Последняя Золушка (СИ)

— А что говорят? — спросила она наконец спокойно. Даже слишком спокойно, что показалось Анне страшным.
— Говорят, — прошептала Анна, — что герцог влюбился в Марию ещё на балу. Что это она та прекрасная незнакомка…
Диана спросила:
— Она?
— Но это не она, — ещё тише сказала Анна, посмотрев на Диану. — А почему все так думают?
— Я не знаю, — обессиленно ответила Диана, — но спасибо, что рассказала.
  
Анна подвинула блюдо с пирожными ближе к Диане:
— Диана, что с тобой? Ты расстроилась?
— Нет, Анна, всё хорошо, — сказала Диана тихо. — Просто не ожидала, что герцог и Мария вместе. Неожиданно.
Диана встала и вышла в коридор. Анна осталась сидеть на кухне, не понимая, почему вдруг мир стал холоднее.
Диана прошла в свою комнату и закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной, долго пыталась проглотить странный комок, образовавшийся в горле.
Но, не преуспев, села прямо на пол, так, как и стояла, прижавшись спиной к двери, и слёзы полились из прекрасных глаз бывшей феи-крёстной.
Она посмотрела на кресло у окна, на сумку с тетрадями, на стопку книг… Она же всё делала правильно. Почему тогда всё так?
***
Диана не помнила, как вчера уснула, но проснулась рано. Ощущения потери и горя не прошло. Голова была тяжёлая, и хотя утро было ясным, Диане казалось, что даже птицы щебетали как-то по-особенному, будто предчувствовали грозу.
Диана сидела у окна, глядя на аллею, по которой всего несколько недель назад уехал герцог Берг, чтобы уже никогда не вернуться в её жизнь, и старалась ни о чём не думать. Ни о герцоге, ни о том, как вчера ей было больно, ни о том, как внутри всё выворачивалось каждый раз, когда она представляла, что теперь с ним всегда будет Мария.
Юлиус влетел в окно, как обычно, без предупреждения и с деловым видом уселся на подоконник.
— У нас проблема, — выпалил он, приземлившись на спинку стула.
— Доброе утро, — сухо отозвалась Диана.
— Пропустим вежливости. Сегодня во дворце объявляют помолвку герцога Александра Берга и Марии Тремейн. Всё по протоколу: сначала речи, много гостей, аплодисменты, цветы, и даже оркестр. Только вот…
— Что? — спросила Диана, в которой вдруг проснулась слабая надежда.
— Только вот, — повторил Юлиус, — у Марии нет хрустальной туфельки, а у тебя есть. — Юлиус победно щёлкнул клювом и достал из-под крыла небольшой свёрток. — Да и шкаф передаёт тебе привет.
Диана развернула ткань, и у неё в руках оказалось то самое платье. Серебристое, мерцающее, воздушное, будто сотканное из звёздного света. Диане показалось, что платье стало ещё прекраснее, чем в ту бальную ночь.
— Надевай, бери туфельку — и марш во дворец, — скомандовал Юлиус. — И покончим с этим. И пожалуйста, появись эффектно, — добавил Юлиус. — Ты же знаешь, как я люблю драмы.
  
Глава 30
 
Теперь у Дианы был свой выезд, и не надо было уговаривать готическую карету или использовать пауков, заставляя их превращаться в лошадей.
Переодевшись и сделав причёску, Диана надела обычные туфельки, а хрустальную туфельку взяла с собой.
— Ты же обещала бороться! — негодовал Юлиус. — А сама села у окна, ждать погоды. Запомни, Диана, в сказках, как и в жизни, каждый получает не то, чего ему кажется, что он достоин, а то, за что он борется.
И Диана с благодарностью подумала: «Правда, и чего это я расклеилась?»
И полная решимости, она ехала во дворец, и ей казалось, что люди, встречающиеся по дороге, радостно кидают вверх шляпы, именно потому, что знают: она не опустила руки, она продолжает бороться за своё счастье.
Возле замка карета остановилась. Дверцу, которая на этот раз не пыталась его укусить, открыл слуга. При взгляде на Диану его глаза расширились.
— Прекрасная незнакомка, принцесса! — Слуга помог Диане спуститься и спросил: — Вы на церемонию?
Диана величественно кивнула, заодно попытавшись увидеть, где Юлиус, но совы нигде не было видно.
Диана вошла во дворец, двери распахивались перед сияющей, словно упавшая с неба звезда, прекрасной незнакомкой.
Церемония шла полным ходом.
Во дворцовом зале собрались все: министры, придворные дамы, даже принц Гарольд в новом камзоле с перламутровыми пуговицами. В центре большого, хорошо освещённого зала стояла пара — Мария в наряде, копирующем то самое платье, но с перебором стразов и странным бантом на спине, и герцог.
Диане показалось, что герцог выглядел потерянным и даже слегка напряжённым.
— Мы собрались здесь, чтобы объявить союз двух благородных домов, — гремел голос глашатая. — Герцог Александр Берг и леди Мария Тремейн.
Все стоявшие в зале взорвались аплодисментами, кто-то из дам завистливо охнул.
— …и пусть их помолвку подтвердит поцелуй.
Герцог обернулся к Марии. Та закрыла глаза, приоткрыла губы, слегка подалась вперёд…
И тут сверху прямо ей на голову рухнула сова.
Юлиус врезался Марии прямиком в причёску, отчего та взвизгнула и начала отбиваться руками от совы.
Герцог застыл, почему-то даже не пытаясь помочь своей невесте. Да что там герцог, весь зал замер в непонятном ожидании.
А Юлиус как ни в чём ни бывало снова взлетел и устроился на люстре.
— У меня аллергия на фальшь, — проворчал Юлиус. — Простите, не удержался.
В зале воцарилось молчание.
И в этой напряжённой густой тишине вдруг раздался голос:
— Если леди Мария — та самая прекрасная незнакомка из волшебного леса, то пусть она покажет хрустальную туфельку.
Диана вошла в зал. Настоящее платье сверкало, словно все звёзды сегодня отдали свой свет. Свет отражался от платья, возвращался, наполняя зал хрустальным блеском первого снега. Распущенные волосы светились медно-золотым цветом. Шагала Диана уверенно, словно совершенно точно знала, что у самозванки нет хрустальной туфельки.
Толпа ахнула.
— Да, да! — завопил принц Гарольд, подпрыгивая. — У неё точно была туфелька! Я помню! Я же сам чуть было не ослеп на один глаз от солнечного зайчика!
Мария побледнела.
— У… у меня её украли! — выкрикнула она. Выглядела Мария жалко: вся растрёпанная, с выбившимися локонами. — Это всё козни! Стража, взять её! Это заговор!
— Странно, — сказала Диана, — потому что у меня она есть.
И вытащила из кармана сверкнувшее всеми огнями блестящее чудо — ту самую хрустальную туфельку.
В воздухе что-то дрогнуло. И вместе с этим прямо посередине зала появилась ведьма Агнесса.
— Эта туфелька, — сказала она, глядя на Марии прямо в лицо, — может подойти только той, кому она предназначена.
Мария выхватила туфельку из рук Дианы и с силой попыталась натянуть её на ногу. Но бесполезно. В зале начали смеяться, потому что со стороны казалось, что туфелька маленькая, изящная, а нога у Марии обычная, но совершенно не подходящая этой туфельке, которая, казалось, специально сжимается, чтобы не дать себя надеть. Тогда Мария в отчаянии вскрикнула и замахнулась, чтобы кинуть туфельку и разбить её об пол.
— Не советую, — спокойно сказал принц Гарольд, ловко перехватив туфельку в прыжке. — Мало ли, вдруг потом пригодится.
Он бережно передал туфельку Диане. Та села, надела, и туфелька подошла Диане без всяких усилий, засверкав на изящной ножке.
В зале снова все восторженно замолчали. А потом как будто бы одновременно ко всем вернулась память, и все вдруг вспомнили. Все, кто был на балу.
— Это она! — кричал принц. — Это же ты! Принцесса из волшебного леса!
Диана только вздохнула.
Герцог Александр Берг медленно подошёл и достал из кармана старую растоптанную туфлю, ту, что она потеряла ночью, когда убегала в исчезающем платье.
  
— Это была ты? — спросил он. — Всё это время это была ты?
Диана посмотрела на него, потом перевела взгляд на туфельку. И, не говоря ни слова, взяла туфлю и надела. И в тот же миг что-то звякнуло и сверкнуло, и на ножках Дианы засияли две хрустальных туфельки.