Мальчик который не спит (СИ)

— Как насчёт Барти Крауча?
— А что он? — пожал плечами Люциус. — Сын хоть и запятнал его имя, но Барти засадил того в Азкабан, не моргнув глазом, где тот и скончался, а следом и его жена. С тех пор работает в отделе международного магического сотрудничества.
— Именно он, — покивал я, глядя на непонимающего Люциуса. — А если я скажу тебе, что его сын, Барти Крауч-младший, всё ещё жив?
  
— Не может быть…
— Жив и давно уже не в Азкабане, — продолжил я под пристальным взглядом Люциуса. — Если вырыть могилу Барти в Азкабане, то там будут лежать женские останки.
— Подмена…
— Его жена, — усмехнулся я криво. — Выпила оборотное зелье и пила его до самой смерти.
— А зелье после смерти не сразу перестаёт действовать…
— Сам же Барти живёт под империусом в доме отца. О нём заботится их домовушка, пока отца нет дома. Такого компромата тебе хватит?
— Побег из Азкабана, непростительное, хоть и на преступнике… Обоих Краучей ждёт поцелуй дементора…
— Да плевать мне, что его там ждёт, — поморщился я. — Сириус Блэк. Вытащи этого идиота из Азкабана, приведи в себя и отдай мне. Пускай в Мунго из него все соки выжмут, но мне нужен адекватный крёстный, а не псих, которого мучали дементоры все эти годы. И вообще, под этот соус можешь инициировать разбор всех старых дел, связанных с твоими коллегами. Кто виноват, кто нет. Плевать, что они все убийцы и прихвостни Волдеморта. Главное, что министерство будет кошмарить ещё долго, а кресло под Фаджем просто развалится.
— Ты всё же не Поттер, — вырвалось у Люциуса.
— Но и не Волдеморт, — ответил я, глядя, как Люциус пытается выработать линию поведения со мной. — Хочешь, чтобы на моём месте был двенадцатилетний сопляк, яро ненавидящий всех причастных к смерти его родителей? Сопляк, который может в любой момент превратить тебя в бездыханный труп? Поверь, метка это сделает очень быстро.
— Знаю, видел, как лорд карал предателей, решивших, что метка их не достанет.
— Я не он, повторюсь, — напомнил я Люциусу. — Ну так что? Мы будем сотрудничать?
— Сотрудничать? — спросил Люциус с иронией.
— Пока я не знаю, как освободить тебя от метки, но подумай о том, что адекватный я лучше Тёмного Лорда, у которого есть все шансы вернуться. Или ты думаешь, что такой дневник, как у тебя, был в одном экземпляре? Со мной не сработало, а что-то другое сработает.
— Понимаю…
— Пока я сам не наберу силу в этом мире и не повзрослею, метку с тебя всё равно не сниму, но и не попрошу ничего, что как-то негативно повлияет на тебя.
— Хорошо, — согласился Люциус. — Но как мне забрать этого?
— Питер, если не хочешь боли, то превратись в крысу, — сказал я, отключая артефакты.
— Г-гари… — упал на колени крыс. — П-прошу… П-пощади…
— В общем, это уже твоя проблема, — фыркнул я, и Люциус взмахнул палочкой, принудительно трансформируя Питера в крысу и парализуя её заклинанием. — Кстати, случайно не знаешь, кто решил конкурировать с бизнесом Флинтов и делать игрушки на магловских станках?
Люциус как-то слегка побледнел и вильнул взглядом.
— Серьёзно? Ты? — удивился я, понимая, что Люциус, если не сам всё организовал, то точно в курсе, кто, а возможно, и в доле.
— Я, — вздохнул Люциус. — Не только игрушки, но и одежда, обувь… Зачем упускать выгоду? Рано или поздно кто-то сам догадается сделать так же. Тем более в следующем месяце мы примем закон, позволяющий заниматься производством на магловских станках, но из магических ингредиентов.
— Пообщайся с Флинтами, они мои люди, — покачал я головой. — Не думаю, что игрушки занимают так много места в твоём бизнесе.
— Довольно прибыльном бизнесе, — покривился Люциус. — Но я тебя понял…
— В общем, договоритесь как-то, — отмахнулся я, не собираясь вдаваться в чужие проблемы.
— Можно вопрос?
— Давай, — кивнул я.
— Что случилось с Помфри и Локхартом? Я проверял, и никто из них не покидал страну.
— Ах да… Это последняя для тебя новость, которую тебе лучше не знать, но раз ты спросил… Дамблдор, Помфри и Локхарт — все они были проклятыми нагами.
— Не может быть! — не сдержал Люциус своих эмоций.
— Мне незачем врать, поэтому решай сам, но когда я взорвал Помфри бомбардой, из неё вылезла огромная змея. Что стало с Локхартом, я не знаю, мне пришлось быстро покинуть Больничное крыло.
Люциус глубоко задумался от моих откровений. Я уже думал, он просто сознание потерял, но через несколько минут мужик очнулся.
— Это очень ценная информация… — сказал Люциус осторожно. — Но против Дамблдора её не использовать. Без доказательств уж точно. Придётся долго и упорно копать в этом направлении.
— Моё дело маленькое, но главное, что в Хогвартсе он не может причинить вреда детям, хоть и ищет способ сделать из нас инкубаторы для новых наг. И есть подозрение, что логово наг находится где-то в канализации Лондона.
— Там мили тоннелей, и найти логово среди всего этого дерьма будет попросту невозможно.
— Кстати, ты случайно не говорил Драко ничего обо мне?
— Нет, а что?
— Да как-то странно он на меня реагирует в последнее время… Даже не оскорбил ни разу… Ладно, может, всё же переборол неприязнь из-за отказа в дружбе.
На этом наше общение с Люциусом было окончено. Я долго думал, как вообще к нему подступиться, и в итоге додумался до такого вот экспромта. Чтобы ошарашить мужика и не дать перехватить инициативу.
Я собирался переиграть Дамблдора, который, скорее всего, выпустил Сириуса из Азкабана. Всё же Сириус там не один год сидит, а тут раз — и в следующем году сбегает. Как? Ну, видимо, просочился сквозь стену, другого объяснения у меня нет.
Заодно нельзя дать Барти создать гомункула из души своего лорда, а после и воскресить во время турнира. Чем дольше основная часть Волдеморта будет находиться в виде духа, тем больше времени у меня будет на уничтожение всех крестражей.
Тут без вариантов. Волдеморт — самый опасный из существующих врагов. Что там Дамблдор мутит, ещё совсем не ясно. Столько лет директор и не нашёл способа порабощать учеников?
У меня даже мелькнула мысль, что Дамблдор может быть и не на стороне наг. Всё же разум у мага остаётся старый, несмотря на паразита. Может, Дамблдор хотел дать нагам второй шанс и стал с ними как-то сотрудничать? А после показал, что настолько им доверяет, что готов посадить паразита в себя?
Не знаю, но такое безумие всё же может случиться. Дед иногда выдаёт такие перлы, что весь магический мир трясёт годами.
— Что думаешь? — спросил я у вяло жующего торт Рона.
Парень, похоже, совсем в шоке, поэтому я попросил Тика плеснуть ему в чай и пирог побольше успокоительного зелья.
— Ты не Гарри… — были первые слова Рона.
— Мы временно поменялись с ним местами, — кивнул я, зная, что в комнате, оккупированной мамой Луны, можно говорить свободно. — С ним всё в порядке. Сидит, читает книги у меня в голове. Как найду способ раздобыть ему тело, так сразу выпущу.
— Хм…
— Ещё вопросы?
— Наш договор…
— Твоя клятва в силе, — кивнул я. — Давал ты её мне, а я такой же Поттер, как и Гарри.
— Ты смог подчинить Чёрную метку?
— В точку, — ответил я. — Давай я сначала поведаю тебе свою историю, а уже потом ты задашь мне свои вопросы. А то так мы до утра просидим, а мне ещё артефакторикой нужно заниматься.
— Малфою ты ничего не рассказал…
— Малфой хоть и повязан со мной меткой, но всё равно может взбрыкнуть, — вздохнул я. — До последнего не хотел идти с ним на контакт, но надо. Сам поймёшь почему. Слушай, и, Тик, мне тоже оформи пирог, только без успокоительного.
— Как прикажете, господин!
  
К концу моего рассказа Рон слегка впал в прострацию, но быстро из неё вышел. То ли зелье подействовало, то ли парень сам справился.
— Твои девушки правы, — сказал Рон через некоторое время.
— Они не мои девушки!
— Думай так дальше, — хмыкнул Рон. — Так вот. Общение с тобой и правда мозги прочищает конкретно. Ты, может, и не заметил, но я сейчас провожу в библиотеке не меньше времени, чем Гермиона, а то и больше. У неё же сейчас куча подружек, и, как ни странно, она стала самой популярной девушкой на нашем курсе.