Измена. (не) удобная жена (СИ)

Готов ли он рисковать всем, если не сможет довериться мне, или же любовь к своему детищу важнее наших недавних разногласий?
Я не стану сама просить его оформить доверенность на меня. Это принципиально важно, чтобы он сам предложил этот вариант.
Как и с Ниной, этот момент является для меня ключевым.
Да, со временем мой пока ещё муж сможет работать из дома, но у меня будет пара месяцев, чтобы решить те задачи, которые я запланировала для себя с момента, когда впервые заподозрила Курбатова в измене.
  
Каждый шаг для меня самой был предопределён ровно с того момента, как я позвонила Ирине.
Тогда я отчётливо поняла, что он мне врёт.
А это означало только одно для такой женщины, как я: расставание с предателем.
Конечно, я не думала, что всё будет так стремительно, но жизнь сама расставила всё по своим местам и намекнула — мне надо действовать, пока она предоставляет такой шанс.
Только сегодня, в свете тех обстоятельств, что сложились с нами, меня теперь уже не интересует ни его отдельные счета, ни его любовница, ни это обман.
Теперь у меня другие приоритеты и интерес.
— Альбина Альбертовна, — звонок в телефон заставляет меня вернуться к реальности.
— Да, — отвечаю. — Вениамин Ренатович, здравствуйте.
— Мы нашли ту самую дамочку, которую вы искали.
— Оперативно вы… Всего лишь день и уже нашли, — восхищаюсь его работой.
— А то! — горд собой. — Гостиница «Весна» на самой окраине города, одноместный номер, самый дешёвый.
«Неудивительно, своих денег у неё нет. А любовник не успел раскошелиться», — думаю про себя и ухмыляюсь.
Детектив диктует мне адрес и даёт несколько советов, как пройти через ресепшен, чтобы ей не сообщили заранее о моём визите.
Не тороплюсь на эту встречу. Мне есть что обдумать и взвесить. Хочу просто выпить чашечку кофе и посидеть в тишине.
Как жаль, что посоветоваться не с кем. Всё приходится продумывать и решать самой.
Но, может, с другой стороны, и лучше. Подруги могут начать выводить меня на эмоции в желании отомстить ему, а мне нужна ясная голова, где нет ничего лишнего.
Слишком большой риск потерять всё, хотя я имею право как минимум наполовину.
Наш дом поделён по долям на троих: Курбатова, меня и Ладу. Так мы решили, когда строили его.
В нём полно антиквариата и прочей ерунды, которой так любил кичиться Курбатов.
Квартира подарена Ладе. Машины мы поменяли совсем недавно, и они стоят куча денег.
Курбатов любил статусность и показуху, и как раз аккурат перед аварией поменял и мою, и свою.
Моя стоит вон, целёханькая, а его восстановлению не подлежит.
Что у нас остаётся ещё делить кроме этого? Счета фирмы. Там немалые деньги. И здесь я намерена разгуляться.
В конце концов, и мне нужна моральная компенсация за все страдания. Физических, мне повезло, а вот моральных хоть отбавляй. А такие порой потяжелее, чем физические переносятся.
Для того, что я задумала мне нужно отвлечь внимание Курбатова на даму его сердца. Мне главное сейчас, чтобы он был сосредоточен на чём угодно или на ком, но только не на фирме, и не на мне.
Следуя указаниям детектива, без труда нахожу нужный этаж в гостинице.
Стою перед дверью и улыбаюсь.
Сейчас я увижу её лицо, украшенное синяками после аварии, и получу истинное удовольствие от её реакции на встречу.
Интересно, что она мне скажет?
Стучусь. Несколько минут тишины в ответ.
Думаю, что она не ушла отсюда с такой физиономией. Скорее всего, просто спит.
Она сейчас несколько дней должна сидеть тихо, как мышка, и не показываться. Тем более, она же для всех в отъезде…
Снова стучусь, теперь уже громче.
— Кто там? — тихо спрашивает она с той стороны.
— Уборка номера, — меняю голос.
Несколько мгновений она не открывает дверь, словно сомневается.
Но когда открывает, как я и предполагала, нужно видеть её лицо, выражение глаз и удивление.
Кого, кого, но меня она явно не ожидала встретить здесь.
— Ну здравствуй, Анечка…
— Здравствуй…те, тетя Альбина, — режет слух её «тётя Альбина».
— Пригласишь?
Она на миг замирает, очевидно, не зная, как ей поступить дальше. Закрыть передо мной дверь и спрятаться — это глупо и по-детски.
Но она уже не ребёнок, а взрослая женщина, и пора нести ответственность за свои поступки.
Какой выбор сделает? Смелая или трусиха?
Смотри-ка, даже дверь передо мной не захлопнула!
Я удивлённо поднимаю бровь, понимая, что этот жест не просто так, он как вызов.
Она буквально распахивает дверь перед моим лицом, будто говоря: «Ну, заходи, я тебя не боюсь!».
— Проходите, — произносит она с вызовом, подняв подбородок так, что мне становится ясно: эта девушка не привыкла отступать.
Дверь открыта настежь, а в её глазах нет ни тени страха.
Ну, по крайней мере, она хочет такой казаться совершенно точно.
Не могу оторвать взгляда от её лица, пока захожу, и, кажется, она замечает это.
Сдаётся и краснеет.
— Кажется, ты немного переборщила с макияжем. Слишком яркий, знаешь ли, — говорю, внимательно следя за её реакцией.
Да, мне хочется акцентировать внимание на её физиономии, как напоминание, что где она была и что она делала совершенно недавно.
Внутри меня поднимается лёгкий смешок, который постепенно перерастает в откровенный без всякого стеснения смех.
Я пытаюсь сдерживаться, прикрывая рот рукой, но вскоре уже смеюсь открыто, не скрывая эмоций.
— Что вам надо?
  
Глава 30
 
Захожу в номер. Самый дешёвый, как я и предполагала.
Здесь только кровать, тумба, стул, стол и телевизор. И больше ничего. Минимальный набор.
Да, не всегда кошелёк Курбатова обещает благо и удовольствие.
Тебе придётся и с дерьмом от него столкнуться. Причём в прямом смысле слова.
Опять улыбаюсь от этой мысли, чем злю её.
Оглядываюсь. Бардак в комнате отталкивает.
Пакеты от новых вещей разбросаны по полу, вещи, видимо, в которых она была в вечер аварии сброшены в кучу в углу.
Постель не заправлена.
Здесь же стоит стул, на котором валяется пустая упаковка от быстрой еды. Неряха…
Курбатов с такой бы на третий день совместного проживания переругался и научил, как соблюдать чистоту.
На чистоте, как и на пунктуальности, он помешан.
— Что вам надо? Зачем вы пришли ко мне?
— Сама догадайся. Но вплоть до банальности, представляешь! В глаза твои бесстыжие хотела посмотреть.
— Ну что же, смотрите, — подходит, встаёт рядом, чтобы наши глаза на одном уровне были.
Складывает руки на груди, и поднимает гордо нос. Играем в переглядки не больше минуты, потому что она первая не выдерживает и всё-таки отворачивает лицо.
— Знаете, а так даже проще
Отходит к окну и отворачивается. Волнуется она, как ни крути, волнуется!
— Если вы здесь, значит, прекрасно понимаете, кем я прихожусь Михаилу и почему оказалась в этой гостинице. Очевидно, что вам известно всё о моих отношениях с вашим мужем.
— Ну естественно.
— И чего вы ждёте от меня сейчас? Если думаете, что я рухну перед вами на колени, буду молить о прощении и просьбе сохранить нашу с ним нашу связь втайне, то ошибаетесь. Честно говоря, мне плевать!
Вот так… Иногда достаточно лишь чуть приоткрыть завесу тайн, чтобы увидеть истинное лицо человека.
Особенно когда речь идёт о тех, кто казался нам близким.
Милая когда-то девушка с вечно добродушной улыбкой, озорливыми глазами, приветливым взглядом, и которую мы часто видели у нас дома в общении с Ладой, внезапно превратилась в совершенно другую личность: уверенную, горделивую, высокомерную женщину, точно знающую, чего она хочет.
  
Она, полагаю, взяла себя в руки после неожиданной встречи в дверях гостиницы, расправила плечи, держится уверенно, словно демонстрируя мне своё превосходство.
Прищуренный взгляд, особенно с этими синяками под глазами, кажется, мне в эту минуту невероятно агрессивным. Но я, естественно, её не боюсь.