Ведьма и столичный инквизитор (СИ)

Безумие. Опасное, пьянящее безумие. Эшфорд был смертью в обличье из бархата и стали. А я – дичью, замешкавшейся у острия его праведного гнева. И эта встреча здесь лишь подчеркнула пропасть между нашими мирами. Он – по долгу, а я – пытаясь заглушить тревогу эклером.
Дверь кондитерской распахнулась с веселым звоном, впуская уличный гул и… «солнечный зайчик в желтом платье». Эльда впорхнула в помещение, ее курносое лицо сияло привычной беззаботностью, но в широко распахнутых глазах читалось приглушенное беспокойство.
  
- Тея! Вот ты где! – Она пролетела между столиками, едва не зацепив поднос подавальщицы. – Извините! Ой, Тея, ты не поверишь, что в городе творится. - Она плюхнулась на стул напротив, сдувая светлую челку. Ее взгляд сразу упал на мой недоеденный эклер. - Ох, вишневый! Умница. Мне тоже, пожалуйста! Два шоколадных! – крикнула она в сторону прилавка, даже не глядя. – И кофе покрепче! Ах, Тея, ты слышала? Про Саяну?
Я кивнула, отодвигая тарелку. Сердце сжалось. Милая, всегда приветливая Саяна, которая знала, что я люблю вишневую начинку и всегда улыбалась, когда я заходила. Теперь ее не было.
- Слышала, – ответила я тихо. – Ужасно. Она была такой солнечной.
- Именно! Не могу поверить. Такая милая девушка. Всегда улыбалась.
Эльда схватила принесенный эклер, и откусила маленький кусочек. Ее пальцы сжимали нежное тесто.
– И представь, везде только и разговоров, что про эту… серию. Девушек убивают, Тея! Отрезают уши. Как той дочке пекаря. И еще нескольким другим. Это же кошмар!
Она наклонилась через столик, понизив голос до шепота. Ее глаза стали огромными.
– И знаешь что? У меня… у меня есть подозрение. Кто это мог сделать.
Ледяная игла прошла по моему позвоночнику. Подозрение?
Неужели Эльда что-то видела? Знает? Мысль о том, что убийца мог заметить ее , мою яркую, неосторожную подругу, заставила сердце уйти в пятки 
- Что? Какое подозрение? – спросила я, стараясь звучать спокойно, но внутри все сжалось в комок. – Эльда, если ты что-то знаешь, нужно сразу к жандармам!
Эльда махнула рукой, пренебрежительно.
- Пф, жандармы! Рорк только чай пьет. А Шейн старается, но...
Она оглянулась, убедившись, что нас никто не слышит, и еще ниже склонилась ко мне. Голос стал таинственным, с дрожью возбуждения.
- Сейчас, убийцу тебе скажу. – она сделала драматичную паузу. Наклонилась еще ниже и шепнула. – Баба Руша.
-Ах-ха, - смешок сорвался с моих уст. – Слушай, у старухи Руши плохо с головой, конечно. Людей она не любит, но чтоб уши отрезать?
- Да, нет, дурашка ты моя. – Эльда прыснула смехом - Баба Руша – этот тот, кто мне сказал, кто убийца, - заявила подруга.
М-да, надежнее источника не найти.
- Короче слушай. У трупа Саяны видели Ферита. – Эльда серьезно посмотрела на меня так будто я должна была вскрикнуть от этой новости или еще как-то ярко отреагировать.
- Ферита? Какого Ферита? – не поняла я.
- Ну-у-у! – Эльда скривилась, изобразив на своем личике гримасу крайнего отвращения – сморщенный нос, перекошенный рот, прищуренные глаза, а потом пояснила. – Этого! Уродливого! Садовника из парка. Жуткий такой… бр-р-р! - Она поежилась. – На него смотреть – мурашки по коже! И пахнет чем-то кислым. И мозги на бекрень.
- А-а, тот самый, – я вспомнила неказистого парня с тяжелой челюстью и медленными движениями.
Да, не красавец. Да, мысли с трудом пробиваются в его голову. Но… убийца?
– Эльда, ну это же… Он же безобидный! Глуповатый, да. Не от мира сего. Но чтоб убивать? - Я покачала головой, машинально ковыряя вилкой остатки крема. – Да ты во всех грехах его готова обвинить только потому, что он тебе однажды ромашку протянул, а ты как от чумы отпрыгнула и неудачно упала в лужу.
- Если б к тебе такое страховидло потянулось, ты бы так же испугалась! – парировала Эльда, обиженно откусывая эклер. Крем остался на губе. – И в данном случае я не преувеличиваю, – добавила подруга с набитым ртом. – Девчонки вообще говорили, он у одной сережку украл. И в рот положил. Фетиш у него на ушах. Что непонятного? Не лечат его совсем никак. Да и не запирают. Таких надо изолировать. Между нами говоря, я уже и жандармам все сказала. Можно больше не бояться. А если Бабе Руше не веришь, она не одна так считает.
- Ну, ты еще, - усмехнулась я, посматривая на мою смешную подружку.
Обидчиво надув губки Эльда выдала:
- Парень есть один очень умный…
- Опять парень? – не удивилась я такому повороту. Почти все истории моей подруги начинались со слов «Парень есть один…». Так что я даже не удивилась такому повороту.
- Я не монашка, - ответила Эльда. – В отличие от некоторых. – Она посмотрела на меня, как бы обвиняя в том, что это я решила отдать жизнь на откуп святой церкви.
- Так и говори, что твой новый парень, - раскрыла ее тайного «одного парня» я.
- Йорген Мелл., - пояснила девушка. - Он не хухры-мухры. Университет кончал. – сказала подруга с уважением. – Считай надежный источник.
Эльда, которая сама вообще-то не сильно любила читать, тем не менее очень уважала тех, кто обучался в университете.
- И с каких пор Йорген Мелл такой надежный источник? – спросила я удивленно. – Ты его раньше в упор не замечала.
Лицо Эльды внезапно зарделось, как вишня в моем эклере. Она опустила глаза, кокетливо вертя в пальцах кусочек теста.
- Ну, ты просто зря его недооцениваешь, дорогая. Он такой умный. - Голос девушки стал тише, мягче. – Столько всего прочитал! Знаешь, он даже древние трактаты про здешние леса изучает. Говорит, тут столько тайн.
- А ты-то откуда все эти его… таланты знаешь? – не унималась я, подозрительно глядя на ее румянец. Уж, больно он ее выдавал.
Эльда замялась, потом вздохнула.
- Ладно, ладно! – она отпила кофе. – Он, ну, за мной ухаживает. Помнишь, я тебе рассказывала, как на прошлой неделе в слезах прибежала домой после того, как мой бывший, этот подлец, при всех сказал, что я вертихвостка. - Ее губы дрогнули. – Так вот, я сидела на скамейке у фонтана, ревела, а тут Йорген. Просто шел мимо. Увидел, подошел, протянул чистый платочек. Шелковый между прочим! И сказал, – подруга закатила глаза, воспроизводя. – Сказал: «Не тратьте слезы на того, кто не способен оценить ваше сияние. Он недостоин даже пыли с ваших башмаков».
«Слишком книжно, - промелькнуло в моей голове. – «Как цитата из любовного романа».
- Помнишь, Тея, ты мне говорила, что найдется еще принц, который меня оценит?– продолжала Эльда, сияя.
Я вспомнила тот наш разговор.
– Ну, может, он и не принц. Но он такой достойный! И щедрый! - Подружка тряхнула головой, и я заметила в ее ушах новые сережки – изящные капельки какого-то тусклого, темного камня с едва уловимым мерцанием внутри.
- Вот, подарил. Говорит, они напоминают ему звезды в небе. Как и мои глаза. Поэтично, правда? – она прямо сияла от радости.
- Поэтично, – согласилась я, разглядывая сережки. – Эльда, это все очень мило, но вернемся к Фериту. Почему ты решила, что именно он убийца?
- Весь город уже знает. Его первым там обнаружили. Йорген своими глазами видел. Как это чудовище зависло над бедной Саяной. Может и надругался.
- Эльда, – сказала я мягче, – Если даже твой достойный Йорген не считает нужным обвинять Ферита перед жандармами, хотя видел его там, то нам с тобой и подавно не стоит торопиться с выводами. Пусть жандармы разбираются.
Подруга фыркнула, но, кажется, немного успокоилась.
- Ладно, командирша. Буду молчать как рыба. - Она допила кофе и сменила тему с легкостью мотылька. – Ой, кстати! Видела сегодня Элиаса. Твой аптекарь. Ходит, будто тень неприкаянная. Весь вид – сплошное уныние. Глаза красные. Небось из-за тебя вздыхает? – Подмигнула она. – Признавайся, он тебе душу излил о своей любви, а ты его с лестницы спустила?
  
Я закатила глаза, чувствуя жар на щеках. Опять.
- Мы с Элиасом только друзья, Эльда. Ты это знаешь.
- Да-да, так и поверила, – протянула подруга. – Слухи-то ходят. Старая Руша говорит, что самолично видела ваш поцелуй.