Буду с тобой (СИ)

– Спасибо! – кричу, уже закрыв дверь машины.  
Платон так расстроен, что даже вслед мне не смотрит и быстро уезжает.  
Ковыляя, я захожу в квартиру и понимаю, что Кир дома.  
– С работой сегодня не вышло, – сразу говорит он, выходя мне навстречу.  
– Ясно, – выдыхаю я и стараюсь не думать, не вышло у него с работой, или он тупо всё проиграл.  
– Что с тобой? Где ты была? – интересуется Кир, хмуро оглядывая мой вид. – Опоздала, кстати.  
Колготки порваны, у одной туфли нет каблука и в целом я довольно потрёпана. 
– Твои кредиторы встретили.  
– Какие кредиторы? – встрепенувшись, спрашивает Кир.  
– А их у тебя несколько? – уточняю я, стягивая рваньё с ног.  
– Вот только не начинай! Расскажи всё нормально! – требует Кир, повышая на меня голос.  
– Меня твои кредиторы чуть твой долг отрабатывать не заставили.  
– Ну всё же нормально, ты смогла от них отвязаться? А о какой сумме речь? – уточняет Кир, и судя по виду его не волнует, что со мной могло случиться, он судорожно пытается понять кто это был.  
Значит, вариантов больше, чем один.  
– Нормально? Меня чуть по рукам не пустили, а ты говоришь, что всё нормально?! 
– Ну не пустили же. Значит, всё нормально, – говорит Кир, а самое страшное, что он реально в эти слова верит.  
– Да нет же! Это ненормально! Это ненормально! Ты никогда ничего не выиграешь! Очнись уже наконец! Сколько денег ты проигрываешь и ничего! Ничего! Одни долги! Осталось только мной начать расплачиваться! – кричу я и бьюсь в самой настоящей истерике.  
Слёзы потоком катятся по щекам, а Киру плевать. Он даже не пытается меня успокоить. Мы так молча и расходимся. Я забираюсь под одеяло, Кир отсиживается на кухне.  
Я бы так и рыдала в ожидании попытки Кира помириться, хоть как-то оправдаться, пожалеть меня, пообещать так больше не поступать. Но из коридора до меня доносятся странные звуки. Вроде бы как Кирилл куда-то собрался уходить. 
Встаю с кровати и иду в прихожую, застаю там Кира, склонившегося над моей сумкой.  
– Ну и что ты там ищешь? – спрашиваю я и всё ещё всхлипываю от слёз. – У меня нет денег! 
– Где билеты, Уля? – серьёзно спрашивает Кир, бросая в мою сторону сумасшедший взгляд.  
Меня словно ведром холодной воды окатывает, и я уже не вижу перед своими глазами того славного весёлого и жизнерадостного парня, в которого когда-то влюбилась по самые уши. Я вижу лишь чудовище без границ, погрязшего в играх, которые не несут игрокам ничего кроме горя.  
– Зачем тебе они? – спрашиваю я, и утирая слёзы подхожу к Киру.  
– Отдай мне билеты! – зло требует он и не позволяет мне забрать сумку.  
– У меня их нет! Отпусти сумку! – я тяну за ручку своей сумочки, чтобы Кир не продолжил поиски, ведь билеты в сумке, он просто их ещё не нашёл.  
Кир резко отпускает сумку и хватает меня за руки. Я дико этого пугаюсь, у него впервые такой бешеный взгляд.  
– Ты, дура! Где? Куда ты их спрятала?! Отдай мне эти билеты! Где они?! Куда ты их спрятала?! Я их продам! Я покупателя нашёл! Я продам и отыграюсь! Все долги раздам и тебе сам куплю эти чёртовы билеты! Ну почему ты вечно мне мешаешь?! – страшно кричит Кир и трясёт меня, делая мне очень больно.  
Сжимает свои пальцы на моих руках с такой силой, что у меня темнеет перед глазами. А я цепенею от страха, потому что у этого чудовища лицо моего Кира, моего любимого Кира. Как же так? Это не может быть правдой! Я не хочу верить, что он докатился до такого и не хочу принимать, что это точка невозврата только что пройдена. Несмотря на мои желания, это само проникает в сознание. Всё. Больше спасать некого.  
– Они у тебя в плаще?! – Кир отпускает меня и бросается к вешалке, на которой висит мой плащ, а я стою и не могу слова произнести, всё как в тумане.  
Собираюсь с духом, потому что Кир уже обшарил карманы и снова бросается ко мне.  
– Выбирай, я или билеты, – шепчу я, с трудом подавив ком в горле.  
– Они в сумке?! Где?! – Кир выхватывает у меня снова сумку и начинает в ней копаться.  
Я просто молча наблюдаю за этим, вижу, как он находит билеты, его глаза озаряются дикой радостью и Кир снова бросается ко мне.  
 
– Милая, я всё верну и даже больше! Вот увидишь! – он обнимает моё безвольное тело и даже не замечает какая я.  
Не вникает в то, что только что случилось и даже смысла ультиматума не понял.  
Я прихожу в себя, только когда дверь за Киром захлопывается. Начинаю судорожно собирать вещи и одномоментно звоню Платону.   
– Забери меня, пожалуйста, – прошу я, как только Платон отвечает на мой звонок.  
Я не думаю, что будет и как, мне лишь бы скорей убраться из квартиры Кира.  
– Выходи, – без вопросов отвечает Платон.  
– Так сразу? Ты уже здесь? Не уехал, что ли? – спрашиваю я удивлённо, отлично же помню, что он уезжал.
– Собирайся и выходи, я у подъезда, – говорит Платон и отключается, не ответив на мои вопросы и не даёт задать новых.  
– Хорошо, я быстро, – отвечаю я уже в пустоту.  
Сначала я переодеваюсь, с ужасом замечая на плечах красные следы от рук Кира. Он даже впился в них ногтями, оставив царапины, и завтра на этих местах появятся синяки.  
Большой сумки или чемодана у меня нет. Как-то всё было не до её покупки, денег едва хватало на то, чтобы выжить. И я готова была с этим мириться, потому что верила в Кирилла, но теперь всё. Верить больше некому. Поэтому я скидываю свои вещи в обычный пакет из продуктового, а ту одежду что на вешалках просто накидываю на руку.   
Выхожу из квартиры Кира, ключи оставляю в почтовом ящике, не боюсь, что обворуют, всё равно выносить из неё нечего. Я открываю дверь подъезда и меня встречает Платон.  
– Давай помогу, – он берёт у меня из рук вещи и мы вместе идём к его машине.  
– Спасибо тебе, но я... – запинаюсь, хочу предупредить его, чтобы не думал, что я ухожу к нему. 
– Я знаю, просто поживёшь у меня, – опережает меня Платон.  
– Сейчас не до новых отношений, – говорю я.  
– Да я понимаю. Ты молодец, что решилась. Садись в машину, Уля, – настоятельно просит Платон и захлопывает багажник.  
Я сажусь на переднее и не верю своим глазам. Те билеты, что так хотел заполучить Кир, лежат на панели.  
– Это что те билеты? – спрашиваю я, беря их в руки.  
Точно те. Я бы узнала их из тысячи.  
– Я за них столько денег в итоге отдал, что ты просто обязана со мной пойти на этот концерт, – говорит Платон.  
И хоть звучит это не очень, а я действительно не могу ему отказать. Не имею права. Киваю, соглашаясь. 
– Точно? Правда пойдёшь со мной? – спрашивает Платон и глядит с недоверием.  
– Я пойду. А как? Как он их тебе продал? Он же знает тебя, и даже не удивился, что ты покупаешь у него эти билеты?  
– Это Яр их купил для меня, – безрадостно отвечает Платон, ему явно не нравится говорить о Кире.  
– Ты знал, что так будет? – вздыхаю я.  
– Был уверен на все девяносто девять. Он болен, уже границ не видит. Пойми ты, тебе от него надо держаться подальше! – повышает голос Платон.  
– Теперь я это понимаю. Он так хотел эти билеты, что просто озверел, я никогда его таким не видела. Никогда, – шепчу я, а от обиды по щекам катятся слёзы.  
– Он тебя трогал? – спрашивает Платон и его лицо искажается от гнева.  
– Нет, нет. Просто, просто озверел, – отрицаю я очевидное, не хочу рассказывать Платону, как Кир из меня чуть душу не вытряхнул.  
– Слабо верится, – хмыкает Платон и сразу переводит тему. – Дома не готовлю, заедем в «Кардамон».  
– Я не хочу есть, – отказываюсь я, действительно не чувствуя голода.  
– Ты должна поесть, а то скоро февраль, тебя ветром унесёт.  
– Почему скоро? Через пять месяцев только.  
– Не так уж много времени чтобы тебя откормить, для ветреной погоды, – смеётся Платон. – Но, вообще, ты Соколова эгоистка. Я-то голоден.  
– Хорошо, поедем, куда ты хотел, – соглашаюсь я.