Нелюбимый муж. Вынужденный брак для попаданки (СИ)

Баюкая малыша, я как раз ходила по дому, когда увидела Дара и не одного, а в сопровождении настоящей КОЗЫ. Вживую я это животное видела впервые. Раньше — только на картинках и в роликах. Всю жизнь прожила в городе, на зоопарки денег у нас с бабушкой не было. И сейчас я во все глаза смотрела, как коза с любопытством заглядывает в приоткрытую дверь своими огромными светлыми глазами с горизонтальным зрачком.
  
А пока мы с козой рассматривали друг друга, ребёнок, будто бы почувствовав, что еда где-то рядом перестал плакать, но завозился в моих руках. Правда, понял он это, кажется, раньше, чем я. Потому что я ошарашено спросила:
— А зачем она?
В первое мгновение подумалось, что он собирается убить бедное животное и пустить на фарш. Да, мысль ужасная и кровожадная. Но о том, что бывает козье молоко я как-то благополучно забыла.
— Самое полезное молоко у коз, Аня.
— Молоко… — повторила я, не замечая, что с улицы в дом заходит холод, потому что продолжала смотреть на животное, которое так же придирчиво рассматривало меня. Мне даже упрёк чудился в этих её глазах, мол, вот бесполезная, без меня даже накормить своего ребёнка не можешь…
И тут в голову пришла новая мысль.
— Но я не умею… доить… — почему-то покраснела от этого слова. Ну и от самой мысли прикоснуться к груди козы. Ей же наверное будет ужасно неприятно…
Брови Дара приподнялись.
— Не умеешь? Ты же в деревне росла.
— Я? Нет, я не… — и запнулась. Я же сказала, что память потеряла, а не всю правду!
Тут же прикусила язык и исправилась.
— Я не пробовала никогда. И не…
— Точно. Ты же забыла, — хлопнул Дар себя по лбу, а мне стало невыносимо стыдно, что я вру ему. Он же хороший оказался. И кажется тоже меня любит. Наверное, надо сказать ему правду… Но как? Какой выбрать подходящий момент?
Он вот ходил, искал козу, покупал для моего сына. А я ему с порога — вообще-то я не та, за кого себя выдаю? И никакая я не Анка. И память я не теряла. И врала тебе всё это время за то, как ты со мной добр?
— Не переживай, я сам подою.
— А ты умеешь? — распахнула я глаза.
— Да что там уметь-то? — усмехнулся Дар. — Я ж в деревне рос. И всё помню. Ничего, ближе к лету и тебя научу. Сейчас холодно будет рукам. Простудишься ещё, — он ласково мне улыбнулся и обернулся к козе. — Ну пошли, буду показывать тебе твой новый дом.
К моему удивлению, сообразительная коза, бросив на меня взгляд, полный превосходства (ведь это её мой муж ведёт в её новый дом, и она будет давать молоко для моего ребёнка!), развернулась и спокойненько пошла по расчищенной от снега дорожке в сторону построек во дворе. А я вздохнула.
Ну как так выходит, что я даже элементарного сделать не могу? Ни сына сама накормить, ни подоить хотя бы козу для этого? Хотя, если честно, она так понимающе смотрела, что мне как-то даже боязно к ней подходить. Может, я ей не понравилась? Козы вообще кусаются? Не знаю, как остальные, а эта кажется — да…
Но как бы там ни было, совсем скоро Дар вернулся с небольшим ведёрком молока, которое заботливо процедил через марлю в кружку.
— Он наверное так пока не умеет пить, — с сомнением я покосилась на попискивающего на моих руках сына.
Дар улыбнулся.
— Скажешь тоже, Аня, — и достал из кармана небольшую бутылочку с соской. — Я это тоже купил.
И я снова покраснела. Ну конечно же, он и об этом подумал! А я всерьёз решила, что собирается его из кружки поить…
Не прошло и пары минут, как Дар подошёл ко мне с бутылочкой и протянул её к губам малыша, придерживая его снизу второй рукой. Вообще я думала, он мне отдаст, чтобы покормила, но он решил иначе.
— Тебе тяжело его самой держать. Больно большой для тебя, — объяснил он своё поведение, и у меня в груди снова потеплело.
Неужели это всё реальность? После всего, что было у нас — сейчас вот так? Стоим так близко друг к другу, кормим моего ребёнка вместе… И я чувствую, как ласково Дар на меня смотрит…
После кормления Дар сказал, что надо поносить ребёнка «столбиком». Ему так посоветовала девушка, у которой бутылочку покупал. Поэтому я честно носила. Пару минут. А потом он забрал малыша, сказав, что мне тяжело с ним ходить и я надорвусь.
— Но Дар, — возразила я робко, всё же отдавая свою и правда не сильно лёгкую ношу. — Ты же не будешь всегда рядом, мне нужно привыкать…
— Я взял выходные, — сознался он и вздохнул. — Первый раз за все годы. Пока на полторы недели, потом посмотрим.
Я замерла, глядя на него во все глаза.
— Выходные? Ради меня? — правда не могла поверить, что он так просто оставил своё дело, чтобы быть рядом.
Для меня никто никогда ничего подобного не делал. Кроме бабушки. Поэтому меня это растрогало до слёз… Которые Дар тут же принялся утирать свободной рукой.
— Ну ты чего ревёшь-то? Не рада?
— Я рада… Да… — шептала ему. — Спасибо…
И от переполняющих чувств поцеловала эту самую руку, которой он утирал мои слёзы. Глаза мужа тут же потемнели, и он остановился рядом, нежно оглаживая мой подбородок.
— Такая ты стала… ласковая… — и с этими словами коротко поцеловал меня в губы.
Но сразу отстранился.
— Сейчас ещё немного поношу… ммм… ребёнка… и…
Я не сразу сообразила, откуда заминка. Но Дар сам объяснил:
— Ты ему имя-то выбрала, Аня?
А я и растерялась. Конечно, не выбрала.
Про себя всегда звала просто «малыш», «крошка». Иначе даже в голову не приходило. Но вообще перед его появлением на свет пару раз задумывалась об имени, и сама хотела у Дара спросить об этом. А потом как-то отложила этот вопрос до его рождения. Но вот момент настал. А имени у крохи так и нет…
Ну и какое дать? Я же местных порядков не знаю. Имён много тоже не слышала. Что слышала — не нравилось. Из всех лишь одно казалось приятным на слух… Очень.
Я подняла нерешительный взгляд на мужа:
— А любое выбрать можно?
Дар пожал плечами.
— Ну конечно.
— А ты… бы как назвал?
Он вздохнул.
— Не думал об этом как-то… — сказал слишком поспешно для того, чтобы это было правдой.
Он наверняка бы предложил свои варианты, будь это его сын. Но сейчас не хочет ими делиться. А я всё не могла выбросить из головы свой…
Отчего-то именно он казался правильным. И чем больше я сейчас об этом думала, тем увереннее становилась. Главное, чтобы Дар не был против…
— А можно… Можно дать ему твоё имя? — всё же решилась и спросила прямо.
Ну откажет, так откажет. Тогда возьму какое-то из своего мира. Но мне бы очень хотелось, чтобы не отказал. Потому что в этом мире только два человека для меня имеют самое большое значение. Только двоих я люблю так, что в груди не умещается это чувство. И очень-очень мне хочется, чтобы звали их одинаково…
— М? — встрепенулся муж, глядя на меня удивлённо.
— Ну мне нравится твоё имя… Красивое, мужественное. И ласково тоже приятно звучит…
— Ласково? — переспросил хрипловато.
— Ну да… Дар, Дарушка…
Муж громко сглотнул.
— Ты… Ты так его хочешь назвать? Как сказала. Как меня?
— Ну если ты не против… — неловко улыбнулась.
— Если ты хочешь, я не против… Никогда не слышал, чтобы так говорили…
— Как?
— Ласково… — он смотрел на меня жадно, и я не сразу сообразила, что ждёт, что я повторю.
Потому что так можно звать не только сына? Но когда сообразила, то конечно же, не стала медлить. Тем более если он разрешил…
— Дарушка… — произнесла тихо и медленно, и синие глаза мужа вспыхнули светом. Добрым и тёплым.
— Да, давай звать так, — уверенно кивнул он и принялся теперь укачивать затихшего совсем малыша, бросая на меня долгие задумчивые взгляды.
  
Глава 35
   
Эти взгляды волновали меня до самого вечера. А между тем мы всё так же вместе готовили ужин, убирали со стола, кормили Дарушку ещё много-много раз, меняли ему пелёнки, а к вечеру ещё и решили искупать…