Пленник императора (ЛП)

— Молодая госпожа, вы сопровождали генерала Юй Цана в военном походе и вместе с ним славно послужили Цзинь Ляо, сровняв с землей Великую Ци. Ваша страна и ваш народ на пути к процветанию, вы же снискали почести и славу. Су И — всего лишь проигравший сражение полководец, смерть для него желаннее жизни. Где вам понять его чувства?
Девушка увидела, что пленник в один миг раскрыл ее личность, и в глубине души сильно удивилась. Она медленно подошла, присела рядом и с улыбкой сказала:
  
— Я немало наслышана о талантах генерала Су, и признаю, что его репутация вполне заслуженна. В этом нет ничего странного: разве обычный, ничем не выдающийся человек сумел бы привлечь столь пристальный интерес нашего государя? Особенно если этот человек — мужчина.
Лицо Су И помрачнело еще сильнее, и он холодно произнес:
— Не стесняйтесь, госпожа, продолжайте глумиться. Пусть вас не заботит доброе имя вашего государя. Я и сам нахожу его поведение в высшей степени непристойным.
Как он и рассчитывал, эти слова мгновенно стерли усмешку с лица молодой женщины.
— Цзы Янь ни при каких обстоятельствах не позволит себе осуждать Его Императорское Величество, — отчеканила она. — Но если генерал Су и впрямь тяготится вниманием императора, есть решения куда более достойные, чем упиваться скорбью и жалостью к себе. Хотя, быть может, здесь кроется тонкий расчет, и генерал Су намерен ослабить поводья, чтобы затем ухватиться покрепче… — Заметив, как исказилось лицо пленника, девушка хмыкнула, прикрыв рот рукой: — Если недостойная Цзы Янь случайно оскорбила генерала Су, возможно, она сумеет загладить свою вину и научит его, как оттолкнуть от себя императора?
========== 16-17 ==========
 16. 
Цзы Янь полностью завладела вниманием Су И. Именно для этой задачи он мучительно искал решение дни и ночи напролет, понимая, что находится в крайне невыгодном положении и не имеет шансов получить превосходство над противником. Если император будет настаивать на близости, единственным спасением станет смерть. И надо же Цзы Янь в такой удачный момент предложить выход, который выгоден обоим! Не колеблясь ни минуты, Су И торопливо произнес:
— Молодая госпожа, пожалуйста, откройте, что за план у вас на уме? Смиренно прошу вашего совета.
С холодной улыбкой Цзы Янь ответила:
— Благодарность мне не нужна. Я это не ради вас делаю. От руки генерала Су на поле боя пал мой старший брат, и ненависть моя не знает границ. Сегодня я научу вас обещанному способу лишь для того, чтобы отдалить от императора. Я сражалась плечом к плечу с генералом Юем, чтобы покорить Великую Ци, поэтому вы тоже наверняка ненавидите меня до мозга костей. Если мне удастся вас спасти, нет нужды чувствовать себя обязанным за помощь.
Девушка говорила с такой прямотой и убежденностью, что пленник помимо воли проникся к ней глубоким уважением.
— Если таково желание молодой госпожи, — негромко ответил он, — Су И остается лишь повиноваться.
Впервые с момента их знакомства лицо Цзы Янь осветила искренняя улыбка.
— Я рада, что вы согласились. Я бы всеми правдами и неправдами постаралась найти способ навредить вам, пусть даже рискуя собственной головой, если бы вы на деле стали новым фаворитом нашего государя. Случись такое, не говорите, что у меня «злое сердце, жестокие руки». — Пристально глядя на пленника, девушка спросила: — Вы же умный человек, неужели до сих пор так и не поняли, почему Его Величество настолько одержим вами?
«Если б я знал! — вздохнул про себя Су И. — Не сидел бы тут сложа руки и не дожидался беспомощно, когда решится моя судьба».
Цзы Янь, казалось, прочла его мысли.
— Вы же сами мужчина, — рассмеялась она. — Чем труднее мужчинам получить желаемое, тем сильнее загораются у них глаза. Вы так яростно сопротивлялись, что невольно раздразнили в нашем императоре инстинкт завоевателя — вот и навлекли на свою голову несчастье. Теперь нужно лишь предстать перед Его Величеством в образе жалкого, готового ползать на брюхе труса — тогда он в вашу сторону больше и не взглянет.
Потрясенный Су И широко распахнул глаза и не сразу нашелся с ответом:
— Что?! Предлагаете мне проявить перед ним слабость? Это исключено: благородный муж умрет, но унижаться не станет! Император уничтожил мою страну, Великую Ци, превратил меня в инструмент ее погибели — и чтобы я теперь лебезил и заискивал перед ним? Не бывать этому!
Цзы Янь презрительно рассмеялась:
— А вы уверены, что, если не проявите слабость перед Его Величеством, это избавит вас от унижений? Прошу прощения за неприятную правду, но когда взрослого мужчину берут как женщину — пусть даже принуждая силой, — как ему дальше жить с гордо поднятой головой, как смотреть в глаза людям? Что может быть постыднее подобной роли? Кроме того, достаточно лишь притвориться, что вы смирились. Как только интерес угаснет, Его Величество отправит вас на тот свет, в тюрьму или на волю. Разве любой из этих вариантов не будет предпочтительнее нынешнего положения? Вот и всё, что Цзы Янь имеет вам сказать. Теперь я оставлю генерала Су, чтобы он мог спокойно обдумать мои слова.
Девушка встала и, не потрудившись даже попрощаться, выскользнула из садика. Тысячи мыслей вихрем проносились в голове Су И, тысячи разных чувств терзали его сердце. Чем дольше он размышлял над словами Цзы Янь, тем разумнее они казались. Принять совет мешала лишь врожденная упрямая гордость — при одной мысли о том, чтобы склониться перед Ваньянь Сюем, пусть даже в притворном смирении, натура пленника восставала против. Но, если не проявить слабость сейчас — тут Цзы Янь совершенно права, — в будущем ждут еще худшие унижения.
Так он и метался, не зная, на что решиться, пока его размышления не прервал звучный жизнерадостный голос:
— О чем задумался? Совсем ушел в себя. Мы отправили тебя сюда насладиться погожим деньком, только солнце уже село, а ты еще здесь. Решил подхватить простуду? И не мечтай, Мы этого не допустим. Слишком долго Мы ждали этого дня.
Су И поднял голову и обнаружил прямо перед собой красивое улыбающееся лицо Ваньянь Сюя. Император подхватил пленника на руки и довольно рассмеялся:
— А ты заметно поправился! На этот раз ты должен позволить Нам удовлетворить все Наши желания!
Глаза Ваньянь Сюя напоминали глаза оголодавшего волка, готового наброситься и растерзать долгожданную добычу. Су И, неискушенный странник в мире плотских желаний и страстных порывов, тем не менее понимал, какие тайные намерения выдает этот взгляд — целый месяц беспрерывных домогательств со стороны императора добавил ему кое-какого опыта. Чувствуя, что к горлу подступает паника, он решительно взял себя в руки и заявил:
— Пожалуйста, отпусти меня, я хотел бы кое-что тебе сказать.
В серьезном, немного торжественном тоне не слышалось ни стыда, ни смущения, и Ваньянь Сюй был сильно заинтригован. Поставив Су И на ноги, он спросил:
— И что же ты хочешь сообщить? Неужели решил покориться неизбежному и собираешься признаться Нам в любви?
Лицо императора смеялось — по всей видимости, эта мысль казалась ему невероятно забавной. Рука об руку они вошли в опочивальню и расположились за столом друг напротив друга. Ваньянь Сюй приказал дворцовым служанкам подать чай и закуски.
— Ты собирался что-то сказать, — напомнил он. — Чего же ты ждешь?
Су И всё еще мучили сомнения. «Лучше умереть, чем раболепствовать и пресмыкаться! — думал он. — Но если на это не пойти, боюсь, придется изведать куда худшие унижения. А что, если попытаться применить иную тактику — рассказать о своих истинных чувствах, тех, что я никогда прежде открыто не признавал? Искреннее восхищение противником — разве не та же слабость? Услышав такое признание, император наверняка потеряет ко мне всякий интерес».
  
Приняв окончательное решение, пленник заговорил:
— Ваньянь Сюй, волей Небес нам суждено было стать заклятыми врагами. Вероятно, такой исход оказался предрешен в тот самый день, когда твой отец умер, проиграв сражение. Ты захватил меня в плен, уничтожил Великую Ци и теперь вправе считать, что месть свершилась. Моя родная страна, страна с древней историей, погибла от твоей руки, поэтому я тоже ненавижу тебя всей душой. Наши взаимные обиды и вражда сплелись в тугой узел, который лишь сильнее затягивается, если дергать за концы веревки. Су И не блещет выдающимися талантами, но даже эти скромные способности никогда не послужат тому, кто уничтожил его страну. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Я не склонюсь перед тобой, этому не бывать никогда. К каким бы средствам ты ни прибегал, они не дадут результата. Прими мой совет: оставь эту идею. Однако…