И жар-птица в подарок (СИ)

– В некоторой степени её можно понять. Ты мужчина, князь и долгожитель, ты делаешь свой выбор, сам решаешь и не позволяешь другим указывать тебе, а она тратит молодость на глупый отбор и живёт по чужой указке, пусть бы и близкого родственника. На её месте я тоже бесилась бы не по-детски.
Правда, не стала бы бить ёлочные игрушки исключительно ради облома кайфа деспотичного дядюшки.
– Это не даёт ей повода оскорблять гостей, – непримиримо возразил Дэйм.
Ага, намёк он понял. Впрочем, должен же он, будучи правителем, разбираться в нюансах метафор, сравнений и аналогов, хамство маскирующих и второе дно скрывающих.
– Сегодня вечером мы с Бекой, согласно давней традиции, будем дарить подарки тем, кто работал в смене на этой неделе и с кем мы встретимся уже в новом году, – и тон, и взгляд Дэйма сразу смягчились. – Завтра – тем, кто выйдет на следующей неделе.
– Прямо совсем всем? – уточнила Юлисса. – Лично?
– Конечно.
– А кто работает на отборе?
– Тридцать первого днём. Тридцатого определится победитель… или не определится, однако в любом случае к празднику последние участники отбора покинут Чайку и начнут прибывать гости. Часть гостей останется в замке на два-три дня и, как бы ни была велика Чайка, я полагаю неправильным вынуждать штат обслуживать и наших гостей, и дополнительно претендентов. Что касается тех, кто нанят для проведения отбора, то у них свои семьи и свои планы на праздник.
– Что ж, всё лучше, чем сидеть до четырёх-пяти вечера в пустом зале и притворяться, будто ты занята чем-то страшно важным, потому что начальство категорически против и минуты безделья.
– Если у тебя нет других планов, то после раздачи подарков ты можешь присоединиться к нам за ужином, – продолжил Дэйм. – Он пройдёт позже обычного, но ненамного.
– А потом пойдём к искусству приобщаться? – шутливо подхватила Юлисса.
– Если ты не возражаешь.
Ужинать в компании Ребекки, то вызывающе постной, то желчно ядовитой, хотелось не шибко, тем более без успокаивающего присутствия Арнетти, однако ради желания посмотреть, куда приведёт смена курса властного, придётся потерпеть.
Любопытно ведь взглянуть.
Хотя бы одним глазком.
Да и к теме поцелуев можно вернуться…
– Не возражаю, – улыбнулась Юлисса.
– Тогда до вечера.
– До вечера.
Часть 3
Юлисса проводила Арнетти до портала — да-да, одного из тех, что предназначался для доверенных лиц и местных, а не того недоразумения на нижней площадке, — обняла подругу на прощание и махала рукой, пока та, оглядываясь ежесекундно, шла к пульсирующему белому овалу. Затем отправилась в свою комнату, готовиться к вечеру. Платье выбирала тщательно, сказав решительное «нет» мини и пайеткам. Перетряхнув в очередной раз содержимое чемодана, Юлисса остановилась на нежно-сиреневом, бывшим, наверное, самым скромным не только среди взятых с собой вещей, но и вообще в её гардеробе. Цвет, конечно, не совсем подходил для ужина в такой обстановке, зато сверху всё закрыто наглухо, и юбка длинная.
С высоким разрезом сбоку.
Ну да не страшно, разреза под столом всё равно не видно.
Говоря по совести, хотелось произвести приятное впечатление на Дэйма, показать себя со стороны не то чтобы лучшей, но, по крайней мере, уместной в здешних интерьерах.
И напомнить Ребекке, что яркая внешность, роскошная фигура и длина юбки ещё не повод полагать по умолчанию всякую девушку недалёкой пустышкой. Равно как и нарочито скромная серая мышка не всегда может похвастаться умом, сообразительностью, добротой и покладистым характером.
Но, вопреки ожиданиям, на ужине подстерегал сюрприз номер один.
Сославшись на крайнюю степень усталости и передав через горничную положенные случаю извинения, Ребекка своим присутствием трапезу не почтила.
Юлисса не расстроилась.
Подобно племяннице недавно, Дэйм в отсутствие родственницы тоже заметно расслабился, тон сменил на беззаботный, беседу на строго определённую нейтральную тему не поддерживал и потому ужин прошёл в атмосфере куда более лёгкой, непринуждённой, нежели две прошлые трапезы в этой столовой. За ужином последовала недолгая прогулка по местным галереям и дворикам, закончившаяся у двери спальни Юлиссы. Тут-то и возник сюрприз номер два.
 
После дневной попытки поцелуя Юлисса всерьёз настроилась на повторение этой самой попытки в обстановке более, так сказать, располагающей, без завистливых свидетелей и бьющихся предметов. Даже ждала в некотором, не вполне ей свойственном нетерпении и предвкушала немного. А что такого? Дэйм мужчина привлекательный, ей симпатичен, отчего бы не попробовать? Вряд ли тёмные князья обязаны целовать исключительно своих законных жён.
Однако Дэйм от поцелуев воздержался. Вернее, поцеловал… Юлиссины пальцы при прощании, словно она трепетная юная барышня прошлых веков, которая от нормального поцелуя в губы — об участии языка и упоминать не стоит! — должна всенепременно в обморок упасть. Юлисса так удивилась, что и слов для возражений не нашла. Пожелала в ответ доброй ночи и, озадаченная изрядно, укрылась в спальне.
Где обнаружила сюрприз номер три.
На кровати, посреди верхнего вышитого покрывала, лежала алая роза на длинном стебле.
Банально, да.
Но мило.
Юлисса покрутила цветок в руках, внимательно осмотрела и розу, и покрывало, и вообще всю комнату в поисках записки, или другой розы, или ещё какой-нибудь милой банальности, однако больше ничего не нашла. И ведь очевидно же, что Дэйм не сам её сюда положил, а доверил кому-то из прислуги, — когда Юлисса уходила, цветка не было, а властный весь ужин провёл вместе с ней и никуда не отлучался, — но всё равно неожиданно.
Утром Юлисса встала поздно. Спешить совершенно некуда, на отбор не надо, на работу пока тоже. Правда, без Арнетти стало скучно и тоскливо немного, не с кем поболтать и обсудить всё на свете. И интернета не хватало, и возможности позвонить или написать друзьям. Искать Дэйма без веской нужды резона нет — наверняка занят, да и демонстрировать собственную заинтересованность не хотелось. Ей всего-то любопытно узнать побольше о второй ипостаси князя, ну и просто приятно рядом побыть, пообщаться нормально, особенно когда он не включал сурового властного педанта, а он, поди, сразу вообразит, будто птичка запала… то есть в клетку попалась, на всё согласная и готовая. Нет, настолько упрощать княжескую жизнь Юлисса точно не собиралась.
Позавтракав, Юлисса за неимением лучших идей поплавала в бассейне, позагорала — к счастью, в одиночестве, без соседства с Ребеккой, — и, переодевшись, попросила терпеливо следовавшего за ней сопровождающего отвести на отбор. Помешкав, тот согласился.
Третий этап проходил всё там же, то бишь возле палаточного городка за крепостной стеной. На месте предназначенного для Юлиссы шатра поставили другой, белый и побольше, вокруг, как во все прошлые дни, куча народу. Что подразумевал властный под решением логической задачи, леший разберёт, однако ощущения смены этапа почему-то не возникало. Те же люди, та же суета, камеры, передача коротких команд по рации. Юлисса покрутилась возле своего ныне бывшего поля деятельности, но за ленту ограждения заходить не стала, пошла в палаточный городок. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что палаток здесь с десяток, все служебные, включая походную столовую для персонала и шатёр с поднятым пологом, по обстановке похожий на Юлиссин. Наверняка для Ребекки — должна же княжеская племянница где-то отдыхать и поправлять макияж?
Ничего интересного тут не нашлось. Ни Ребекки, ни Дэйма не видно, сердечного увлечения племянницы тоже, рассчитывать на большую, чем у замкового штата, осведомлённость работников отбора вряд ли стоило. В отличие от прислуги из замка, они в Чайке появлялись лишь раз в году, времени здесь проводили мало, да и менялись наверняка периодически. Побродив среди палаток, Юлисса засобиралась обратно в замок. Вышла на мощёную дорогу, огляделась в поисках оставленного где-то тут сопровождающего.