Бесстрашие (ЛП)
— Спокойной ночи, Сиенна, — шепчет Зейн. Он целует меня в уголок губ, оставляя щекочущее ощущение на щеке, и выходит из комнаты.
Стою, застыв посреди спальни. Сердце колотится, колени дрожат. Когда сердцебиение возвращается в норму, я просто падаю, не раздеваясь, на большую кровать. Заползаю под одеяло и опускаю голову на подушку. Как же давно я не спала в удобной кровати! Койка в тюрьме была отвратительна, спальный мешок в лагере не многим лучше. Когда от жёсткой земли тебя отделяет тонкий слой ткани, спать крепко не очень получается.
Я была уверена, что засну моментально, но вот я лежу в мягкой, удобной постели и не могу перестать думать о словах Зейна. Он не сдастся. И это совершенно неправильно. Он должен двигаться дальше, найти кого-то, кто сможет полюбить его так, как он того заслуживает. Хочу, чтобы у него в жизни было то же, что между мной и Треем.
Пускай мысль о том, что Зейн может быть с кем-то другим, вызывает у меня неприятные чувства, я всё же понимаю, что он достоин счастья. Как бы мне ни было больно, я должна его отпустить. Ради его же блага.
Поворочавшись несколько минут, вскакиваю с кровати. Может, стакан воды поможет мне заснуть.
Спускаюсь по коридору; шаги невольно подстраиваются под тиканье старинных часов. Дойдя до лестницы, включаю свет, расположенный точно над ступеньками, чтобы не споткнуться. На кухне темно, горят только лампы под настенными шкафчиками.
Иду к полке со стаканами, надеясь, что Грета не устроила перестановку за время моего отсутствия. К счастью, здесь всё осталось в точности, как я помню. В холодильник встроен диспенсер, подающий холодную воду. Наполняю стакан.
Стою у кухонной тумбы, пью воду, как вдруг слышу какой-то шум.
— Зейн? — шёпотом спрашиваю. Может, ему тоже не спится?
Ставлю стакан на кухонный остров в центре и на цыпочках иду по коридору в сторону гостиной и входной двери. Шум снова повторяется, словно половицы протестующе скрипят, предупреждая о ком-то крадущемся. Я уже собираюсь снова окликнуть Зейна, как вдруг фойе пересекает тёмная фигура. Я прижимаю кулак ко рту, чтобы заглушить крик. Это не Зейн и не Трей: незнакомец слишком низкого роста.
В доме сейчас кто-то, кого здесь быть не должно.
Чувствуя, как сердце колотится о рёбра, словно барабан, выбившийся из ритма, я проскальзываю вдоль стеночки, подходя к лестнице. Перескакивая через ступеньку, бегу к комнате Трея. Максимально бесшумно захожу внутрь. Дыхание Трея тихое и глубокое — он крепко спит.
— Проснись, Трей. — Я осторожно трясу его за руку. Через пару толчков он подскакивает на месте, рефлекторно хватая пистолет с тумбочки. — Кто-то пробрался в дом.
Трей вылезает из кровати и натягивает джинсы быстрее, чем я успеваю отвернуться. Выставив пистолет перед собой, он подходит к двери. Я за ним. На пороге он спрашивает меня:
— Где он?
— Внизу, — шёпотом отвечаю я. — Видела его в фойе. Сейчас он может быть где угодно.
— Надо найти Зейна. — Выходя в коридор, Трей оглядывается, направляя пистолет сначала в одну, а затем в другую сторону. Убедившись, что никого нет, шепчет: — Держись рядом.
Мы доходим до комнаты Зейна, но его там нет. Постель расправлена, но пуста. Трей с сомнением оглядывается на меня.
— Может, ты видела Зейна?
Мотаю головой.
— Точно нет. Совсем другое телосложение.
— Ребят, у вас всё в порядке? — раздаётся голос Зейна у двери. Его волосы растрёпаны.
— Ты спускался вниз? — спрашиваю я.
Зейн растирает сонные глаза.
— Нет. Получил уведомление на линк о том, что входная дверь открыта. Уже хотел спуститься, но услышал вас. Что происходит?
Он делает два шага к нам, и тут я замечаю тёмный силуэт в коридоре за его спиной и блеск лезвия.
— Сзади! — выкрикиваю я.
Хорошо, что Трей — меткий стрелок. Он попадает в незнакомца с первого же выстрела.
Ошарашенный Зейн оборачивается и видит фигуру в коридоре. Щёлкает выключателем, и комнату озаряет яркий, слишком резкий свет. Невольно начинаю щуриться и моргать.
Подойдя ближе, смотрю на чужака на полу. Одетый во всё чёрное, он корчится от боли, рядом валяется тридцатисантиметровый нож. Кровавая лужа растекается от раны в его правом плече. Он пытается зажать её ладонью, но это не особо помогает. Выстрел Трея не должен был его убить, только обезвредить.
Трей опускается на одно колено, напротив лица незнакомца.
— Кто ты?
Неизвестный в ответ только ухмыляется.
— Ладно, спрошу проще, — продолжает Трей. — Кто тебя послал?
Трей давит большим пальцем на дырку в плече мужчины. Тот резко всасывает воздух сквозь зубы, всем телом дёргается от боли, но не кричит.
— Трей, — нерешительно произношу я, — что он делает?
Незнакомец словно разжёвывает что-то на внутренней стороне щеки.
— О нет, не смей! — командует Трей и хлопает несостоявшегося убийцу по щеке. Мужчина лишь криво улыбается, его зубы все в крови. Спустя мгновение его тело содрогается в конвульсиях, глаза закатываются, а изо рта идёт пена.
Заглушив всхлип, я пячусь назад. Тело мужчины застывает неподвижно. Он мёртв.
— Что произошло? — взвизгиваю я.
— Таблетка цианида, — отвечает Трей.
— Что это за тип? — спрашивает Зейн. — Как он попал в мой дом?
— Наёмный убийца, — говорит Трей. — Его послали за тобой. Хорошо, что мы с Сиенной были здесь.
Взгляд Зейна мечется между нами.
— Как вы…
— Как мы узнали? Сиенна была внизу и заметила, что в доме кто-то посторонний.
— Не могла заснуть, — добавляю слабым голосом. — Я спустилась на кухню попить водички.
Глаза Зейна распахиваются.
— Грета!
Он выбегает из комнаты, перешагивая тело, и спешит по коридору. Мы с Треем следом. Оказывается, комната Греты на первом этаже. Когда мы подходим к двери, Зейн прижимает к ней ладонь и прислушивается.
— Кажется, я слышу её сопение, — произносит он, — но хочу убедиться, что с ней всё в порядке.
Он бесшумно толкает дверь, свет из коридора проливается в комнату и освещает фигуру в кровати.
Никаких сомнений: Грета мирно спит, её грудь поднимается и опускается. Поверить не могу, что звук выстрела её не разбудил, но, возможно, оно и к лучшему. Чем меньше людей будет знать о покушении, тем лучше. Нет смысла её волновать.
Выходя, Зейн плотно закрывает дверь.
Мы заглядываем в комнату для стирки, берём чистящие средства и возвращаемся наверх. Трей и Зейн оттаскивают тело на задний двор, где вырывают могилу. Я же оттираю кровь с ковра и стен. Как выяснилось, кровь не очень-то легко отмывается. Я тру, тру, а пятна всё ещё остаются. Решаю дать чистящему раствору время впитаться.
Когда парни возвращаются, потные и испачканные в грязи, мы по очереди принимаем душ в моей ванной комнате. Кто-то всё время стоит на стрёме. Время два часа ночи, а я взвинчена. Такое бывает, когда к вам в дом ночью пробирается наёмник.
Парни убеждают меня, что оставаться одной не безопасно. Как выразился Трей: «Что, если заявится ещё кто-то, чтобы закончить начатое?»
Мы договариваемся лечь спать в одной комнате, запершись на замок и подставив к двери стул.
Я занимаю кровать, Трей и Зейн устраиваются на полу, принеся одеяла и подушки. Я должна быть рада тому, что меня защищают два красавчика-телохранителя. Но едва моя голова касается подушки, я радуюсь тому, что не смогла заснуть и решила спуститься вниз.
А больше всего я рада тому, что никто из тех, кто мне дорог, сегодня не погиб.
34
ТРЕЙ
Было несложно уговорить Зейна сделать ещё одно официальное заявление утром. Закапывая труп прошлой ночью, мы оба согласились с тем, что ему нужно передать сообщение тем ублюдкам, которые пытались его убить.
Мы с Сиенной остались дома, составив компанию Грете, пока Зейн отправился в студию, чтобы записать обращение. И вот пока мы сидим за столом на кухне, смотрим, как Грета готовит печенье, я невольно чувствую капельку зависти. Это мне Грета должна была заменить мать. Это я должен был наслаждаться её кулинарными талантами последние двадцать один год. Если бы нас с Зейном не поменяли при рождении, всё было бы совершенно иначе. Моя жизнь была бы совсем другой. Не сказать, что лучше, но другой.