Прекрасная соседка (ЛП)

Эрин оглядывается, а затем смотрит мне в глаза.
— Да, у меня есть несколько свободных минут.
— Хорошо. Сними трусики.
Ее глаза расширяются, когда я снимаю пиджак и медленно вешаю его на стул рядом с собой.
— Прямо здесь? — Она оглядывается, и я пожимаю плечами, расстегивая руками и начиная закатывать их.
— Сними их, Эрин.
Она нервно перебирает пальцы, прежде чем, наконец, залезть под платье, и я вижу, как розовый хлопок спускается по ее ногам.
  
— Дай их мне. — Я протягиваю руку ладонью вверх, затем делаю шаг к ней и жду.
Она краснеет и вздергивает подбородок, когда поднимает их и подносит ко мне. Я обхватываю теплый материал и подношу их к носу. Они пахнут так чертовски сладко, и ее рот приоткрывается, когда она наблюдает за мной. Я делаю это еще раз, а затем засовываю их в карман, прежде чем прижать Эрин спиной к дивану в дальнем конце моего кабинета.
— Девин, — шепчет она, когда я заставляю ее сесть и становлюсь перед ней на колени.
— Мне нужно что-то, чтобы продержаться, пока ты не вернешься, — говорю я, подтаскивая ее задницу к краю дивана, а она откидывается назад. — Этого будет недостаточно, но этого будет достаточно, пока я не смогу овладеть тобой до конца.
Закидываю ее ноги себе на плечи, а затем задираю платье. Ее обнаженная киска такая чертовски красивая и ждет, когда я съем ее. Она спелая, как маленький персик, и я рычу, наклоняясь и всасывая ее соки.
Она такая чертовски тугая, что я с трудом могу просунуть в нее пальцы. Но на вкус она словно дом, и все, чего мне хочется, — это жить прямо здесь, между ее пышных бедер.
— Я буду скучать по этому, — стонет она, запуская пальцы в мои волосы.
— Возвращайся скорее, — рычу я и посасываю ее киску.
Она снова вскрикивает, и мне приходится зажать ей рот рукой. Мне должно быть наплевать, кто услышит, что я люблю свою женщину, но не хочу, чтобы она смущалась.
Мысли о том, что она оставит меня и не вернется, заставляет меня лизать ее быстрее, сосать сильнее и скользить пальцами внутрь и наружу, будто я трахаю ее. Мне следовало трахнуть ее прошлой ночью и этим утром, чтобы мог обладать ею всеми возможными способами. Я ждал подходящего момента, но осознание того, что она может выскользнуть из моих рук, заставляет меня хотеть держать ее крепче.
Если бы она забеременела от меня, она была бы моей во всех отношениях и привязана ко мне навсегда.
От этой мысли я становлюсь чертовски твердым и злюсь еще больше, что еще не сделал этого.
— Моя, — говорю в ее киску, и она прижимается к моему рту. Мысль о том, как я сделаю ее беременной, и она будет на моем члене, заполняет мой разум, когда она кончает мне на лицо. Ее оргазм сильный и быстрый, но этого недостаточно.
Я продолжаю и заставляю ее кончить еще раз. На этот раз, когда она кричит, я недостаточно быстро прижимаю руку к ее рту. Вероятно, весь этаж слышал ее крики, но меня это не останавливает. Я слишком далеко зашел в ее удовольствии, думая о том, чтобы сделать ей приятно.
— Девин. — Ее ноги безвольно обвиваются вокруг меня, и она притягивает меня к себе.
Мы целуемся, и я жажду большего, но знаю, что это не то, чего мне хочется в наш первый раз. Она заслуживает лучшего, чем диван в моем кабинете. И хотя не хочу ждать, я подожду. Она стоит того, чтобы ее подождать.
— Я вернусь очень, очень быстро. — Она улыбается мне в губы, и я киваю.
— Лучше бы так и было, или я приду за тобой.
— Обещаешь? — Она смотрит на меня, и я киваю.
— Всегда.
Глава 20
Эрин
— Она мертва? — слышу, как Лукас громко шепчет Дженне, пока я сдерживаю смех, а он тычет мне в щеку.
— Оставь ее в покое. — Когда открываю глаза, я вижу Лукаса, стоящего надо мной.
— Она жива! — кричит он, когда я сажаю его рядом с собой на диван и целую в щеку.
— Иди одевайся, маленький нарушитель спокойствия, — говорит ему Дженна, и он вскакивает.
— Фруктовые Колечки! — кричит он, выбегая из гостиной.
Я сажусь на диване, на который рухнула прошлой ночью, и улыбаюсь ему.
— Извини. — Дженна, смеясь, качает головой. — Ты тоже хочешь миску фруктовых колечек? — Она достает миску из шкафчика и готовит Лукасу.
— Кофе? — Я зеваю и потягиваюсь.
— Я знаю, что этот диван не самый удобный.
— Все в порядке. — Я отмахиваюсь от нее, когда она включает кофеварку для нас обоих.
— Не могу поверить, что ты покидаешь меня навсегда. Не то чтобы я могла винить тебя после всего, что ты рассказала мне о Девине. — Я улыбаюсь, просто услышав его имя. — Посмотри на себя. Ты влюблена по уши.
Прошлой ночью мы засиделись допоздна, разговаривая о нем. Я буду скучать по ней и нашим ночным посиделкам. Когда Лукас вбегает обратно на кухню, он запрыгивает на стул и начинает играть со своим планшетом, запихивая в рот огромные ложки хлопьев.
— У тебя есть десять минут, — говорит ему Дженна, наливая кофе, и мы идем в гостиную.
— Как ты? — Кофе идеальный, и это еще одна вещь, которой мне будет не хватать. Никто не готовит кофе так, как Дженна.
— Все по-старому. — Она трет глаза, и я могу сказать, что та измучена. Если Дженна не на работе, то она здесь с Лукасом, пытается быть лучшей мамой, и та никогда бы не призналась, что устала. — Давай не будем говорить о моей скучной жизни. Расскажи мне больше о Девине.
— Я уже все тебе рассказала, — смеюсь я и делаю глоток кофе. — Ты могла бы рассказать мне о Риде, — предлагаю я, зарабатывая взгляд. Она смотрит на Лукаса, который сидит в наушниках, уставившись в свой планшет и поглощая хлопья.
— О Риде нечего говорить, — отвечает она, но не смотрит на меня.
— Да ладно, с тем, как этот мужчина смотрит на тебя? В этом что-то есть.
— Он безумно сексуальный, безумно богатый и безумно опасный.
— Опасный? — Он всегда во всем черном, и у него куча татуировок, но я не думаю, что это делает его опасным.
— Ага, для моего рассудка. — Она хватает рюкзак Лукаса и переносит его на диван. — Это моя жизнь. — Дженна расстегивает молнию на рюкзаке и достает папку. — У меня нет времени на перепихоны, а он мой босс. Я не рискую своей работой. — Она достает какие-то бумаги, прежде чем подписать их и положить обратно в папку. Я понимаю, о чем она говорит, но ей нужно немного просто пожить.
— Но что, если он ищет что-то серьезное?
Она фыркает.
— Он думает, что я милая и язвительная девушка из кофейни, которая живет беззаботной жизнью. Думает, что знает, кто я, но это не так. Если уж на то пошло, Рид усложняет мне жизнь, когда рявкает на меня приказами о том, как я закрываю кофейню. Я почему-то не запираю все правильно, или говорит, что мы должны закрыться раньше, или что мне не следует работать в одиночку. — Она пристально смотрит на меня. — Я могу продолжить.
— Я поняла. — Поднимаю руки.
Я не собираюсь указывать на то, что все это касается ее безопасности. Мне кажется, что он заботиться о ней, а не о кофейне. Но я могу сказать, что это щекотливая тема, и собираюсь оставить ее в покое. Любой, кто хочет быть с Дженной, должен знать, что она идет в комплекте с Лукасом. Держу пари, Рид понятия не имеет о Лукасе, и Дженна хочет, чтобы это так и оставалось.
— Мы отвезем его в школу, а потом я смогу помогать примерно до полудня. Младшая группа здесь только на полдня.
— Дай мне одеться. — Я иду в ванную переодеться и надеваю простые штаны для йоги и свитер. Не знаю, сколько мне придется помогать грузчикам, но мне хочется чувствовать себя комфортно. Я собираю волосы в конский хвост, когда выхожу, а Лукас стоит и ждет меня.
  
— Ты снова останешься на ночь? — с надеждой спрашивает Лукас.
— Прости, Малыш, я улетаю сегодня вечером. — Я едва успела повидать его. — В следующий раз я обязательно останусь подольше, обещаю. — Обнимаю его, потому что буду чертовски по ним скучать.
Сначала мы отвозим Лукаса, а потом едем ко мне.