Виконт особо опасен (СИ)

Справа уже доносились крики и топот нескольких десятков человек. Мы оказались в коридоре, с двух сторон перекрытом наступающими. Сверху, кажется, ещё командные группы Свердловых. Подкрепление? Спастись нечем.
— Сука… — простонал Натан.
Я оглянулся. Соколов хрипел, почти без сознания, но жив, и это главное. С двух сторон к нам приближались шаги. Запертые в ловушке, с практически нулевыми силами…
— Фил, что будем делать? — тихо спросил Андрей.
Я не знал, что ответить. Мы могли умереть здесь, не выполнив главного. Возможно, у нас один шанс — но будет ли он работать? Проклятый артефакт, если я снова применю его силу, меня попросту разорвёт.
Шаги становились всё ближе. Вой сирены, лязг оружия, предвкушение масштабного фиаско. Мы переглянулись, на мгновение связывая взгляды.
  
Глава 23
 
Стоя в тесном коридоре на пятнадцатом этаже офисной высотки, мы задыхались от пыли и дыма, а вокруг глухо гремели автоматные очереди. Сверху уже слышалась сирена, за которой следовали тяжёлые шаги бойцов Свердловых. Снизу нам навстречу поднимались ещё люди — в общем, выходы были перекрыты.
Андрей, сдерживая магический щит, старался прикрыть меня и Натана, который прижимал ко лбу пистолет, а потом со вздохом убрал его.
— Фил, — прошипел Андрей, морщась от очередного залпа, ударившего по его щиту. — Резервы у меня на исходе. Либо мы сейчас что-то делаем, либо нас возьмут в кольцо!
В углу коридора, прислонившись к стене, сидел Соколов. Он был полубессознательный, оглушённый ударами, с разбитой губой. Но даже сквозь опухшие глаза я замечал страх на его лице.
Я огляделся. Слева треснувшая перегородка, справа исписанные рунами подбитые двери лифтов. Шаги и выкрики Свердловых становились всё ближе — не больше пары десятков метров. Уходить пешком было бессмысленно. Нас окружили.
— Натан, — обратился я тихо к карлику, который пыхтел, закрыв глаза от напряжения. — Пришло твоё время.
— Ты же знаешь, Фил, я за телепорты не берусь без крайней нужды, — он поднял на меня недовольный взгляд. — А тут я ещё и на взводе, у меня руки дрожат. Да у меня после утренней стычки в глазах двоится!
— Никаких «нет», — пресёк я его отговорки и выдернул из-за пазухи склянку с маной. — Пей.
— Фи, какая гадость… — начал было он, но я решительно сунул флакон ему в рот, заставляя проглотить всю порцию до дна. Синяя жидкость резким потоком хлынула ему в горло.
Натан закашлялся, чуть не подавился, а потом, сделав глубокий вдох, вытер рот.
— Кто так поит? Это же не вискарь в конце концов, — проворчал он, но в глазах уже загорелся знакомый мне блеск.
— Андрей, держи оборону ещё несколько секунд, — сказал я, переведя взгляд на друга. — Справишься?
— Попробую, — ответил он, облизывая потрескавшиеся губы. Вокруг его ладони вспыхнуло еле заметное свечение: последние крохи магии, способные на короткий щит.
— Иди сюда, гаденыш! — прошипел Натан, тыча пальцем в Соколова.
В этот миг два бойца Свердловых вынырнули из-за поворота, вскинув руки в магических жестах. Ледяное заклинание полоснуло по стенам коридора. Андрей собрал волю в кулак, выставил щит, и леденящие осколки рассыпались искрами. Но треск магических структур давал понять — ещё один залп — и щит рухнет.
— Натан, давай! — крикнул я, начиная формировать шипы для прикрытия.
Натан затаил дыхание, раскинул руки. Его глаза невидяще уставились куда-то вдаль. Я отважился бросить быстрый взгляд на него — тонкие струйки энергии стекались в его ладони, переливаясь синевой и серебром.
Меж тем два дополнительных противника показались за спинами первых. Я успел выпустить несколько шипов, сдерживая их натиск. Сзади послышались крики: «Живым Калашникова!». Живым? Всегда был для них ценной добычей
— Готово! — простонал Натан, рвано взмахнув руками.
Я успел лишь схватить Соколова за плечо, чтобы его не оторвало от нас, и схватить за руку Натана. Андрей тоже мигом оказался рядом, хватаясь за карлика.
В воздухе щёлкнуло, послышался хлопок. В тот же миг вокруг нас завертелся опаловый вихрь, коридор двинулся навстречу, а сознание, казалось, вывернулось наизнанку.
  
— Держитесь!
Секунду спустя я шлёпнулся на холодный бетон, прижавшись щекой к шероховатой поверхности. Стены были другие — серые, облупленные, воняло ржавчиной и стоял запах старого склада. Гул выстрелов стих — мы оказались совсем в другом месте.
— Мы что, в ангаре? — спросил я, поднимая голову и с трудом фокусируясь.
Андрей сидел на полу рядом, тяжело дыша, его щит рассыпался искорками. Где-то совсем близко лежал Натан, который, судя по булькающим звукам, боролся с приступом тошноты.
— Вот… те… нате… — пробормотал он, поднимая свой бледный, как простыня, взгляд. — Ненавижу я эти прыжки. И как нас только по городу не разбросало…
Соколов лежал без чувств, но дышал. К счастью, телепорт потянул и его. Значит, жив.
— Это… заброшенные склады на окраине, — выдохнул Андрей, озираясь. — Лет пять назад я снимал их под хранение контрабандных зель… — он запнулся. — Короче, неважно. Теперь они пустуют, и вроде никто не шастает.
Я, пошатнувшись, встал на ноги. Тело болело, запас маны был едва ли не на нуле. От артефакта в кармане шло теперь лишь холодное покалывание, будто он спал после недавнего всплеска.
— Живы… — пробормотал я, поднимая взгляд на Андрея. — Это уже хорошо.
— Наверняка хорошо, — резко хохотнул Натан, пытаясь принять сидячее положение. — Вот только у меня ушло лет десять жизни при такой-то перегрузке! Глянь, все морщины повылазили, — он провёл рукой по лицу. — Ну скажи хоть спасибо?
— Спасибо, — усмехнулся я. — Крутой финт, без тебя нам крышка.
Натан довольно осклабился, и именно это позволило мне перевести дыхание и понять — мы хоть и выбрались, но вломились в новую фазу войны.
Андрей отыскал какую-то металлическую колонну посреди склада и подошёл к ней, проверяя крепление.
— Натан, давай-ка свяжем этого Соколова, — сказал он, указывая на вялое тело, которое пока даже не шевелилось. — Мне нужно, чтобы он не сбежал, когда очнётся.
— Связать не вариант, у него три печати. Очнется и начнет палить направо и налево, — отозвался я.
— А у меня тут антимагические браслеты были, — Андрей пошёл рыться в одном из ящиков, которые стояли у стены. — Этот склад видывал всякое. Много народу через него прошло. И много… всякого прошло. Короче, вот. Тут кстати склянки с маной должны быть. Это неучтенка, но они приличного качества. Можем пополнить запасы.
— Бери все, что есть, — сказал я. — Нам многое может пригодиться.
— Хорошо, — кивнул Андрей.
Натан же стоял рядом со мной, и в его взгляде читалась смесь облегчения и сарказма:
— Ты у нас, конечно, герой, Фил, но предупредил бы заранее, что придётся телепортировать весь зоопарк. Да уж, братцы виконты. Натворили мы с вами сегодня дел. Той сексапильной адвокатессой теперь точно не обойтись, если нас вдруг решат закрыть.
Я кивнул. Вопрос Кристины всплыл сам собой. Она ведь тоже «копала» в сторону цепочки предательств и улик, в которую вляпались Калашниковы. С ней надо бы связаться, но, может, позже — сначала нужно прийти в себя.
Тем временем Андрей водрузил на правое запястье Соколова хомут с рунами. Браслет тускло блеснул, отсекая ему возможность призвать магию.
— Готово, — буркнул он, подходя ко мне. — Теперь, пожалуй, переведём дух.
Спустя полчаса или чуть больше мы сидели прямо на полу склада, приводя себя в порядок: Андрей пытался вытянуть остатки негативной энергии из моей руки, чтобы я не терял сознание, Натан нервно крутил в руках пистолет и что-то бормотал под нос про «когда все это закончится, так оторвусь в баре, что весь город будет слышать». И в этот момент зазвонил телефон Андрея.
— А, Дубовый… — отозвался он, а потом перевёл разговор на громкую связь.
Из трубки послышался скрипучий голос Дубового.
— Благородия! Как вы там? Живы? Машина наша цела?