Последняя Золушка (СИ)

Мадам Маффин она заметила сразу. Та с сосредоточенным видом накладывала пирожки в большой бумажный пакет. Половину её фигуры заслонял покупатель — высокий, широкоплечий мужчина с прямой спиной и чёрными волосами, собранными в хвост.
Диана остановилась как вкопанная. Она узнала его сразу.
Возле прилавка мадам Маффин стоял герцог Александр Берг.
  
Глава 25
   
Возле прилавка мадам Маффин стоял герцог Александр Берг.
Диане показалось, что, несмотря на то что рынок гудел и дышал запахами, голосами, пылью, спелыми фруктами и смехом торговок, всё вокруг внезапно замерло, и наступила неестественная тишина. А Диана, склонив голову и спрятав волосы под платок, стояла у прилавка мадам Маффин, с одной стороны, желая подойти и окликнуть его, а с другой стороны, страшась снова услышать, что он её не узнал.
Она не ожидала встретить его здесь и не успела решить, чего хочет больше.
Но едва прозвучал его голос, глубокий, с вибрирующими на басах нотками, уверенный, Диана испугалась.
— Мадам Маффин, вкуснее ваших пирогов ничего не ел. Мне ещё вон тех с вишней, пожалуйста, — сказал герцог.
И вдруг мадам Маффин заметила Диану. Герцог сразу уловил, что мадам Маффин смотрит ему за спину, и резко развернулся.
Он выглядел уставшим, мельком отметила Диана и отвернулась, но не успела сделать и шага, как герцог её окликнул:
— Ты, девушка.
Её сердце сделало сальто, но когда Диана повернулась, то лицо её было спокойно.
— Я… девушка, — сказала она.
Он прищурился:
— Диана?
Диана не понимала, что происходит. Он её узнал? Но кого он узнал, Диану Селери, Золушку или Диану с бала?
Герцог, забыв про пирожки, обошёл её и встал перед ней.
— Ты служишь в доме леди Тремейн? Или ты дочь графа Селери? Или ты служишь во дворце? Я же мог видеть тебя во дворце?
— У вас столько вопросов, ваша светлость, — спокойно сказала она. — А что вы сами думаете? А то, боюсь, что бы я сейчас ни сказала, всё будет вызывать у вас сомнения.
Он приподнял бровь:
— Почему?
— Я уже пыталась сказать правду, но вы мне не поверили и обозвали…
— Графиня Врушка, — закончил за неё герцог, покраснев и перейдя на «вы». — Простите, леди Диана, я уже выяснил, что лгали не вы, а леди Тремейн. Простите.
У Александра Берга, главы тайной службы и сильного мага, впервые в жизни закружилась голова, словно он был нежной барышней. Потому что ему было стыдно. Стыдно за то, что он, глава тайной службы, уверенный в себе и своих решениях, рационально мыслящий, поверил в удобную ложь. Потому что тогда, в кухне графского дома, в грубых, тяжёлых башмаках и с упрямым взглядом она не выглядела как графиня.
Он прикрыл глаза, пережидая, когда пройдёт странное головокружение, а Диана в это время с удивлением наблюдала, как розовая дымка вокруг головы герцога то рассеивается, то снова уплотняется. Справившись с головокружением, герцог шагнул ближе:
— Графиня Селери, я готов прямо сейчас искупить свою вину и помочь вам.
Диана не стала отказываться, тем более что слабо представляла себе, как она пойдёт к поверенному графа Селери, который уже один раз ей не поверил.
— Буду рада, — ответила она. — Я как раз снова собиралась переговорить с поверенным.
— Пойдёмте, графиня. — Герцог был настроен решительно, а розовая дымка вокруг его головы хоть и стала полупрозрачной, но всё ещё не рассеялась до конца.
— Ваша светлость, — раздался голос мадам Маффин, которая с улыбкой наблюдала за диалогом герцога и Дианы. — Ваши пироги.
Герцог, как показалось Диане, смутился, но пакет из рук мадам Маффин взял и полез в карман за деньгами, но мадам Маффин сказала ему, что он уже оплатил, и тогда герцог смутился ещё больше.
Казалось, он сам не понимал, что с ним происходит, и от этого чувствовал себя некомфортно.
Он выдохнул, протянув Диане открытый пакет:
— Хотите пирог?
Диане стало смешно, но она сдержалась и с удовольствием взяла из пакета горячий пирожок с вишней.
Мадам Маффин протянула ей салфетки. Диана откусила пирожок, и вишнёвый сок брызнул в разные стороны. Несколько капель густого вишнёвого сиропа попали на лицо герцогу, несколько попали Диане на подбородок.
Сама не понимая, что делает, Диана протянула руку и пальцем стёрла каплю вишнёвого сиропа, попавшую прямо на щёку герцога. Герцог замер, изумлённо глядя на девушку.
Потом наклонился к ней и, вытащив салфетку у неё из руки, промокнул её подбородок. Диана затаила дыхание.
— Вкусный пирожок? — спросил герцог, почему-то сглотнув.
— Очень, — почему-то шёпотом ответила Диана.
Потом они развернулись и пошли, забыв даже попрощаться с мадам Маффин.
Та стояла и улыбалась, глядя им вслед.
***
«Хорошо, что герцог пошёл со мной», — думала Диана, слушая возмущённые крики леди Тремейн, когда они с герцогом, уговорив поверенного, вошли в графский дом, не нашли там графа и теперь слушали очередную ложь леди Тремейн.
Леди Тремейн не желала сдаваться ни при каких условиях. Её не пугало даже то, что герцог готов был бросить ей обвинение в чёрном колдовстве.
Но когда поверенный достал небольшую шкатулку, то леди Тремейн испуганно замолчала. Её дочери тоже стояли молча, подперев стену гостиной.
— Вы уверены, что ваш отец умер, леди Селери? — спросил поверенный Диану.
Ответил вместо Дианы герцог:
— Да, ля Мансер, это совершенно точно.
— Тогда я открываю «последнюю волю», — торжественно и даже немного мрачно произнёс ля Мансер.
И распахнул крышку шкатулки.
Вдруг всё вокруг исчезло, и Диана осталась одна в гостиной, а прямо перед ней появился высокий седой мужчина и рядом с ним… Золушка.
— Здравствуй, Диана, — сказал мужчина.
Бывшая фея-крёстная испуганно смотрела на графа Селери и его дочь.
— Не бойся, это было наше решение, теперь мы в безопасности, и больше я не допущу, чтобы такое случилось.
Сказав это, он обнял дочь, и Золушка улыбнулась.
— Теперь мы в другом королевстве, и… — Он с любовью взглянул на дочь. — Здесь тоже есть принц. И здесь не действует ни одно из заклятий, которым мы подверглись из-за леди Тремейн. — Потом перевёл взгляд на Диану и добавил: — А ты молодец, со всем справилась самостоятельно и даже самого герцога Берга подвигла на то, чтобы он нам всем помог.
Диана растерянно спросила:
— А как же вы? Неужели я заняла ваше место?
— Нет, что ты, — ответила ей Золушка. — Мы сами виноваты, а ты всё исправила и нам помогла.
— Да, — повторил граф Селери, — осталось немного. Сейчас я подтвержу ля Мансеру, что ты моя наследница, а герцогу Бергу дам доказательства вины леди Тремейн.
— И что дальше? — спросила Диана.
— А дальше каждый будет творить свою сказку, — ответил ей граф Селери. — И у нас будет своя, а у тебя — своя.
И силуэты графа Селери вместе с дочерью начали бледнеть, исчезая.
—Прощай, — донеслось до неё слабое, словно эхо.
— Прощайте, будьте счастливы, — проговорила Диана в пустоту.
Вскоре Диана снова была в гостиной теперь уже совершенно точно своего дома. Напротив неё сидел поверенный, рядом стоял герцог Берг, леди Тремейн и её дочерей не было.
— А где леди Тремейн? — спросила Диана.
— Собирает вещи, — ответил ей герцог.
Ля Мансер встал, поклонился и передал Диане тонкую чёрную папку и кожаный футляр:
— Здесь ваши документы, леди Селери, и графские регалии. Примите мои соболезнование и поздравления.
Диана было хотела сказать, что не надо соболезнований, но герцог её остановил и прошептал:
— Это стандартная формулировка, магическая, закрепляет действие.
  
И Диана проглотила уже готовую вырваться фразу.
Так бывшая фея-крёстная окончательно стала Дианой Селери.
В дверь постучали, открывать герцог Берг пошёл сам. Оказывается, это прибыл наряд магической стражи — арестовывать леди Тремейн.