Жених до гроба (СИ)
Я хихикнула.
— Почти, — и повернулась к ректору. — Господин Грайд, вы ведь были правы. Я и впрямь родственница вашей Лисаветы. Я родная сестра короля Флина Второго!
Что тут началось! Мне стоило перенести эту новость на попозже, определённо. Асколь пищал как девочка от восторга, Кайса верещала, эйри злобно ругалась. Что не нравилось эйри, я так и не поняла, но Кайса и ректор оказались категорически против моего похода к личу.
— Каньер совершенно сошёл с ума, — вещал ректор. — Теперь он ищет способ пройти сразу в столицу и взять её, но уверен, что место прямого перехода есть на территории замка. Как я его не увещал, что замок строил он сам, он ни в какую не верит! Не может на территории университета быть такого места, чтобы раз — и перешёл в столицу! Порталы — да. Но они все короткого действия.
— А он настойчиво продолжает твердить, что ты как-то перешла из столицы сюда за короткий промежуток времени! — добавила Кайса.
Я прикусила язык. Не стоит никому знать про возможности сторожки. И уж точно не стоит об этом знать Каньеру. Не раньше, чем я его поцелую.
— Не королевское это дело — от мертвецов лопатой отбиваться, — продолжал увещать меня ректор. — Пусть сначала тебе расчистят дорогу сильные стихийные маги, потом выложат ковром, и уж тогда ступай куда хочешь!
Стихийные маги! Ну конечно! Да, с Веснем было бы проще, но я помнила, как проверяют магию на склонность к стихиям. Просят призвать по очереди каждую — если откликнется какая, вот такой ты и маг. У меня не откликалась ни одна. Но это было до удара молнией!
Я подумала, из чего состоит шторм? Точно воздух. Ветер. Капли воды? Однозначно. Вспомнила треск молнии — огонь. И пыль, которая поднималась вместе с воронкой смерча. Ох. Кажется, я поняла. Так вот почему штормовые ведьмы под запретом! Они просто-напросто владеют всеми четырьмя стихиями!
Похоже, мне стоит изменить законы, едва я взойду на престол. А то излишне ретивые подданные могут лишить меня головы, если с этим раньше не справятся мертвецы Каньера или он сам.
Тем не менее я вспомнила это чувство, когда ты пытаешься призвать стихию. Помнила я и разочарование, когда стихия не приходила. Но сейчас мне не стоило даже думать об этом. От моей удачи зависело не только, пройду ли я к Каньеру — это как раз ерунда. Я и лопатой поработать могу, да и платья мне жалко не было. Но вот если я выдам себя как штормовую ведьму, за мной начнётся охота, будь я хоть сто раз медиумом и королевой!
Надо же, мы тратили столько времени в поисках разных рецептов могущества, а он оказался так прост! Всего лишь нужно в грозу оказаться распятой на камне, и чтобы в тебя ударила молния. Если выжил — поздравляю, ты теперь стал круче. По крайней мере, я надеюсь, что мне никто не испортит моё новенькое могущество своими грязными лапами!
Точно, от Клементины и на всякий случай от Россы лучше в дальнейшем держаться подальше.
В общем, так я себя и настраивала на то, что это самое дальнейшее будет, а сам подтягивала стихии, да так, чтобы они были вроде как снаружи меня, но чуточку внутри. Мне хотелось, чтобы смерч был вокруг меня, но такой аккуратный — издалека его никто разглядеть не должен!
Кажется, у меня получилось. По рукам прошла дрожь, мельчайшие волоски встали дыбом. Волосам сделалось мокро и горячо, а вокруг платья отчётливо начал подниматься смерч. Я могла коснуться его рукой, а вот Клема с жалобным кваком, больше похожим на писк, забрался поглубже в вырез платья. Неужели и впрямь получился у меня такой смерч, какой я хотела?
Чтобы проверить, мне пришлось перелезть через алмазные кубы с мертвецами и прыгнуть прямо в гущу тех, что бессмысленно бродили за преградой. Я приготовилась отражать удары и даже лопату взяла поудобнее, но мертвецы шарахались от меня и моего вихря. Жаль только, что сил этот вихрь тоже брал много. А я всё-таки была мелковата для сосредоточия большого могущества.
Если коротко — все мои планы стать великой избранной и всех победить немного стухли. По-настоящему невероятные вещи я могу творить… но очень недолго. Секунд пятнадцать от силы. Я всё чаще поглядывала на пригорок, чтобы убедиться, что дойду я до него уже скоро. Шагов двадцать осталось. Может, тридцать.
Уже и Каньер был виден невооружённым глазом.
Он всё так же был местами белёсым от приставшего гипса. Ему бы почиститься, сменить свой драный камзол с опарышами на что-то помпезное, раз он собрался завоёвывать королевство. Но когда бы эти личи задумывались о действительно серьёзном!
Тем временем Каньер заметил меня. Я это поняла по тому, что мертвецы вдруг расступились, позволяя мне беспрепятственно идти вперёд. От этого мне почему-то хотелось идти куда меньше.
— Он убьёт тебя и вырвет твоё сердце, — шепнула эйри с одной стороны.
— Да вовсе и нет, вовсе и не вырвет, — нервно возразила ей Кайса. Насчёт того, что он меня не убьёт, она так уверена не была.
Глава 18
Белка снова целует Каньера
'Поцелуи могут очень ранить.
Важно помнить и об этом виде пытки.
Больше всего ранит поцелуй,
подаренный любимым человеком или существом не тебе'.
Иссабелия (больше не) Астаросская
«Здесь будет название трактата, если он будет написан».
— Иссабелия Астаросская! — крикнул Каньер издалека. Похоже и впрямь изголодался по общению. Мне даже показалось, что он мне рад. Впрочем, горящие холодным белым светом глаза подсказывали, что нет, он не рад. Его не осчастливит даже принесённая корона на блюдечке, потому что ему нужно получить весь мир и ни пядью меньше.
Смешно, но именно я и могла ему предоставить корону на блюдечке. Хотя рассказывать ему это всё равно не стоило.
— Не говори, что ты не Астаросская, — встревоженно зашептала Кайса. — Ваши договорённости могут измениться вместе с твоим именем!
Я и сама догадывалась, но была очень благодарна Кайсе за поддержку.
— Добрый день, господин декан! — бодро откликнулась я. — Не думала, конечно, что так быстро по вам соскучусь, но после вампиров, сектантов и подземных чудовищ с упырями вы просто чудо как хороши!
Кажется, лич планировал насмехаться надо мной дальше, но моя почти что искренняя радость сбила его с этой волны.
— Мне не нравится твоё настроение, Белка, — озабоченно произнёс он. — Стой, где стоишь, моя дорогая.
— Я к вам со всей любовью, — останавливаться я и не думала. Чем ближе я буду, тем лучше. — И почтением.
— Вот этого добра мне ещё не хватало, — ещё сильнее обеспокоился лич. — Белка, с какой стати ты сюда пришла? Я же сказал не появляться!
— Вы сказали, что разочек можно, — возразила я. — Даже три. Тем более, я не планирую спасать совсем уж всех. Только своих.
Тут я самую чуточку покривила душой. Своими я могла сейчас считать всех подданных королевства. Разве не так должно быть, что королева заботится о каждом? Я пока так себе королева, но не сомневаюсь, что получше, чем король из этого высохшего от гипса типа! Может, у него там и мозги высохли, откуда нам знать?
Зато Каньер заметно успокоился. Похоже, торговля вроде этой ему была понятна. Не сомневаюсь, что он практиковал подобное и раньше. Хитрый старикан, прикинувшийся вменяемым! Эйри хоть не скрывала своих планов всех убить.
— Ты хочешь, чтобы я оставил в покое университет, верно? — лениво протянул он, пока я сделала ещё несколько шагов.
— Вроде того, — уклончиво ответила я, делая ещё шаг. И ещё один. Почему так далеко? И нужно подниматься к тому же! Почему ведьмы не летают⁈
Я вспомнила про настоящую дикую ведьму, которая загнала меня на дерево, и шлёпнула себя по губам. Не о том мечтаешь!
— Мне кажется, владение миром как-то мелковато для вас, господин декан, — продолжала я заговаривать ему зубы. — Вы вообще представляете, какая это маета? Законы всякие писать, выступать перед людьми, их жалобы слушать…
Я пыталась вспомнить, что ещё делают короли, и едва сообразила, что «воевать с соседями» может для лича быть именно что положительным вариантом.