Драйв (ЛП)

— Мисс Эмерсон, я прекрасно знаю, что у вас нет никакого собеседования.
— Сексуальный голос, — прошептала я Сьерре.
— Я это уже слышал, — сказал он, не впечатлившись.
Я прочистила горло:
— Прошу прощения. Мы уже потратили минуту на споры. Я заберу оставшиеся четыре.
Он издал еще один вздох, прежде чем перевел взгляд с Сьерры на меня — задержав злобный взгляд на моей новой подруге.
  
— Проходите.
Я вернула телефон Сьерре:
— Извини, отчаянные времена.
— Надеюсь, он тебя наймет, — сказала она, совершенно невозмутимая моим трюком.
— Я тоже. В любом случае, с меня выпивка.
— Договорились, — сказала она, как только зазвонил телефон. Она подмигнула мне, отвечая:
— Austin Speak. — Она помолчала, затем улыбнулась, глядя на меня глазами, искрящимися смехом. — Мистер Батлер на совещании.
Направляясь обратно к открытой двери, я окинула взглядом столы, выискивая за ними хоть какой-то признак жизни. Остальные кабинеты пустовали. Всего в Austin Speak работало двенадцать человек. У меня не было ни единого шанса.
И всё же я решительно прошла в дверь, закрыла ее за собой и обернулась, чтобы увидеть самого красивого мужчину, которого когда-либо встречала.
— Добрый день, мистер Батлер.
Глава 4
Numb/Encore
JAY Z / Linkin Park
Нейт Батлер был богом, которого, должно быть, кто-то спрятал и забыл на старом складе, замаскированном под офис. Густые волосы теплого медно-русого оттенка были небрежно зачесаны назад, открывая высокий лоб. Темные брови, ярко-голубые глаза и точеные черты лица складывались в облик, от которого трудно было отвести взгляд, в то время как телосложение оставалось загадкой, скрытой под костюмом. Он сидел в своем кресле, оценивая меня пристальным взглядом. Когда его глаза опустились на мою футболку, они слегка потеплели, но ухмылку он тут же спрятал. Сэмюэл Л. Джексон оказался отличным ледоколом.
— Позвольте угадать, мисс Эмерсон, — начал он, — вы фрилансер и ищете постоянное место в редакции, готовы на всё, лишь бы пробиться сюда?
— Я студентка, третий курс журналистики, и я готова на многое, но далеко не на всё, — поправила я. — Я отправляла вам письмо сегодня утром.
— Ваше письмо я получил, — ответил он. — Все ваши письма. Чего мне не хватает, так это места и бюджета. Зато у меня есть очередь длиной в милю из людей с дипломами, опытом и резюме куда более солидными, чем ваше.
— Значит, вы всё-таки его просмотрели?
Он вздохнул, откидываясь на спинку кресла, и наконец позволил улыбке одержать победу. Я потянулась, чтобы присесть.
— Не утруждайтесь садиться. У нас осталось три минуты. Начинайте.
Он начал печатать на одной из двух клавиатур, лежащих на просторном черном столе, а я все равно села.
— Я хочу писать о музыке и шоу-бизнесе.
Он издал недоверчивый смешок, похожий на лай, прежде чем снова принялся за печатание.
— Сколько тебе лет?
— Разве это не запрещено спрашивать? — сказала я, слегка наклоняясь, чтобы вторгнуться в его личное пространство и уловить запах одеколона, которым он пользовался. Чертовски сексуальный, пугающий — вот лишь пара подходящих прилагательных для описания Нейта Батлера.
— Было бы запрещено, если бы у меня была открытая вакансия и это было настоящее собеседование, — он бросил взгляд на Сэмюэла на моей футболке поверх одного из своих экранов, — но это не так.
— В субботу мне исполнится двадцать.
— Ты еще ребенок. Тебе нечего мне предложить. И ты легально не сможешь попасть в большинство клубов этого города.
— Мы оба знаем, что это чушь. С пресс-бэйджем я смогу пройти куда угодно. А еще я очень убедительна.
Он перестал печатать:
— Поэтому ты здесь? За бесплатным пропуском?
Он снова оглядел меня с ног до головы и, сцепив руки, откинулся на спинку кресла.
Вцепившись в край дешевого стула, я начала свою заготовленную речь в защиту:
— Я была более чем на двухстах концертах. Встречала массу музыкантов и знаменитостей за кулисами. Это не история из серии «исполните мечту бедняжки».
— То, что ты фанатка, не делает тебя писателем.
— Я совершенно не согласна. Быть фанаткой — это именно та причина, по которой я стала писать.
— Почему именно Speak?
— Потому что мне надо с чего-то начинать.
— Метишь невысоко, значит? — казалось, это ничуть его не оскорбило.
— Без обид для вашей газеты, это, конечно, не Rolling Stone13, но это журнал, который читают. Я читаю. — Это была правда. Я читала его с тех пор, как переехала в Остин.
Он кивнул.
— Две минуты. И мне понравился материал, который ты написала о влиянии The Beatles на развитие современной музыки.
— Спасибо, — сказала я, и сквозь холод его офиса пробился луч надежды.
— Довольно проницательно. Курт Кобейн14 и Дон Хенли15 — оба ссылались на The Beatles, но по совершенно разным причинам, и в итоге за два десятилетия родились очень разные саунды.
— Согласна. Музыка настолько органична. Если бы существовала музыкальная игра вроде «Шести рукопожатий Кевина Бейкона16», я уверена — ее центром были бы The Beatles.
— Ты только что сама себя процитировала? — он покачал головой с ухмылкой. — Ты еще такая зеленая.
— Помогите мне это исправить. Я правда готова начать откуда угодно. Могу составлять музыкальные подборки. Читатели любят подборки.
— Не могу. У тебя осталась одна минута, мисс Эмерсон.
— Тогда я буду вести рубрику из пяти или десяти пунктов. «Пять способов получить работу мечты». «Пять способов ментально изменить свой день». «Десять вещей, которые вы не знали о тушенке «Спам17».
— Это всё уже было. Ты хватаешься за соломинку.
— Но это то, что продает газеты. Я придумаю новые списки, списки получше.
— Тридцать секунд.
— Тогда я буду писать бесплатно. По одной статье в неделю, уже отредактированной. Вам нужно будет только прочитать ее.
— Пятнадцать, — предупредил он. — Даже я не обхожусь без редактора. — Он щелкнул языком. — Это же основы.
Его решение было принято.
— Я сама себя окуплю. Я буду искать рекламу.
Он наконец сделал паузу, но совсем короткую:
— Для этого у меня есть люди.
— Что вы теряете? Я привожу рекламу, чтобы платить себе зарплату. Всю работу делаю я.
— Фриланс, мисс Эмерсон. Почему бы вам не пойти этим путем?
— Потому что мне девятнадцать, у меня нет диплома, и меня ни разу не публиковали, вот почему. И именно поэтому вы сейчас захлопываете дверь прямо у меня перед носом.
— Прошу прощения. Время вышло.
— Спасибо. — Я встала, не в силах скрыть своего разочарования, натянула фальшивую улыбку и не менее притворное пожатие плеч. — Что ж, по крайней мере, у меня есть первая история отказа.
Он скользнул по мне взглядом, и я не могла не почувствовать волну тепла, которая разлилась внутри. Его привлекательность ошеломляла. Но когда-то меня так же восхищал и Дилан.
— Надеюсь, это было незабываемо.
Не в силах удержаться от флирта с Нейтаном Батлером, я подняла на него взгляд:
— Могло быть и лучше.
Греховная улыбка тронула его губы:
— Жаль, что я тебя разочаровал.
Я остановилась у двери.
— Мне бы очень хотелось сейчас сказать что-нибудь эпичное, но ничего не приходит в голову. Не срывайтесь из-за этого на Сьерре. Не увольняйте ее, ладно? Я сама сюда напросилась.
  
— Ты никуда не напрашивалась. Я сам это позволил. И я не собираюсь ее увольнять. Она моя кузина.
— Оу.
Стоя у двери, я ощутила всю полноту разочарования. Во-первых, кусочек моей мечты был вырван из рук, а во-вторых, я хотела увидеть Нейта Батлера снова. Он, без сомнения, был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. Но первое перевесило второе. Независимо от того, насколько я была готова к отказу, это всё равно ужалило. Хотя, если честно, шансы с самого начала были ничтожны.