пойду. — Я прикусила губу, пытаясь вспомнить, какое здание и дверь приведут меня в центр исцеления.
Он усмехнулся.
— Ты знаешь, где это?
Я покачала головой.
— Я отведу тебя. Следуй за мной.
Остальные мои товарищи по отряду были уже на приличном расстоянии, но Шарлотта оглянулась через плечо и изогнула бровь в мою сторону. Я решительно проигнорировала ее. Я не хотела слышать очередной ее лукавый комментарий о нас с Уайеттом. Комментарий, который, несомненно, услышал бы и мой командир.
  
Уайетт повел меня в противоположном от отряда направлении. Я поспешила за ним, не уверенная, должна ли следовать за ним или идти рядом, но он замедлил шаг, пока мы не поравнялись друг с другом.
Вокруг нас другие члены СВС прогуливались по дорожкам в лучах заходящего солнца. Некоторые маршировали группами, другие практиковались в стрельбе на дальних полях, а некоторые просто сидели на лавочках, болтая друг с другом. Было легко забыть, что это учреждение предназначалось не только для тренировок. Сотни членов СВС также называли это место домом, поскольку они постоянно жили в казармах.
— Ты сегодня хорошо справилась. — Уайетт склонил голову в мою сторону. — Знаю, тебе было нелегко.
Я скривилась от унижения, потому что даже ходить в данный момент было чертовски больно, не говоря уже о том, как себя почувствую завтра.
— Спасибо, сэр, но мы оба знаем, что я самый медлительный и слабый член группы. Если бы СВС не требовал от послов хорошей физической подготовки, меня бы здесь не было. Я бы никогда не прошла квалификацию.
Он пожал плечами.
— Может быть, и нет, но сегодня ты не сдалась. Это замечательно.
Я тихо рассмеялась.
— Честно говоря, я хотела сдаться.
На его губах мелькнула улыбка.
— Это ссадины от каната заставили тебя сомневаться?
Я снова посмотрела на свои ладони. Царапины покрылись запекшейся кровью.
— Нет. Не буду врать, этап с канатом получился болезненным, но я хотела отказаться не из-за этого. Думаю, дело в беге. Я не очень часто бегаю. Ну, если только меня не заставляет моя соседка по квартире в Лондоне. Эта женщина могла бы целый день рассказывать о купленных ею лотерейных билетах и о том, что каждый из них будет самым крупным выигрышем. Удивительно, но она могла потратить двадцать минут, рассказывая насколько точны ее предсказания, только для того, чтобы проиграть и вернуться в магазин на углу на следующий день, чтобы купить еще билетов. Я всегда желала ей победы, но иногда она загоняла меня в угол. И когда я видела ее приближение, то обычно убегала. На этом мой опыт бега заканчивается.
Уайетт сдавленно рассмеялся, но затем выражение его лица смягчилось.
— Значит, ты не играешь и в азартные игры?
— Нет. — Я улыбнулась, чувствуя себя словно снова попала в старшую школу. — Последние несколько лет я была бедной студенткой колледжа. Предпочитаю держать свои скудные сбережения в кармане… сэр. — Черт, так странно называть его сэр, а не Уайетт.
— Хочешь сказать, для того чтобы мотивировать тебя, мне следует начать обсуждать еженедельный рейтинг СВС о том, кто вернется с задания с наибольшим количеством шрамов?
Я широко распахнула глаза.
— Такое происходит?
Он улыбнулся, его глаза заблестели.
— Нет, но если это может тебя мотивировать, я не против рассказать пару историй.
Я невольно рассмеялась.
Он снова улыбнулся, но в этот момент другой командир проходил мимо нас по тротуару.
— Майор Джеймисон, — кивнул он в знак приветствия.
Улыбка исчезла с лица Уайетта.
— Майор Карлайл.
Я протрезвела, когда вспомнила, что мы не одни и уже не в старшей школе. Мы в СВС. И Уайетт — мой командир.
Я поняла, что Уайетт чувствовал то же самое, выражение его лица стало замкнутым, а глаза потускнели.
Мы прошли немного дальше, но затем любопытство взяло верх надо мной.
— Сэр, а если забыть про азартные игры и шрамы, был ли когда-нибудь новобранец-посол, который не прошел обучение?
— Были несколько.
Я чуть не споткнулась на тротуаре. Выпрямившись, остановилась лицом к нему, так как впереди уже виднелся центр исцеления со светящейся зеленой медицинской вывеской над дверью.
— Значит, я могу не пройти обучение?
Его взгляд смягчился.
— Учитывая, как усердно ты сегодня работала, сомневаюсь, что ты провалишься.
— Но смогу ли я продержаться завтра? — Мои мышцы уже убивали меня. Внезапно я почувствовала, что не справлюсь. Да, я хорошо поработала сегодня, но смогу ли продолжать в том же духе? Могу ли заниматься этим изо дня в день?
Я не знала.
А если я не смогу, мне не разрешат занять должность посла в Институте. У меня защемило сердце.
Учась в колледже, я мечтала стать послом, но обучение в СВС было обязательным для поступления в Институт Послов Сверхъестественного. Я уже выполнила другое требование — получила степень в области паранормальной политики, но без прохождения физической подготовки эта степень была бы бесполезна.
Уайетт положил руки на бедра, выражение его лица было свирепым. В лучах вечернего солнца его каштановые волосы блестели, а изумрудные глаза были такими яркими, что на мгновение я полностью забыла о своих страхах.
— Знаю, что ты волнуешься, Эйвери, но помни, что многое из того, о чем я прошу вас, зависит от смекалки. — Он расслабился и отвел глаза. — И хотя тебе будет тяжело физически — как например сегодня, когда ты бегала — тебе нужно помнить, что тело может выдержать гораздо больше того, чем ты от него требуешь. Каждый раз, когда тебе будет больно, каждое утро помни, зачем ты здесь. Используй это, чтобы преодолеть боль.
Я кивнула, запомнив его слова.
— Значит, сосредоточиться на моей цели и помнить, что я могу это сделать.
— Именно. Это самое сложное. Преодолей это, и у тебя все получится.
— Хорошо. Думаю, я смогу это сделать.
Его губы дрогнули, и он лукаво произнес:
— Или, если все остальное не поможет, вспомни о своей соседке из Лондона и представь, что она преследует тебя.
Я снова не смогла сдержать смех.
— Конечно, сэр. Я уверена, что вполне легко могу это представить.
Уайетт кивнул и повернулся вперед.
— Пусть ведьмы займутся твоими ранами. Увидимся завтра в полседьмого утра.
— Да, сэр. Спасибо.
Уайетт снова коротко кивнул, хотя мне показалось, что он осмотрел меня с ног до головы, но затем развернулся и зашагал прочь.
У меня гулко колотилось сердце, пока наблюдала за ним. Сегодняшняя тренировка напомнила мне то, что я когда-то знала. И только сейчас поняла, как изменился Уайетт.
Он стал слишком жестким. Более серьезным, когда этого требовала его работа. Более зрелым. Сегодня он безжалостно давил на меня, но также подбадривал и заставил поверить в себя.
Мое сердце затрепетало, когда я переступила порог центра исцеления, вспомнив его совет.
Это было тяжело.
Я прикусила губу. Если хотела добиться успеха и стать послом, мне нужно это сделать. Я должна преодолеть боль и продолжать идти вперед изо дня в день.
Помнить, зачем я здесь.
Я глубоко вздохнула и потянулась к ручке двери.
Или, если все остальное не поможет, стоит вспомнить о своей соседке из Лондона и представить, что она преследует меня.
Я рассмеялась и открыла дверь.
* * *
Тридцать минут спустя я вскочила с кровати в центре исцеления с зажившими ладонями и пузырьком с зельем для облегчения боли в мышцах.
— Запомни, — наставляла Розали, кружась по комнате в длинном халате, — прими это зелье сегодня вечером, полежи тридцать минут в горячей ванне, затем отправляйся прямо в постель. Если будешь следовать этим инструкциям, то завтра проснешься и сможешь снова тренироваться. Ты не избавишься от боли, но она будет значительно меньше. Ясно, дорогая?
  
— Да, спасибо. Принять зелье, затем горячую ванну и лечь спать. Поняла.