Отец подруги, или Влюблен без памяти (СИ)

Я держу, молча следя за мужчиной. Он выбрасывает использованную бумажную салфетку, убирает в шкафчик бутылек с перекисью и возвращается ко мне.
Подходит совсем близко и, вынужденная отступить на пару шагов назад, я упираюсь крестцом в столешницу позади.
— Посмотри на меня, Кир, — просит, нависая надо мной и ставя руки по обеим сторонам от меня, таким образом заключая меня в своеобразный плен.
  
Прикусив губу, выполняю его просьбу, поднимаю голову.
Глаза напротив, кажется, светятся лихорадочным блеском. До моего слуха доносится тяжелое дыхание и я не сразу понимаю, что принадлежит оно не мне.
— Ты всегда так нервничаешь или это я у тебя такую реакцию вызываю?
Берет мою руку, убирает ватный тампон, смотрит на пострадавший палец.
— Я…
Мне становится нечем дышать, голова кружится и комната перед глазами расплывается.
— Я не нервничаю, — и кому я сейчас пытаюсь врать?
— Нет? — подается еще ближе, настолько, что наши тела вот-вот соприкоснутся.
Я инстинктивно выставляю вперед руки и упираюсь ладонями в его грудь, не понимая, что происходит и почему я не пытаюсь просто уйти.
— Нет, — качаю головой.
— Тогда что? Все еще боишься?
Не отвечаю на его вопрос, просто смотрю на него в упор и зачем-то опускаю взгляд на губы. Я не знаю, как так выходит, но руки, будто поддавшись влиянию какой-то неведомой силы, необъяснимым образом перемещаются на широкие плечи, когда мужчина наклоняется ниже.
Сложно сказать, что движет мною в тот момент, когда, почувствовав хватку на своем подбородке, я прикрываю глаза и размыкаю губы. Воздух вокруг, кажется, напряжен до предела, настолько, что я чувствую каждое колебание молекул и точно знаю, что вот-вот произойдет то, чему происходить не следует.
Осознание больно бьет по затылку и, распахнув глаза, я натыкаюсь на любопытный взгляд серо-голубых глаз. Чувство стыда мгновенно обрушивается на мне тяжелой снежной лавиной и я едва сдерживаюсь, чтобы не расплакаться от собственной абсолютной и беспощадной глупости.
Я что, правда, ждала, что он меня поцелует? Ждала и… хотела? А он… Он ведь это понял? Понял и решил что? Посмеяться?
— Отпустите, — чувствую, как в груди растекается жгучая обида.
— Кир…
Не хочу его слушать, не знаю, откуда у меня берутся силы, но мне удается его оттолкнуть и выскользнуть из созданного им плена.
— Кир, — летит мне в спину, но я не останавливаюсь и даже не оборачиваюсь, просто уношу ноги, сгорая от стыда и обжигающей легкие обиды.
Идиотка.
  
Глава 12
 
— Алло? — без энтузиазма отвечаю на звонок. 
— Привет, — из трубки раздается звонкий голос Сашки, — ты как? 
— Нормально, в целом, — говорю тише, чем могла бы. 
— Ну тебе уже лучше? Может все-таки что-то нужно? — искренне интересуется. 
— Нет, Саш, у меня все есть, спасибо. Как твои дела? 
С той нелепой ночи прошло несколько дней, и все эти дни я стараюсь избегать всяких контактов с Сашей. К своему стыду, я даже больной притворилась, предупредила всех в приюте, что некоторое время не буду появляться.
Сашка пару раз звонила, но я не смогла заставить себя взять трубку. Просто не смогла, всякий раз вспоминая ситуацию с ее отцом. 
Я банально сгорала от стыда. На утро после той ночи, я практически сбежала из дома Богомоловых, несмотря ни на какие уговоры остаться и хотя бы позавтракать. 
С моей стороны, пожалуй, было не очень красиво убегать ни свет ни заря, но я с огромным трудом дождалась рассвета и момента, когда наконец проснулись девчонки. 
Глаз за остаток ночи я, естественно не сомкнула. 
Лежала в выделенной мне спальне, сгорая от стыда и сдерживая противные слезы, и думала о том, как с утра посмотрю в глаза хозяину дома и его дочери. 
К счастью, в то утро с Владимиром Степановичем я не столкнулась и теперь очень надеялась, что больше не придется. 
Да и Сашку я решила, по возможности, избегать. Ограничить общение, насколько это возможно, каким бы сильным ни было желание его продолжить. 
Она мне нравится, очень, однако после той постыдной ситуации, я просто не смогу находиться рядом с ней и не чувствовать вину. 
— Кир, ты еще там? — в сознание снова пробирается голос Саши и я понимаю, что прослушала практически все, что она сказала. 
— Да, прости, задумалась, — бормочу виновато. 
— Кир, — Сашка как-то тяжело вздыхает и я невольно напрягаюсь в ожидании, — ты на что-то обиделась? — выдает наконец. 
Ее вопрос вгоняет меня в ступор.
— Нет, с чего ты взяла? — говорю, как можно увереннее. — Конечно нет! 
— Тогда почему мне кажется, что ты меня избегаешь? И в тот день ты так странно сбежала с утра пораньше? — я слышу в ее голосе сожаление. 
На меня снова накатывает волна бесконечного стыда. 
Получается, виновата я, а чувствует себя таковой она. 
— Это не так, просто я правда себя очень плохо чувствовала, а когда болею, я не хочу ни с кем разговаривать, вообще ни с кем. 
Отчасти, я даже не вру, за исключением самого важного: никакой болезни у меня и в помине нет. 
— Точно? — уточняет. — Ты скажи, если что не так. 
Сжимаю кулаки и стискиваю челюсти. Мне вдруг становится до ужаса обидно, потому что впервые за долгое время у меня появился шанс с кем-то действительно подружиться, не будь я такой идиоткой. 
— Саш, правда, все хорошо, прости, пожалуйста, что так вышло. Я через пару дней уже окончательно оклемаюсь. 
— Хорошо, — ее голос снова становится веселым, — тогда увидимся в приюте? — вопросительно. 
— Обязательно.
Отвечаю, а сама с сожалением понимаю, что мне, наверное, придется уволиться.
— Ладно, не буду тебя больше мучить, лечись и если тебе что-то будет нужно, просто скажи, ладно? 
— Хорошо. 
Несмотря на испытываемую вину, я не могу сдержать улыбку. Эта внезапная забота разливается теплом внутри.
— Выздоравливай. 
— Пока.
Кладу трубку и кошусь на часы. Пора собираться. 
И вроде все хорошо складывается, но меня почему-то гложат сомнения. Назначенное на сегодня собеседование, почему-то, совсем не вызывает радости, напротив, я испытываю стойкое желание его отменить. 
То ли это интуиция предостерегает, то ли просто страх перед чем-то новым. 
Рассылая резюме, я практически ни на что не рассчитывала, и уж точно не ожидала, что меня пригласят на собеседование в филиал довольно крупной компании.
В принципе, я даже не знаю, зачем туда написала. Да и должность помощника руководителя отдела продаж в таком месте явно не мой уровень.
Во-первых, я совершенно ничего не смыслю в продажах. А во-вторых, достаточно и первого. Однако, несмотря на сомнения, от собеседования я, конечно, не отказалась. 
В конце концов, выбор у меня бы невелик, потому как от остальных я пока ответа не дождалась и, наверняка, не дождусь. А тут заработная плата выглядит очень соблазнительно.
В который раз с сожалением вспомнив свою прежнюю работу, вздыхаю, одеваюсь и выхожу из дома. 
К назначенному часу приезжаю по адресу бизнес-центра, в котором находится офис компании. 
На проходной сообщаю охраннику свои данные, он в свою очередь ленивым движением берет телефон и набирает номер. 
Несколько секунд я напряженно жду.
— Проходите.
Киваю, благодарю мужчину и быстро направляюсь к лифту. Поднявшись на нужный этаж, осматриваюсь в поисках приемной. Навстречу мне выходит девушка.
— Кира Константиновна? — обращается ко мне блондинка. 
— Да, — отзываюсь мгновенно, слегка тушуясь под оценивающим взглядом блондинки. 
Она как-то странно усмехается, кривя губы, и хмыкает. 
  
Ее реакция меня мгновенно настораживает и желание уйти до начала собеседования растет в геометрической прогрессии.
Внутренний голос так и кричит: “Уходи”.
Отгоняю назойливое жужжание и иду за девушкой. 
— Дмитрий Николаевич вас пригласит, ожидайте, пожалуйста, — блондинка приглашает меня в приемную и указывает на кресло у стены.