Попаданец в Дракона 2 (СИ)

Думову не очень понравился тот фанатизм, с которым Галадрос расписывал свой путь. Лев давно взял в жизни правило, что если кто-то начинает с таким пылом вам что-то рассказывать, как пить дать он планирует вам это «что-то» продать!
Видимо, Галадрос тоже заметил неуверенность Льва и тут же поменял подход.
— Но не беспокойся, юный Аргалор, процесс превращения в лича доступен лишь начиная от ста лет и старше. Как я сказал, смерть — это разумная эволюция, следующий шаг на бесконечной лестнице развития. Чем сильнее был «путник» при жизни, тем величественнее он будет после смерти. Следовательно, нельзя перешагнуть на последнюю ступеньку, не пройдя перед этим их все. К тому же, ты сам примешь решение, хочешь ли ты идти или нет. От себя я лишь предоставлю тебе знания и возможные пути…
Пылающие зеленым светом провалы глаз Галадроса впились в замершего дракончика, требуя от него ответа.
Казалось бы, в чём проблема? Здоровенный мертвый дракон, истово вещает о торжестве смерти и настоятельно просит тебя принять предложение ученичества.
И какой-нибудь наивный дурак мог бы повестись на предложение бесплатных знаний.
Вот только Лев очень сомневался, что всё пройдет так просто. Даже если обучение и будет таким беззаботным, как обещает Галадрос, то где гарантия, что по итогу отказавшийся от невероятной чести личефикации ученик, сумеет уйти от оскорбленного в лучших чувствах учителя?
Но и отказываться так сразу тоже было нельзя. Лев совсем не хотел обидеть терпеливо ждущего его ответа древнего мертвого дракона.
— Ваше предложение честь для меня, — вежливо ответил Думов, старательно тяня время и пытаясь придумать благозвучный отказ. — Предложение ученичества от кого-то вроде вас — это предел мечтаний для столь молодого дракона, вроде меня. Не могу и представить, какого могущества вы добились после… сброса смертной оболочки…
Хоть Галадрос и был давно мёртв, но он всё ещё оставался драконом, поэтому с удовольствием принялся поглощать весь тот поток лести, что щедро замешивал Думов.
Сам же Лев тянул время как мог, надеясь, что вернувшаяся Сариана заметит неладное, но помощь пришла совсем не от матери.
— Что тебе здесь надо, мертвяк? — громыхнул басовитый рык и Галадрос недовольно обернулся, встретившись взглядом с подошедшим отцом.
— Доругот, — ментально скривился Галадрос. — Что ты здесь делаешь? Разве ты не занят очередными бесполезными попытками вернуть Империю и создать новое поколение драконов? Подожди-ка…
Костяной дракон оглянулся и куда внимательнее осмотрел дракончиков.
— Получается, это твои? Вот, значит, по какому пути ты решил пойти? Я даже не знаю, меня больше удивляет или веселит твоё упорство!
— Что я собираюсь делать, тебя и твою мертвячью клику не касается. Идите и мечтайте о своём царстве смерти и некроложестве с трупами где-нибудь в другом месте!
Лев не удивился, что Доругот и Галадрос друг друга знают. С продолжительностью жизни древних драконов они так или иначе имели несколько взаимодействий. И, зная драконов, скорее всего эти отношения были напряженными.
И что имел в виду Доругот, говоря о царстве смерти?
Два дракона грозно смотрели друг на друга, расправив крылья и не думая отступать. Также Лев отметил, что ближайшие драконы смотрели на Галадроса не очень благосклонно. Очевидно, даже у магических ящеров отношение к нежити было не самым лучшим.
— Хорошо, Экспериментатор, — сказал, как выплюнул Галадрос, когда в стороне появился красный дракон из «полицейских сил». — Продолжай свои бесполезные попытки. А я вернусь к тому, что реально поможет драконам.
Больше не говоря ни слова он ушел прочь. Лев же тихо выдохнул, почувствовав, как ему стало проще, когда такое количество смертоносной магии смерти исчезло.
Скрытый в висящем на шее когте Игни отправил своему хозяину похожее на облегчение чувство. Маленького духа огня сильно напугал дракон смерти.
Доругот сел за стол справа от дракончиков и внимательно их осмотрел, словно хотел убедиться, что всё в порядке. Когда его взгляд дошел до Сиарис, или, как её называли в прошлом, Латунной, то он заметно потеплел.
 
Однако и сам Лев удостоился внимательного взгляда. На мгновение Думов забеспокоился, что сейчас повторится рекламная акция версия два-точка-ноль, но Доругот быстро потерял к нему интерес и повернулся к Сиарис.
Остальных дракончиков для него словно бы не было, что, если честно, немного ужалило драконьи чувства Льва.
— Дочь моя, я рад видеть, что ты прошла испытание Олдвинга. И тем более рад твоему уровню. Очень давно в нашем роду не было такого выдающегося результата.
— Да, отец, — улыбнулась Сиарис, но тут же съежилась и неловко посмотрела на Льва. — Но отец, Аргалор получил даже больше!
— Это так, — коротко согласился золотой дракон и было очевидно, что ему не особо по душе переводить разговор на эту тему. — Откровенно говоря, я удивлён, что цветной дракон сумел подобного добиться.
— И почему это? — взыграл драконий характер Льва, раздраженный пренебрежительным тоном отца. Не давая себе сожалеть о том, что вообще раскрыл пасть, Думов продолжил напор. — По-вашему цветные драконы в чём-то хуже металлических?
Казалось, прямо сейчас должен был начаться апокалипсис, но Доругот лишь хмыкнул и чуть прикрыл глаза.
— Как необычно видеть самые яркие черты Сарианы в её детях. И нет, юный дракон. В моих словах не было ущемления твоего рода. Дело лишь в том, для чего именно были созданы Обелиски.
— И для чего? — поспешила вмешаться Латунная, чем заставила у отца разгладиться вздыбившиеся межбровные чешуйки.
— Хм-м-м, дело в том, что создавая свою Империю, Олдвинг Великий столкнулся с проблемой её контроля и управления. Мы, драконы, не самые послушные, разумные и миролюбивые подданные. Очевидно, используя нас, металлических, для контроля, многомудрый Олдвинг глядел куда дальше, чем мы с вами способны. Он желал, чтобы и все остальные рода драконов были похожи на нас, металлических, и поэтому…
— Опять рассказываешь глупые сказки металлических? — грубо прервала его вернувшаяся Сариана. — Забудьте дети всю эту сладкую чушь. На самом деле старший Олдвинг создал обелиски, чтобы избавить нашу расу от слабых, глупых и извращенных элементов. Именно благодаря ему мы становимся сильнее, а не деградируем как те же смертные расы.
— Да неужели? — едко уточнил Доругот. — Хорошо, две из проверок созданы для того, о чём ты говоришь, но что насчет остальных трёх? Даже полному болвану очевидно, что они должны искать кого-то, кто похож на металлических!
— А вот и нет! Они созданы, чтобы учить нас, цветных, знать свои пределы и контролировать самих себя!
— Ты сама себе противоречишь!
— А ты несёшь полную чушь!
— Это надолго. — поморщилась синяя Аримат и тяжело вздохнувшие остальные дракончики это подтвердили. Они предпочли немного сдвинуться от ругающихся родителей, чтобы спокойно поесть.
Но Аримат была не права. Доругот и Сариана довольно быстро успокоились и всё остальное время общались мирно.
Лев до последнего ждал, что что-то пойдет не так. Произойдет ли неожиданное нападение великанов, решивших спасти своего соотечественника или очередной жуткий дракон начнёт зазывать его в свои ученики, но, к счастью, тинг мирно подошел к концу, и драконы двинулись к портальным площадкам.
Сариана, не желая толпиться в очереди, пошла одной из первых.
— О, вы наконец вернулись! — радостно поприветствовал их лежащий на самой большой горке сокровищ коатль. — Как прошел тинг? Вижу, наречение имён прошло в высшей мере успешно. — быстрой болтовнёй в очередной раз подтвердил летающий ящер слухи о чрезмерной болтливости своей расы.
— Хватит тратить наше время, — фыркнула Сариана. — Покинь мою пещеру, пока я тебя не поджарила.
— Госпожа, вы как всегда такая грубая, — ничуть не обиделся взлетевший коатль. — Ну тогда увидимся через двадцать лет. А я полетел-полетел!
С этими словами змееподобный дракон развил невероятную скорость и словно молния устремился к выходу из сети пещер.